Фигаро, Леон.

Леон (в полном отчаянии). Боже мой!

Фигаро. Да что же такое приключилось, сударь?

Леон. Увы, я сам не могу понять! Никогда ещё не видел я Флорестину в таком прекрасном расположении духа, как сегодня утром; сколько мне известно, у неё был разговор с моим отцом. Я оставляю её на минуту с господином Бежарсом, затем возвращаюсь, застаю её одну, всю в слезах, и она мне говорит, чтобы я покинул её навсегда. Что же он мог ей сказать?

Фигаро. Не бойся я вашей вспыльчивости, я бы сообщил нечто для вас важное. Но в том-то и дело, что нам надлежит быть крайне осмотрительными: довольно одного вашего неосторожного слова, чтобы погубить плод десятилетних моих наблюдений.

Леон. О, если от меня требуется только осмотрительность!.. Как ты думаешь, что же он ей сказал?

Фигаро. Что она должна согласиться на брак с Оноре Бежарсом, что так-де условлено между ним и вашим отцом.

Леон. Между ним и моим отцом! Скорее этот негодяй лишит меня жизни!

Фигаро. Если вы так будете вести себя, сударь, то негодяй лишит вас не жизни, а вашей возлюбленной вместе с вашим состоянием.

Леон. Ну, прости меня, друг мой. Научи, как мне нужно действовать.

Фигаро. Отгадайте загадку сфинкса, иначе он вас проглотит. Другими словами, нужно держать себя в руках: говорить будет он, а вы помалкивайте.

Леон (в ярости). Держать себя в руках! Да, я буду держать себя в руках. Но в душе у меня клокочет бешенство! Отнять у меня Флорестину! А, вот и он. Я с ним объяснюсь… спокойно.

Фигаро. Смотрите: выйдете из себя — всё погибло.