– О чем договоримся и в каком другом месте?

Ко мне начала понемногу возвращаться уверенность.

Значит, вот он – новый приятель – любовник, муж или кто он ей там, – моей бывшей жены. Которая, не долго думая, продала меня неизвестно кому. И, в чем я абсолютно уверен, за просто так. По любви или из чувства долга – уже не разобраться. И надо ли…

– Надеюсь, до собеседования в другом месте не дойдет, – мужчина сделал очередную затяжку. – Познакомимся. Меня зовут Борис.

Он протянул руку, и я пожал ее.

– Борис – а дальше? Фамилия. Извините – звание, или…

– С вас достаточно знать только то, что я вам сказал и еще скажу. Вы сделали очень любопытные выводы, Руслан. Работу не хотите поменять?

– Мне моя пока нравится.

– Вот и славно! Приятно, когда человеку нравится то, на что он учился и чему он посвящает свое свободное от отдыха время. Вот и работайте. Растите. Поднимайтесь по служебной лестнице. Думаю, у вас хватило ума ни с кем больше не поделиться вашей личной теорией заговора? Вам очень повезло, что вас прорвало перед бывшей женой, а не перед тем, кого считали близким другом. У вас, кстати, друзья есть, Руслан? Вообще, как с личной жизнью?

– Все нормально. Все, что надо, у меня есть.

– Тогда совет: не хотите создавать вашим друзьям, товарищам, коллегам по работе, сексуальным партнершам дополнительных проблем – лучше не рассказывайте им, как вы вдруг раскрыли подготовку к государственному перевороту. С девушкой Аней тоже беседу проведут, – Борис посмотрел на часы. – О, в Киеве ее должны были встретить.

– Ей я как раз ничего не говорил.

– И не надо. Вообще-то нас она больше интересует. Это ведь девушка Аня может назвать другие фамилии из так называемого «списка смертников». А вы, Руслан, во всем раскладе вообще человек случайный. Не обижайтесь, так даже лучше. Не слишком глупый, умеющий складывать компоненты и получать нужный результат. Не достаточно умный, чтобы сразу бросить такую математику и бежать со всех ног от сомнительных знакомств. На своем месте вы, как нам удалось узнать…

– «Нам» – кому?

– Не имейте скверной привычки перебивать старших. «Нам» – это мне. На своем месте вы незаменимый человек. Вообще-то заменить любого можно… на вашем месте. Только зачем? Вот покойного Евгения Петровича заменить некем. И тех других, чьи фамилии очень скоро станут нам, – Борис сделал ударение на последнем слове, – известны, тоже, вероятно, не заменишь. Смертей больше не будет. В этом году, по крайней мере.

– А в следующем?

– И в следующем не будет. Хлопотное это дело – смерть политического лидера.

– Так я угадал? Я все правильно вычислил?

Борис щелчком послал окурок через окно в дождливую ночь.

– Вы подогнали задачку под ответ. Многим хочется верить, что все происходящее – часть одного большого заговора против Украины. Смерть Евгения Кушнарева останется несчастным случаем. Других несчастных случаев никто не допустит. Вы продолжаете делать свою нужную и важную для города работу.

С языка чуть не сорвался вопрос о Каневском, но в последний момент я сдержался.

– Пока все понятно? – поинтересовался Борис.

– Не все. Но вы ведь на своем, не знаю каком, месте только потому и держитесь, чтобы таким, как я, очень многое оставалось непонятным. Скажите хоть, куда едем. Мы ведь выяснили отношения, прояснили ситуацию. Уже можно высаживать пассажира.

Борис хмыкнул.

– Едем мы туда, куда и собирались, Руслан. К Марине. Мы приглашаем вас на поздний ужин.