– Интересно, почему говорят, что путь к сердцу мужчины лежит через его желудок? – сыто жмурясь на солнце, рассуждал Костас, откинувшись в кресле на открытой веранде ресторана. Съемка романтического обеда наконец-то началась. Стол был уставлен всевозможными яствами, шеф-повар явно превзошел себя: осьминоги, всевозможная рыба, лобстеры, разнообразные салаты, десерты, фрукты. Обед решили снять пораньше, в шесть часов, потому что вечером в гостинице праздновали свадьбу и нужно было все подготовить к приему гостей. Гости отеля восприняли с энтузиазмом возможность роскошного обеда. А мы с Костасом старательно изображали влюбленных.

Костас кормил меня, словно маленькую, закусками прямо из рук и шептал признания в любви на всех языках – английском, французском, греческом, даже попытался выучить на русском. Я вспомнила один из тренингов по флирту, где рассказывали, что такое шутливое признание тем не менее помогает человеку влюбиться. Я тогда скептически отнеслась к этой идее, но, наблюдая за Костасом, как с каждой произнесенной фразой о любви он сам начинал в нее все больше верить и смотреть на меня все более влюбленными глазами, я начала подозревать, что ведущие тренинга были правы. И тут же я вспомнила еще один совет из того тренинга – попросить мужчину не только произнести фразу «Я тебя люблю» на разных языках, но и признаться в любви, как бы для того, чтобы потренироваться.

– Костас, а если бы ты признавался в любви девушке, то что бы ты говорил? – решила я продолжить эксперимент.

– О, я бы ей сказал, что в тот момент, когда я ее увидел, я почувствовал, как солнце вышло из-за туч и моя жизнь наполнилась радостью. Я почувствовал, что мою кровь разбавили шампанским и мне хочется петь каждую секунду. Я, словно мальчишка, думаю о ней каждую секунду и бью себя по рукам, чтобы не писать ей каждую минуту глупые сообщения. Я хочу слышать ее голос, я хочу дарить ей всякие глупые подарочки, я хочу просто смотреть на нее – как она улыбается, как она смеется, как она морщит нос и как она сердится. – И тут он неожиданно шлепнул меня по руке, выведя меня из романтической задумчивости.

Я скорчила мину и нахмурила брови.

– Я спас тебя от кровососущего монстра, – патетически произнес Костас.

– От комара? – уточнила я.

– Важен сам факт спасения любимой женщины, а от чего – это уже детали.

– Костас, Лариса, все замечательно, но пора идти к шведскому столу за горячим, а то шеф-повар расстроится, что мы не сняли пробу с его кулинарных шедевров, – услышали мы голос оператора. Мы так увлеклись, что даже забыли, что нас снимают.

Расправившись с горячим и десертом на фоне лазурного моря и заходящего солнца, мы эффектно закончили наш романтический ужин горящей самбукой.

– Я так же пылаю от любви, как эта самбука, – воскликнул Костас.

Мы наконец-то остались одни, так как вся съемочная группа переместилась устанавливать лампы в апартаментах для влюбленных.

– Костас, съемка уже закончилась, так что можно выйти из роли, – поддразнила я его в ответ.

– По-моему, мне понравилась роль твоего возлюбленного, придется ввести в сценарий страстный поцелуй.

– По-моему, это уже становится опасным, может, ограничимся романтическими взглядами?

– Нет, никто не поверит, что мы влюбленные, тем более что ты же богиня Афродита, а значит, не боишься проявлять свою любовь.