Разумеется, факел я бросил в море.

Почему я так поступил? Потому что Уолпол предлагал помилование мне и моим людям. Я видел, с каким ожиданием ребята смотрели на меня. По английским законам каждый из них был преступником, но каждый хотел начать жизнь с чистого листа. А Уолпол обещал всем, кто находился на борту «Галки», новую жизнь.

Но его предложения были гораздо щедрее. Собственность. Возможность заняться достойным делом. Уолпол обещал ввести меня в лондонские деловые круги.

Поэтому я слез с вантов, солдаты опустили мушкеты, а команда «Галки» вздохнула с облегчением. Освобожденный Мэтью Хейг бросился к отцу, размазывая слезы и бормоча мне слова извинения. Мы с Уолполом отошли в сторону. Он заговорил о тех, с кем намеревался меня познакомить. Это была семья лондонского домовладельца Стивенсона-Окли[8] и человек по фамилии Бёрч[9] – помощник в моих новых делах.

Уолпол заверил меня: милосердие, проявленное мной, будет щедро вознаграждено. Он, со своей стороны, обещал сделать все, чтобы я стал тем, кем всегда хотел стать, – достойным человеком.

Конечно, мои устремления с некоторых пор простерлись дальше желаний разбогатеть и занять место в обществе. Но деньги, достойное дело и дом в Лондоне явятся прекрасным фундаментом для постройки новой, более обеспеченной жизни. Прекрасным фундаментом, это правда.

И потом, в Лондоне я сумею заняться еще одним делом. Я имею в виду мою деятельность ассасина.

Не пора ли нам, дорогая, поднимать паруса и брать курс на Лондон?