Очередная беседа Гольвега со Скорцени подходила к концу, когда неожиданно появился Родль. Он был не то чтобы встревожен, но слишком уж озабочен чем-то.

– Господин гауптштурмфюрер, только что прибыл гонец из центра связи. Поступила телеграмма. – Натолкнувшись на светящийся холодным огнем ярости взгляд Скорцени, адъютант запнулся и умолк.

– Что вы жеманитесь, Родль?

– Видите ли…

– Муссолини опять на крейсере? Нет? Отныне его тюрьмой станет итальянский бомбардировщик, совершивший посадку в кратере Везувия? – холодно поинтересовался гауптштурмфюрер, выразительно взглянув сначала на Гольвега, потом на Родля.

– До Везувия дело не дошло, но ход ваших мыслей верен.

– Родль тянул, не зная, имеет ли он право сообщать свою новость в присутствии некстати появившегося в зале владельца ресторанчика.

– Присаживайтесь, Родль, – громко обронил Скорцени. – А наш старый баварский друг-заговорщик, мечтающий совершить мюнхенский переворот, принесет нам кувшин холодного вина!

– Вы несправедливы ко мне, господин Скорцени, – угрюмо проговорил Шварц, он не мог не догадываться, что гауптштурмфюрер шутит. Это было невозможно, даже учитывая всю вопиющую неповоротливость ума баварца. Однако не мог он не понимать и того, что шутить изволил шеф эсэсовцев-диверсантов. – Тем не менее вино будет отменное, – так же угрюмо заверил он.

– До чего же мне импонирует этот сдержанный благочестивый баварец, – ухмыльнулся Скорцени, провожая взглядом хозяина ресторана. И ни Гольвег, ни адъютант так и не поняли: в шутку это или всерьез.

– То, что след Муссолини обрабатывают сразу несколько служб, по нескольким каналам и версиям, было известно давно. Этим занимаются абвер, разведка Геринга и вообще все, кому не лень.

Скорцени удивленно взглянул на Родля, отчаянно решившего предварить свой доклад пространным вступлением. Он уже готов был яростно поблагодарить адъютанта за попытку просветить его в отношении действий спецслужб. Но оказалось, что в этот раз иронизировать гауптштурмфюрер явно поспешил.

– От нас скрывали главное, – спокойно продолжал Родль. – Не полагаясь ни на какие данные разведок, фюрер приказал собрать ясновидцев и потребовать от них установить точное местопребывание Муссолини.

И тут Скорцени взорвался. Даже Родлю, не говоря уже о Гольвеге, никогда раньше не приходилось видеть, чтобы Скорцени так хохотал. Этот хохот его, больше смахивающий на хриплый, конвульсивный рев раненого тура, был долгим и страшным. Настолько долгим, что Родль успел подумать: «А ведь эти секунды он выигрывает, пытаясь определиться, как ему в действительности реагировать на сообщение из Берлина».

«Сейчас он выхватит пистолет, – с ужасом наблюдал за ним Гольвег. А поняв, что до этого дело не дойдет, сказал себе: “Посмел бы кто-нибудь, узнав о подобном решении фюрера, хохотать вот так в присутствии Скорцени! Хотел бы я слышать этот смех на костре”»

– Надеюсь, они, это богоизбранные, подтвердили, что Муссолини находится на Санта-Маддалене? – Родль так и не сумел уловить тот миг, когда тевтонский рык Скорцени прервался. Но голос гауптштурмфюрера звучал убийственно спокойно и лишь слегка озабоченно – именно так и должен был звучать в этой ситуации голос человека, которому фюрер лично поручил освободить дуче и доставить его в Берлин.

– В том-то и дело, – жестко ответил Родль. – Их высшие силы указывают своим перстом на Тосканский архипелаг.

– Куда?! – взревел Скорцени, непроизвольно подхватившись. Но мгновенно опомнился и сел на место.

– Это напротив северной оконечности Корсики, прямо у итальянских берегов. Между Пьомбино и Орбетелло.

– Мне не нужно объяснять, где находится Тосканский архипелаг, – устало повертел головой гауптштурмфюрер. – Остров, остров эти старцы-чудотворцы указали?

– Конечно – нет.

– Тогда какой смысл в их гадании? Все равно никто не убедит меня в том, что король Италии приказал сослать дуче на Эльбу. Он знает, что история не простит ему такого надругательства над собой.

– Это уж точно. Второго Наполеона Эльба выдержать не в состоянии, – поддержал его Гольвег.

– Самое опасное для нас то, что пророчество оккультистов в какой-то степени совпадает с данными абвера. Вспомните телеграмму: «Согласно информации абвера, дуче заключен на островке возле Эльбы…» На основании этих сведений нам было приказано готовить воздушную операцию, которой руководили бы, если я верно понял, генералы из штаба сухопутных сил.

– Но фюрер уже согласился с тем, что нам не следует планировать операцию на островке возле Эльбы, – в свою очередь, напомнил ему Скорцени.

– Однако он всегда внимательно прислушивается к тому, что говорят провидцы, которые вряд ли знают о сообщениях абвера. Так что совпадение не в нашу пользу, не в нашу, – говоря это, Родль посмотрел на Гольвега. Тот сидел побледневший, с плотно сжатыми, уже слегка посиневшими от напряжения, губами.

– Сообщение сопровождалось какими-либо объяснениями? Рекомендациями? – спросил Скорцени.

– Никакими. Знать бы хоть, кто эти предсказатели.

– Я так понял, что это постарались оракулы из института Аненербе[51], – задумчиво проворчал гауптштурмфюрер. – Фамилии хранят в тайне. – Он был согласен с Родлем, что провидческие экстазы оккультистов способны резко изменить ход мыслей фюрера, не в пример иным сообщениям разведки. – Однако предсказание – еще не приказ, – возразил Скорцени самому себе. – Предсказание еще не приказ, Родль!

Скорцени оказался прав. Через несколько дней, уже будучи в Берлине, он узнал, что оккультистами занимался лично Гиммлер. Он собрал шестерых наиболее доверенных и способных предсказателей Аненербе у себя на вилле под Берлином и приказал охранникам ни одного из них не выпускать до тех пор, пока не назовут точное место заключения Муссолини.

Но это ни к чему не привело. Высшие Силы в СС не состояли и службе СД не подчинялись. А посему каждый из ясновидцев «видел» свою точку на карте Италии. И хотя телеграмма Скорцени все же последовала, Гиммлер вынужден был указать в ней место, которое называлось и в донесениях агентов абвера. Просить Гитлера пересмотреть план операции, связанной с островом Санта-Маддалена, он, естественно, не решился.

«Предсказание – еще не приказ, – укрепился в своей прозорливости Скорцени, распутав всю эту оккультную историю. – Еще не приказ!»