Ворвавшись через распахнутую дверь в вестибюль, Штубер сбил с ног одного карабинера, выбил оружие у другого и бросился к комнате, из которой доносилось попискивание рации. Очевидно, офицер, отвечавший за наружную охрану отеля «Кампо Императоре», потому и замешкался, что с помощью радиста пытался связаться с командованием, дабы выяснить, что, собственно, происходит и как ему вести себя.

У двери он задержался, выжидая, не покажется ли в коридоре командир батальона, однако Скорцени, передавший полковника кому-то из громил генерала Штудента, казалось, уже не принимал в расчет никакую возможную угрозу. Оттолкнув Штубера, он заскочил в радиорубку, буквально вышвырнул из кресла радиста, вывел из строя рацию и, ударом в сонную артерию повергнув наземь офицера, выскочил в коридор.

– Муссолини! Всем искать Муссолини!

– Господин гауптштурмфюрер, вас просит полковник, – выглянул из соседнего номера парашютист.

– Что, что вы хотите поведать мне?! – метнулся вслед за ним Скорцени и был несколько озадачен, увидев, что командир батальона стоит с бокалами в руках.

– Я решился, – произнес он на плохом немецком. – Гарнизон капитулирует. Ваш бокал, господин гауптштурмфюрер. Пью за победителя.

– Видели, Родль? – проворчал Скорцени, принимая бокал. Возможно, не принял бы его, а просто-напросто выплеснул вино в лицо итальяшки – такое желание у него тоже было. Но тут появился кинооператор, который и до этого суетно следовал за ним, вот только Скорцени не обращал на него внимания. – Воевать они так и не научились. Зато как умеют сдаваться. В лучших традициях рыцарства. Вы – истинный офицер, полковник, – изрек гауптштурмфюрер, глядя прямо в объектив кинокамеры.

Командир батальона тоже хотел отпить из своего бокала, но, отведя камеру в сторону, Скорцени вежливо изъял его у итальянца и передал Родлю.

– За успех операции, оберштурмфюрер. Какой бы безумной она потом ни казалась там, в Берлине.

Он опустошил бокал, швырнул его себе под ноги и, подхватив полковника под руку, буквально потащил за собой к лестнице, ведущей на второй этаж.

– Все осмотреть! – на ходу командовал он. – Всю охрану вывести во двор!

Навстречу им бросился ошалевший от испуга карабинер. Наткнувшись на полковника, он еще больше опешил от неожиданности. Скорцени счел, что приходить в себя ему ни к чему и, вцепившись в предплечье, протолкнул мимо себя, отдавая в руки кому-то из следовавших за ним десантников.