Скорцени решительно поднялся с постели и начал лихорадочно одеваться.

На что он решился и куда торопится – об этом Лилия спросить не решилась. Одно она прекрасно знала: Скорцени принадлежит к тем редкостным людям, которые никогда попусту не угрожают.

– Прекрати, Отто, – чисто по-женски укорила его Лилия. – Оставь в покое одежду и вернись под одеяло.

– По вашей вине, Фройнштаг, из-за вашего идиотского каприза, мы потеряли время, терять которое не имели права.

– Не так уж и зря мы теряли его, наше время, – игриво возразила Лилия.

– Слушайте, Фройнштаг, игры кончились, – с напускной суровостью предупредил девушку Скорцени. – Ваши капризы меня совершенно не интересуют. На каждый мой вопрос отвечайте четко и ясно. – Он оставил в покое одежду и присел у ног девушки. – Катарина хорошо знакома с Паскуалиной Ленерт?

– Я ведь уже сказала.

Скорцени задумчиво помассажировал свои шрамы.

– Они знакомы настолько, что Катарина считает ее своей подругой?

– Достаточно для того, чтобы при необходимости Паскуалина имела право добиваться встречи с ней, – вас это интересует, Скорцени? Только с самого начала учтите: «папесса» достаточно нелюдима.

– Где она сейчас?

– В папском дворце, естественно.

– Я о Катарине.

– Здесь, на вилле. В соседнем корпусе. С подругами. Развлекают архитектора. Или ваших коршунов, штурмбаннфюрер.

– Чудесно. Вы сейчас же разыщите ее и приведете сюда.

– Ночью?

– Сейчас же, унтерштурмфюрер Фройнштаг.

– Яволь.

– Так-то лучше, – неожиданно закончил разговор Скорцени, наблюдая, как Лилия поспешно, по-солдатски, одевается. – Кстати, вам не кажется, Фройнштаг, что только что вы получили ответ на вопрос, который так мучил вас? А конкретнее: хотел бы я иметь женщину, подобную Паскуалине.

– Вы страшный человек, Скорцени.

– Я всего лишь диверсант, унтерштурмфюрер Фройнштаг. Профессиональный диверсант. Как ваш любимец Пачелли – профессиональный святоша. И требую, чтобы вы четко отделяли сантименты от долга, а чувства – от служебных обязанностей. Всегда. Даже в постели.

– Особенно в постели, – не могла отказать себе в удовольствии Фройнштаг.