С трёх до пяти они верят практически во всё, что им рассказывают. С пяти до семи «существующими» остаются только самые яркие образы, например, отдельные колдуны и оборотни. С семи до девяти ребенок нехотя расстается с мистицизмом, но обнаруживает, что он сам может стать источником тайных знаний и морочить тех, кто помладше. После волшебство уже мало кого всерьез интересует, если не считать подросткового кино про красавцев – вампиров, но их принято любить, уже не веря в их реальность.