– И какое отношение это имеет к нашей встрече?

Курт кивнул в сторону конференц-зала.

– Почему бы вам не узнать ответ на свой вопрос прямо сейчас?

Пребывая в замешательстве, Брук сделала шаг и увидела сидящего за столом мужчину, одетого в идеально сшитый темно-синий костюм. Когда она вошла, незнакомец поднялся.

– Брук Паркер, это Палмер Грин, генеральный директор североамериканского отделения «Спектрум», – представил их друг другу Курт.

Палмер окинул ее проницательным взглядом.

– Так значит, это вы уводите моих любимых клиентов?

Какой сюрприз!

Брук оглянулась на Курта, начиная понимать, почему он так настаивал, чтобы она пришла одна.

– Не совсем привычно? Я бы назвала это иначе, мистер Эмери. Например, ошеломляюще.

Несмотря ни на что, она подошла к Палмеру и протянула ему руку. Что бы это ни значило, но если генеральный директор «Спектрума» думал, что он прилетит сюда и сможет напугать ее, то его ожидает большое разочарование.

– Какой необычный сюрприз, мистер Грин, – сказала Брук, пожимая ему руку. – Дайте угадаю. Теперь последует та часть, в которой вы весьма очаровательно предложите мне оставить ваших клиентов в покое.

Он улыбнулся.

– Нет, мисс Паркер. Сейчас будет та часть, где я весьма очаровательно предложу вам работу.

Глава 27

Несмотря на удивление, вызванное словами Палмера, Брук умудрилась бросить на Курта испепеляющий взгляд, когда тот, виновато улыбаясь, поспешно извинился и вышел из конференц-зала.

– Не сердитесь на беднягу Курта, – посмеиваясь, сказал Палмер. – Парень просто выполнял приказ. – Он сел за стол и сделал приглашающий жест человека, привыкшего добиваться того, чего хочет. – Прошу вас, присаживайтесь. По крайней мере выслушайте меня.

Брук на мгновенье задумалась, а потом села.

– У вас пять минут. Но вы должны знать, что, учитывая театральность встречи, начало уже сомнительное. Почему вы просто не позвонили мне, если якобы хотите предложить работу.

– Это не то предложение, которое делается по телефону. – Палмер откинулся на спинку стула. – Кроме того я хотел лично познакомиться со знаменитой Брук Паркер. – Он наклонил голову, изучая ее. – Увести «Ковбойс» и «Юнайтед-Центр» уже само по себе плохо. Но «Стейплс-Центр»? – Он присвистнул. – Это просто кинжал в сердце.

– Я так понимаю, вы большой фанат «Лейкерсов».

– Я родился и вырос в Лос-Анджелесе.

Что конечно объясняло его склонность к театральным эффектам.

– Думаю, я должна прояснить возникшее недоразумение, – произнесла Брук. – Компания «Рестораны Стерлинга» – это не только я. У меня есть партнеры, Майк и Тони, и они сделали не меньше для того, чтобы заключить эти сделки.

– У меня другая информация. – Палмер должно быть заметил ее удивленный взгляд. – О! А вы что думали, я не звонил и не интересовался, почему это вдруг мои клиенты решили отказаться от наших услуг?

– Уверена, они сказали вам, что «Рестораны Стерлинга» предоставляют первоклассные услуги в сфере общественного питания.

– Они упоминали что-то в этом роде. Но также мне сказали, что вы, мисс Паркер, очень убедительная женщина. – Он изучающе посмотрел на нее. – То, что вы сделали для компании за два года – просто удивительно. Надеюсь, Ян Стерлинг это ценит.

– Ян Стерлинг это очень ценит.

Уголки губ Палмера изогнулись в улыбке.

– Вы ему преданы. Это достойно уважения.

– Спасибо. – Она посмотрела на часы. – У вас осталось три минуты, мистер Грин.

– Ладно, ближе к делу, – подытожил он, не обращая внимания на ее прямолинейность. – Я хочу пригласить вас в свою команду. Вы умная, смелая и целеустремленная – я лично в этом убедился. За последние восемнадцать месяцев вы увели у меня троих лучших клиентов и сейчас охотитесь за четвертым. И я должен либо остановить вас – хотя боюсь, это невозможно, – либо направить вашу энергию себе на пользу.

Он сложил руки на столе.

– Вы хотите, чтобы я выразился еще более прямо? Вы восходящая звезда в мире бизнеса, Брук. Но у вас есть проблема. Вам некуда расти в компании «Рестораны Стерлинга». Там есть руководящее место только для одного человека – для Яна Стерлинга. Подумайте об этом.

Брук какое-то время сидела молча, обдумывая все услышанное от Палмера. Откровенно говоря, его слова застали ее врасплох. Конечно, она знала, что компания становится все более успешной. Но она даже не представляла, что такие люди как Палмер Грин, генеральный директор миллиардной корпорации, могут заинтересоваться ею.

– И что же, по-вашему, я буду делать в «Спектруме»? – осторожно поинтересовалась она.

– Станете исполнительным вице-президентом по продажам и развитию бизнеса.

Брук моргнула. Она-то думала, он собирается предложить ей должность помощника главного юрисконсульта. Но вышло иначе.

– Вижу, вы удивлены, – заметил Палмер.

– На самом деле... да, – призналась она. – В первую очередь я всегда воспринимала себя как юриста, а уж потом как бизнес-леди.

– Как только вы займете должность, я буду счастлив заиметь свой собственный юридический отдел, – пошутил он. – Но, думаю, вы будете и так достаточно заняты.

– Вы сейчас говорите серьезно, да?

– Абсолютно. Железо нужно ковать, пока оно горячо. Не знаю, что движет вами и, откровенно говоря, даже не хочу знать. Задайте себе вопрос: вы готовы перейти в высшую лигу?

Брук вспомнилось, как два года назад она уже слышала нечто подобное, когда Ян предлагал ей должность в своей компании. Она до сих пор испытывала волнение и трепет от своей работы. Но Брук также помнила об обещании, данном себе самой: достичь небывалого успеха.

– Насколько большую лигу вы имеете в виду?

Палмер улыбнулся, понимая, что ему удалось ее заинтересовать.

– Семьдесят пять тысяч долларов бонуса. Триста тысяч основного оклада плюс сто пятьдесят тысяч наличными в рамках нашей программы вознаграждения сотрудников опционами. А если сможете заключить такие же сделки, как для «Ресторанов Стерлинга», то получите бонус, сумма которого составит сто процентов от основной зарплаты.

Какую-то долю секунды Брук сидела совершенно ошарашенной, но потом взяла себя в руки и быстро сделала в уме несложные подсчеты. Если она будет хорошо делать свою работу – в чем нет никаких сомнений, – то ее доход уже за первый год составит восемьсот двадцать пять тысяч долларов.

Вот это да!

– Еще мы оплачиваем ваш переезд в нашу штаб-квартиру в Шарлотт, – добавил Палмер.

Его слова выдернули Брук из мечтаний о долларовых знаках, проплывавших перед ее глазами.

Да. Конечно. Ей придется переехать в Северную Каролину.

– Это отличное предложение, мистер Палмер.

– Поверьте мне, вы отработаете каждый пенни. Я ничуть не приукрашиваю – вы придете в «Спектрум» и будете работать на износ. Ваша должность не только прибыльная, но и требует много сил и времени. Ну вы и так это знаете – много поездок, общение с различными клиентами. Хотя, насколько я слышал, вы и сейчас посвящаете работе кучу времени. По крайней мере я могу платить вам еще больше.

Некоторые слова Палмера жужжали в ее голове как назойливые мухи. «Работа на износ». «Требует много времени и сил». «Посвящаете работе кучу времени». Она тряхнула головой.

– Вы подкинули мне пищу для размышлений. – Заметив поднятую бровь Грина, она усмехнулась. – Ну вы же не думали, что я дам ответ вот так сразу?

Он засмеялся.

– Нет. Хотя на какую-то минуту мне показалось, что вы это сделаете. – Он вынул из внутреннего кармана пиджака свою визитку. – Когда все обдумаете, позвоните. Мне бы хотелось, чтобы вы прилетели в Шарлотт, встретились с другими начальниками нашей компании, узнали «Спектрум» изнутри. Если вы замужем и у вас есть дети, можете прилететь вместе с семьей. Устроите себе выходные – погуляете по городу.

Брук покачала головой.

– У меня нет ни мужа, ни детей.

Палмер ухмыльнулся.

– Это многое упрощает, не так ли?

Глава 28

– Знаешь, твоя идея оказалась не такой уж и плохой.

Кейд посмотрел на Зака, щурясь от полуденного солнца.

«Следовало надеть солнечные очки», – запоздало подумал он. Но кто ж знал, что они устроятся на улице – это было спонтанное решение.

Братья сидели на одном из каменных выступов на площади Дейли Плаза, всего в нескольких шагах от знаменитой пятнадцатиметровой скульптуры Пикассо, и ели буррито, купленные в ресторане напротив. У Зака были какие-то дела в центре города, и они с Кейдом договорились встретиться. А по дороге в ресторан услышали, как на площади группа музыкантов играет блюз, и решили немного посидеть на улице, наслаждаясь теплой погодой. Судя по размеру толпы, они оказались не одиноки в своем желании.

– Какая идея? – спросил Кейд, но потом, заметив хитрую улыбку Зака, вспомнил – книга стихов. – Ты поговорил с Пейдж?

– Да. А еще пригласил ее в пятницу на свидание.

– Молодец! – похвалил Морган, давая брату пять. – Ну, расскажи мне все подробно.

– Я решил слегка подкорректировать твою идею. Вместо того чтобы просто отдать ей книгу, сделал вид, будто сижу и читаю стихи. Я рассчитывал, что она заинтересуется и подойдет ко мне.

– Трус.

– Ха. Ты ничего не понимаешь. В наши дни женщины предпочитают держать все под контролем. Поэтому я просто положился на ее феминистские инстинкты, предоставляя возможность подойти ко мне первой.

– Неплохая попытка.

Зак расплылся в улыбке, признавая его правоту.

– Ладно-ладно. Может и струсил. Но в любом случае, в тот день в магазине было очень людно, и я заскучал, ожидая пока уйдут все покупатели. Вот я и подумал, почему бы не почитать книгу по-настоящему. И ты знаешь, некоторые стихи оказались очень даже ничего. – В его голосе звучало удивление.

Кейд улыбнулся.

– А то!

– Так вот, читаю я значит стих Луизы... забыл как ее фамилия, что-то об Аиде и его подземном царстве. И так увлекся, что заметил Пейдж только когда она, стоя у моего столика, сказала: «Кто не хочет любви?» Тут я подумал: «Ого! Какой глубокомысленный вопрос!» И, помня о том, какая Пейдж умная, осознал, что мне наконец-то выпал шанс доказать ей, что я не какой-то там тупой спортсмен. И я такой говорю: «Любовь – это когда твое подсознание притягивает подсознание другого человека».

– Очень умно, – сказал Кейд.

– Точно. Я очень гордился собой, но потом Пейдж показала на книгу и сказала: «О! Это не вопрос. Я просто процитировала строчку из стихотворения».

Кейд спрятал улыбку.

– Да уж... как-то неловко получилось.

– Ты так считаешь? Да я застыл в ужасе, думал о том, что больше никогда не буду слушать твоих советов касательно девчонок... но потом она спросила, как я полагаю, сможет ли наша футбольная команда победить команду «МакКинли».

– Ей нравится футбол? Похоже она крутая девчонка.

Зак покачал головой.

– Да нет. Мы разговорились, и, чувак, она ничего не понимает в футболе. Кажется, Пейдж просто хотела произвести на меня впечатление.

Кейд призадумался.

– Давай-ка разберемся – ты притворяешься, что тебе нравится поэзия, чтобы произвести впечатление на умную девочку, учащуюся вместе с тобой в классе по английскому. А она, в свою очередь, делает вид, что ей нравится футбол, чтобы впечатлить тебя. – Он перевел дыхание. – Это чертовски мило.

– Наверное, ее подсознание решило, что мое подсознание просто неотразимо, – заявил Зак с уверенностью, присущей всем подросткам.

– Что тут скажешь – у тебя все получилось, Гаррити!

Зак засмеялся, и они принялись обсуждать, каковы на самом деле шансы их школьной команды обыграть своих соперников. Прикончив ланч, Кейд посмотрел на часы и увидел, что ему пора возвращаться в офис.

Зак прокашлялся.

– Прежде чем ты уйдешь, хочу тебе кое-что сказать. Мне кажется, нужно рассказать папе о том, что мы общаемся.

Приложив все усилия, чтобы упоминание о Ное Гаррити не испортило ему настроение, Кейд произнес:

– Решать тебе, Зак. Я не прошу тебя врать своему отцу.

– Нашему отцу, – подчеркнуто сказал парень. Его лицо стало серьезным. – По крайней мере, ты мог бы это признать.

Кейд услышал в голосе брата разочарование. Он подозревал, что Зак втайне рассчитывает на трогательное воссоединение отца и сына. Долгое время Морган старался оставить в прошлом обиду и гнев, которые испытывал к Ною, после того, как тот исчез из его жизни. И сейчас Кейд не был уверен, что ему хочется возвращаться к этому снова.

Но прежде чем он успел ответить Заку, его кто-то окликнул.

– Кейд, привет! Я так и знал, что это ты!

Морган посмотрел мимо брата и увидел долговязого парня, одетого в рубашку-поло с короткими рукавами и в брюки цвета хаки. Пробираясь через переполненную людьми площадь, тот двигался в их сторону. Кейду потребовалось около секунды, чтобы узнать Чарли – друга Брук, с которым он познакомился на игре «Кабз».

– Великие умы мыслят одинаково, не так ли? – сказал Чарли, держа в руках пакет с едой и кивая в сторону музыкантов, играющих блюз.

– Рад тебя видеть, Чарли, – поздоровался Кейд. – Познакомься, это мой брат Зак Гаррити.

Морган слегка улыбнулся, чувствуя значимость момента. Впервые он кому-то представлял своего брата.

– О, надеюсь, будущий чемпион «Кубка Розы»? – поинтересовался Чарли, пожимая руку Зака.

– Он принимающий. А еще ему нравится читать стихи о любви. И у него слабость к умным девчонкам.

– Понимаю, – сказал Чарли с легкой усмешкой.

Они немного поболтали, а потом Кейд сообщил, что ему уже пора возвращаться на работу.

– Жаль. Ну а я еще погуляю. – Чарли обвел взглядом залитую солнцем площадь.

– Я и не знал, что здесь разрешено играть музыкантам, – заметил Зак.

– Нет ничего лучше, чем Чикаго летом. – Чарли покачал головой и вздохнул. – Не знаю, что Брук решит насчет Шарлотт… Конечно, работу там предлагают классную, но не может же она всерьез думать о том, чтобы переехать в город, где ей придется болеть за «Пантер». – Он вздрогнул и посмотрел на Кейда. – Ты должен убедить ее остаться.