Через несколько дней после окончания судебного процесса над Сергеем Михайловым женевские газеты выдали целый залп публикаций аналитического характера. И хотя суммы, которые выложил швейцарский налогоплательщик за ведение предварительного следствия и судебного заседания, называются разные (от двух до одиннадцати миллионов долларов), обозреватели склонны считать процесс Михайлова самым дорогим судебным делом Европы за последние десятилетия.

Прокурор Жан Луи Кроше, конечно, подал положенный протест, однако ознакомившись с материалами суда, сам же свой протест отозвал…

Начальник криминальной полиции Женевы Урс Рейнштайн дал пространное интервью, в котором заявил, что у полицейских лично к господину Михайлову не было никакой неприязни и они лишь старались добросовестно выполнять свою работу. Впрочем, главный женевский полицейский все же счел необходимым добавить, что впредь следует иметь больше оснований для того, чтобы арестовать человека. Урс Рейнштайн не стал комментировать вопрос по поводу бригады KORUS. Да и что теперь говорить, если бригада эта, созданная в полиции практически специально для расследования дела Михайлова, осталась теперь без работы. Первым угадал бесславный конец самый энергичный полицейский этой бригады — Кампиш. Незадолго до того, как материалы уголовного дела Р9980\96 были переданы в суд, Кампиш из полиции уволился и отбыл в неизвестном направлении. Поговаривают, что видели его на Филиппинах, где экс-детектив то ли пытается наладить какой-то мелкий бизнес, то ли просто проводит время в собственное удовольствие. Остальные члены бригады KORUS разбрелись кто куда. В другие отделы полиции их если и берут, то неохотно и на совершенно незначительные должности.

Близкие к юстиции репортеры поговаривают, что Жорж Зекшен пребывает в полном унынии, так как вряд ли может рассчитывать на то, что в ближайшем будущем ему доверят хоть сколько-нибудь серьезное дело. Вряд ли может рассчитывать на пост генерального прокурора и Кроше — затраченных на дело Михайлова миллионов ему налогоплательщики не простят, а это, безусловно, скажется на политической карьере господина Кроше. Что же касается Карлы дель Понте, то пресса резко переменила к ней свое отношение, и ее попытка списать решение присяжных по делу Михайлова на несовершенство швейцарских законов вызвала лишь волну гневного возмущения в печати.

Исключительную лояльность продемонстрировали Сергею Михайлову швейцарские банкиры. Не дожидаясь ни исков со стороны адвокатов, ни каких-либо специальных решений юридических властей, банки прислали сообщение господину Михайлову, уведомляя его о том, что все его счета в Швейцарии разморожены.

Сергей Михайлов живет в Москве, занимается бизнесом. Журналисты пообещали ему на страницах своих газет, что будут за ним тщательно следить. Поражений прощать никто не любит.

Женева — Москва

1999 г.