Кренник провел семью Эрсо в номер, а штурмовики заняли позицию за дверью. Пока Джин обследовала комнату, Кренник положил чемоданчик на стол так, что тот смог считать код с его ранговой планки. Замок чемоданчика щелкнул, но Кренник оставил его закрытым, положив ладони на крышку.

— Как я понимаю, «Солнечная гиперсвязь» предлагает тебе постоянную должность? — обратился он к Галену.

— Я намерен над этим подумать.

— Надеюсь, ты собираешься отказаться?

— Для меня это заработок, — ответил Гален. — Собственно, даже очень неплохой.

Кренник рассмеялся, глядя на Лиру, затем на Галена.

— С каких это пор вас стали заботить кредиты?

Гален смеяться не стал.

— Что ж, в любом случае я могу предложить кое-что получше.

Гален и Лира настороженно переглянулись.

— Сейчас все объясню, — сказал Кренник. — Теперь, когда война сходит на нет...

— Сходит на нет? — переспросила Лира. — Разве она не закончилась?

— Очаги сопротивления все еще остаются, — покачал головой Кренник, — особенно на Умбаре. Наши войска участвуют в нескольких, если можно так выразиться, миротворческих операциях, чтобы добиться прочного мира.

Император назвал послевоенное восстановление главной задачей, и один из способов его достичь — надежно обеспечить энергией планеты, пострадавшие от обеих сторон конфликта. — Он кивнул в сторону Галена. — Даже твой родной Грейндж.

— И это тот самый Палпатин, который ничего не мог сделать, будучи Верховным канцлером? — нахмурилась Лира.

Кренник пристально посмотрел на нее:

— Он победил сепаратистов.

— С немалой помощью.

— Будучи Императором, он может добиться того, чего никогда бы не позволил продажный довоенный Сенат, — небрежно махнул рукой Кренник. — Проект «Небесная мощь» — его мечта.

— И как он намерен воплотить в жизнь этот... проект «Небесная мощь»? — спросил Гален.

— Для начала он выделил средства на исследовательский комплекс на Корусанте, который уже строится в резервации б’анкоров.

— Я думала, б’анкорам предоставили эту землю навечно, — удивленно проговорила Лира.

— Б’анкоров переселили, — едва заметно улыбнулся Кренник.

— И этот исследовательский комплекс и есть твое «предложение получше»? — спросил Гален.

— Именно. Что скажешь?

Гален выдохнул через нос.

— Думаю, это зависит от того, насколько я им подойду.

— Подойдешь? — снова рассмеялся Кренник. — Да Император вообще рассчитывает, что ты согласишься на пост научного руководителя! Гален, это в точности тот самый проект, с которым ты ко мне приходил год с лишним назад. Это не только мечта Императора, но и твоя.

Гален ошеломленно повернулся к Лире.

— Гален!

— Орсон, я... я даже не знаю, что сказать...

— Если ты понимаешь, что для тебя к лучшему, — скажешь «да». — Он протянул руку, собираясь хлопнуть Галена по плечу, а затем, хитро улыбнувшись, постучал костяшками пальцев по крышке чемоданчика. — У меня тут есть кое-что, после чего у тебя вряд ли останутся хоть какие-то сомнения.

Подняв крышку, он развернул чемоданчик так, чтобы Гален и Лира могли увидеть его содержимое. Лира поднесла руку ко рту:

— Это...

— Кайбер-кристаллы, — закончил Гален, с трудом выговаривая слова.

— Там, откуда взялись эти, есть множество других таких же, — сказал Кренник. — Собственно, теперь, когда джедаев.... распустили, у Империи есть неограниченный доступ к планетам, которые долгие века были доступны лишь Ордену. И речь идет не просто об этих мелких образцах, но об огромных кристаллах. Как мне говорили — размером с валун. А может, даже больше.

Гален крайне осторожно извлек прозрачный кристалл из пенистого ложа и повертел в руке. К нему тут же подбежала Джин:

— Хочу такой!

— Может, как-нибудь потом, — сказала Лира, мягко удерживая тянущуюся к чемоданчику девочку.

Кренник собирался продолжить, но его позвал штурмовик из-за двери, и он, извинившись, вышел. Подождав, пока тот уйдет, Лира положила ладонь на руку Галена и тихо, но серьезно спросила:

— Гален, ты знаешь, откуда они?

— Возможно, с Майгито, — рассеянно ответил Гален, все еще очарованный бесцветным кайбером. — А может, с Илума или Кристофсиса...

— Я не про то, с какой они планеты, — покачала головой Лира. — Их размер, форма... — Наконец повернувшись, он увидел ее широко раскрытые глаза. — Они могли взяться только из световых мечей джедаев.

ЧАСТЬ ВТОРАЯ. В ПОИСКАХ МИРА

14. СЛАЖЕННОСТЬ ДЕЙСТВИЙ

ПОКОНЧИВ С ДЕЛАМИ на планете, Кренник вернулся на челноке к широко раскинувшимся верфям, в строительстве которых он участвовал пять стандартных лет назад. Серьезно пострадавший во время войны от огня турболазеров и зажигательных снарядов, строительноремонтный комплекс висел подобно руинам над столь же опустошенным Картушем, окруженным облаком из обломков разбитых кораблей и остатков их содержимого. Повсюду трудились что-то резавшие, сваривавшие и сверлившие ремонтные и служебные дроиды, а вокруг летали туда-сюда сотни буксиров и челноков. В уцелевших доках шла разборка или модификация звездных разрушителей типа «Венатор» и других линейных кораблей, многие из которых были спроектированы и построены сепаратистами. Огромное количество боевой техники, оружия и боеприпасов загружалось в трюмы транспортных кораблей, направлявшихся на имперские склады в отдаленных системах.

Корабль, на котором Кренник прибыл на Картуш, стоял у дальнего конца одного из самых длинных причальных рукавов верфи, но вместо того, чтобы вернуться туда, Кренник приказал пилоту челнока доставить его на имперский звездный разрушитель, проходивший ремонт ближе к центру Огромное треугольное подбрюшье корабля испещряли свежие следы недавних столкновений с остатками сепаратистов на Западных рубежах.

Когда луч захвата провел челнок через магнитное сдерживающее поле в обширный ангар, Кренник резко одернул китель и повел свой отряд временно позаимствованных штурмовиков по трапу, у подножия которого его встретил высокий, чисто выбритый и худой, словно мертвец, Уилхафф Таркин, в серой форме и черных сапогах с отворотами. Он стоял, слегка расставив ноги и заложив руки за спину, на фоне нескольких сотен штурмовиков, выстроившихся стройными рядами. Таркин слегка кивнул в сторону, и стоявший справа от него офицер, повернувшись, жестом отпустил небольшую армию облаченных в белую броню солдат, которые зашагали прочь словно на параде.

Кренник слегка улыбнулся, словно стараясь свести к минимуму впечатление от устроенной адмиралом демонстрации силы. Таркин наверняка знал, что штурмовики Кренника — на самом деле не его подчиненные, но Кренник ничем этого не показывал. Подойдя к Таркину, он молодцевато отдал честь.

— Должно быть, приятно чувствовать себя легендой своего времени, — заметил Кренник.

— Подобные посты не занимают просто так, лейтенант-коммандер, — натянуто улыбнулся Таркин.

— Буду иметь в виду, — не отводя взгляда, ответил Кренник. — Спасибо, что нашли время со мной встретиться.

— Учитывая, насколько мы загружены ремонтом, я рад любой возможности нарушить однообразие.

Кренник окинул взглядом огромный ангар:

— Странно — тут, можно сказать, даже довольно тесно по сравнению с тем, к чему я привык. Но все равно впечатляет.

Его сарказм не ускользнул от внимания Таркина.

— Ну конечно — ваш гигантский шар в небе. В данный момент движение вперед мне намного больше по душе, чем пребывание в покое.

— Что крайне важно, когда продолжаешь воевать, — с серьезным видом согласился Кренник.

— В любом случае — лучше что-то делать, чем увязать в трясине всевозможных осложнений.

Кренник удивленно поднял брови:

— Это и есть та новость, что дошла до вас насчет проекта?

— А есть другие?

Кренник огляделся по сторонам:

— Мы можем где-нибудь поговорить наедине?

— Прошу сюда, — сказал Таркин, любезно пропуская Кренника вперед.

Выйдя из ангара в широкий центральный коридор, Кренник замедлил шаг, не оставляя адмиралу иного выбора, кроме как идти рядом.

— Похоже, меня неверно информировали о положении дел на Джеонозисе, — заметил Таркин.

— Фактически мы только что приступили к третьему этапу, начав работу над реактором гиперматерии и генераторами щитов.

— А что с вашими рабочими?

— После смерти Поггля королева улья назначила нового эрцгерцога для надзора за солдатами и трутнями, но это уже не имеет значения. По сути, джеонозианцы теперь принадлежат Империи.

— В таком случае поздравляю, — сказал Таркин, хотя от Кренника не ускользнули фальшивые нотки в его голосе.

— Успех, однако, влечет за собой новые проблемы.

— Как часто и бывает.

Они остановились у большого иллюминатора, глядя на новый дредноут, торжественно покидавший док.

— Его закончили меньше чем за стандартный год, — сказал Таркин таким тоном, будто сам его построил.

— И при всем при том он уже устарел? — спросил Кренник.

— Временная замена, — ответил Таркин. — Хотя я уверен, что до развертывания боевой станции он вполне сгодится.

— Наше главное оружие по огневой мощи превзойдет десяток таких кораблей, — сказал Кренник.

Таркин искоса взглянул на него:

— Если его строительство когда-нибудь вообще закончится.

Они двинулись дальше, в конце концов оказавшись возле входа в помещение, которое Кренник принял за дополнительный кабинет Таркина. Когда люк открылся, Таркин провел Кренника в прохладную и со вкусом обставленную каюту, подождал, пока тот сядет, а затем сел сам.

— Прошу прощения за вопрос, но как теперь к вам обращаться — адмирал, губернатор или мофф?

Таркина повысили до адмирала еще до окончания войны, но звание моффа было новым — его присвоил лично Император десятку с небольшим своих наиболее ценных офицеров и региональных командиров.

— По-прежнему предпочитаю, чтобы меня называли губернатором.

— Пусть будет губернатор, — кивнул Кренник.

— Так что с теми проблемами, которые привели вас сюда с Джеонозиса? — после долгой паузы спросил Таркин.

— Как я уже сказал, мы приступили к новому этапу, для которого требуется больше сырья и ресурсов.

— Хотите сказать, у вас закончились астероиды?

Кренник пропустил его замечание мимо ушей.

— По нашему мнению, горные разработки подобного масштаба стоит получше скрывать от любопытных глаз, гак что мы смотрим в сторону менее населенных секторов.

— Западных рубежей, надо полагать?

— После тщательного изучения я выбрал несколько подходящих для наших целей планет, — кивнул Кренник.

— Вы выбрали? — переспросил Таркин.

— Да, для нашего проекта. И даже при всем при этом поставками следует заниматься... деликатно.

— А вы бы сами выбрали другое слово?

— Так сказал визирь Амедда, — пожал плечами Кренник. — Он хочет избежать любых последствий, которые могли бы вызвать возмущение Сената или спровоцировать распространение антиимперской пропаганды.

— Разумная осторожность, поскольку нам уж точно незачем, чтобы кто-то чересчур пристально присматривался к нашим планам.

Кренник не ответил.

— Многие горнодобывающие компании, бывшие в союзе с сепаратистами, имеют предприятия на десятках планет. Почему бы просто их не экспроприировать?

— В сущности, именно это мы и собираемся сделать — с соответствующим обоснованием.

Таркин задумчиво поскреб подбородок.

— Боевая станция станет самым могущественным оружием из всех, что когда-либо разрабатывалось.

— Способным одержать победу над кем угодно, — вставил Кренник.

— Соответственно, — продолжал Таркин, — она может стать мишенью для любой незаконной группировки отсюда до самого Скипио. Так что придется позаботиться о том, чтобы о вашей хитрости никто не узнал.

Кренник оценивающе взглянул на Таркина.

— Если позволите, губернатор, — похоже, вы весьма скептически смотрите на мое предложение.

— Да, у меня есть определенные сомнения, — ответил Таркин, глядя Креннику прямо в глаза. — Но я готов на какое-то время пренебречь ими.

— В таком случае я могу рассчитывать на вашу помощь?

— Мы ведь служим Императору, не так ли?

— Конечно.

— Скажите, однако, — Императору известно о ваших планах сфабриковать обоснования для экспроприации планет?

— Пока нет.

— Тогда я обязательно его об этом проинформирую, — снова усмехнулся Таркин.

* * *

О планете Раджтири, защищенной опасными пространственно-временными аномалиями, но при этом находившейся достаточно близко к нескольким основным гипер-пространственным трассам, чтобы из ее окрестностей можно было без особых усилий совершить прыжок, говорили, что на ней родились или нашли себе новую родину больше контрабандистов, чем где-либо за пределами Пространства хаттов, и именно благодаря этому процветал древний город Джибуто. История контрабандной деятельности некоторых местных семейств прослеживалась на двадцать поколений в прошлое, и немалая часть полученных в отдаленных регионах доходов отсылалась домой. Увенчан-ный величественными шпилями и парапетами и застроенный колоссальными куполами и павильонами город был также известен своими замысловатыми мавзолеями, возведенными в честь отцов и матерей, сыновей и дочерей, которые погибли, исполняя свой незаконный долг, и почитались как герои. Огромные гробницы были богато украшены изящными башнями, покрытыми черепицей куполами и зубчатыми стенами, а также голографическими изображениями умерших и постоянно сменяющими друг друга трехмерными эпитафиями, на тщательное изготовление которых средств затратили не меньше, чем на популярные развлекательные шоу. К находившимся внутри саркофагам живые постоянно приносили свежие цветы или сосуды с едой и напитками.

Благодаря своему местоположению на перекрестке космических трасс Джибуто изобиловал отелями, кантиками и казино, но Хас Обитт всегда предпочитал модным заведениям забегаловку недалеко от центра города, известную под названием «Кладезь разврата». Во многих отношениях она ничем не отличалась от тысяч других кантин на тысячах других планет, и Хасу она не казалась сколько-нибудь отвратительнее «Ложной луны» на Субе или сколько-нибудь более вдохновляющей, чем «Довольный крайт» на Татуине, но выпивка там была крепкой, обслуга привлекательной, а общество в основном не слишком болтливым.