Средь зимних ярмарок и звонниц,

Неведом дню и тьмой ведом,

Один окликнут – «Самозванец!» –

И град камней – в стеклянный дом!

Иль он один решился наспех,

Полжизни смердом проплясав,

К венцу расцвесть в болотах брянских

И вызреть в виленских лесах?

Нет, пред лицом солёной смерти,

Имён забвенных и путей –

Из вас любой на царство метил,

Днём крался, крылся в темноте!..

Прими покорно, Самозванец,

От прочих – честь, со всеми – часть,

В монаршей осени багрянец

Перед кончиной облачась:

У всех – затверженные роли,

И каждый сбросит облик свой. –

Играет ветер в чистом поле

Надежд пожухлою листвой!