Смотри – глаза, глядевшие в зрачки

Окликнутого Богом Авраама,

К тебе отныне яростно близки,

В твоё лицо отныне смотрят прямо!

Смотри – душа, дышавшая в тиши

С Эсфирью омертвелой, с Артаксерксом

Разгневанным, – сестра твоей души,

С твоим её бессмертье вровень сердцем!

Смотри, я выступил из темноты –

Взглянуть в тебя. Ты не исчезнешь вовсе.

Ты – зеркало. И где бы ни был ты –

Я тоже есть. Запомни – и готовься!..

На призыв – войти в своё лицо,

Отделившись от лица природы,

Оглянулся – пеплом и пыльцой

Весь покрыт, мгновенный, желторотый,

Умудрённый разумом полей,

Утверждённый в своеволье ветра:

«Вот роса. Ни капли не пролей.

Луч. Не урони ни доли света.

А меня не окликай. Пусти

Точечной, пейзажной земляникой

Поиграть – и строгость обрести

У колен праматери безликой.

И весенним лесом расцвести».

Как хрупок, мужественно-хрупок

В пространстве красном, напряжённом!

На мелкие осколки – кубок

В неразрешённом, нерешённом,

Китайском взгляде на предметы

Служенья, и любви, и быта.

И только кисть легка, как лето,

И только краскам суть открыта.

И всё умрёт – модель и автор,

И страсть сокрытая, и братство…

Картина выживет, но завтра

В ней никому не разобраться.