– А если она обманщица? Ну, просто притворилась, что глухая…

– Ну, конечно, притворилась, – рассмеявшись, перебил меня Сергей. – А слуховой аппарат ей нужен, чтобы самогон гнать. Так, что ли, по-твоему?.. Чтобы так притворяться глухой, надо быть гениальной актрисой, а это не про нее. К тому же все копии медицинских заключений у нее потом взяли, в документы фонда подшили. Сочувствие сочувствием, а бумаги должны быть в порядке. Иначе мы бы потом еще долго доказывали, что действительно приобрели слуховой аппарат, а не самогонный.

Сергей Михайлов строит православные храмы и участвует в осуществлении государственных программ, встречами и переговорами день и вечер, чаще всего до поздней ночи, забиты до предела. Но даже мельчайшую человеческую проблему, если знает о ней, не оставит без внимания. Немного напыщенной получилась фраза? Не отрицаю. Если кто сумеет, пусть скажет иначе.

* * *

С легендарным футболистом Виктором Понедельником Сергей Михайлов познакомился на турнире по футболу в честь Дня города, куда Виктор Владимирович приехал в качестве почетного гостя. После турнира организаторы пригласили гостей на импровизированный банкет. Ну, банкет, конечно, громко сказано. Так, несколько бутылок вина, бутерброды. Говорили, понятно, только о футболе. Сергей с искренним интересом болельщика расспрашивал Понедельника о том, 1-м чемпионате Европы во Франции. 10 июля 1960 года состоялся финальный матч между сборными СССР и Югославии. Основное время победителя не выявило – 1:1. А во время овертайма, за семь минут до окончания дополнительного времени, Виктор Понедельник забил «золотой» победный гол, принесший нашей команде звание чемпионов Европы. Когда вернулись в Москву, команду приветствовал сам глава советского государства Никита Сергеевич Хрущев. Подпрыгивая от возбуждения, похлопывал рослых футболистов по плечам, а подойдя к Понедельнику, от полноты чувств расцеловал его и воскликнул со своим неистребимым украинским акцентом, смягчая букву «г»: «А тебе “Волху” подарю», – подразумевая, понятное дело, не великую русскую реку, а чудо советского автопрома и признак наивысшего благополучия и отличия советского человека.

За четыре последующих года, что Хрущев еще пребывал в должности первого секретаря ЦК КПСС и председателя Совета министров СССР, у него так и не нашлось времени выполнить свое обещание, данное молодому футболисту. Потом Хрущева сняли, и, как говорят бюрократы, вопрос был исчерпан сам собой.

Завершив спортивную карьеру, Виктор Владимирович Понедельник через какое-то время был назначен главным редактором популярнейшего в те годы еженедельника «Футбол». Прошли годы, легенда отечественного футбола стал обычным российским пенсионером. Никакой машины ему так никто и не подарил, купить на собственные деньги – возможности не позволяли. Так и дожил до 65 лет. Узнав про юбилей легендарного спортсмена, Сергей Анатольевич вызвался помочь, заявив, что праздничный стол в ресторане станет его подарком. Понедельник взволновался не на шутку, все вызнавал, сколько гостей он может пригласить. «Вы, Виктор Владимирович, сами посчитайте, а мне только цифру назовите», – беспечно разрешил его сомнения Михайлов. Помнится, собрались на этот вечер сто двадцать человек. Были люди, чьи имена вошли в золотой фонд отечественного спорта, много журналистов, спортивные функционеры самого высшего ранга. А когда уже все гости собрались, Сергей Анатольевич взял микрофон, извинился за беспокойство и попросил всех на минутку выйти на площадь перед рестораном. Тут и ждал юбиляра главный сюрприз вечера. У входа стояла, вся украшенная разноцветными шарами и лентами, сверкающая новенькая «КИА». На лобовом стекле красовались огромные цифры «65», а на месте переднего номерного знака была прикреплена табличка «Виктор Понедельник».

– Мы сегодня решили исправить забывчивость Хрущева, – сказал, обращаясь к юбиляру, Сергей Анатольевич. – И дарим вам машину. Это, правда, не «Волга», но я надеюсь, что современный автомобиль вам не меньше радости доставит.

Сказать, что Понедельник в тот момент потерял дар речи, значит, расписаться в полном неумении передавать словами эмоции другого человека.

* * *

В конце девяностых был в Москве создан фонд поддержки вдов Героев Советского Союза, полных кавалеров ордена Славы и Героев России. Возглавил фонд Герой Советского Союза Юрий Петрович Филиппьев. Идея, вернее, даже необходимость создания такого фонда была очевидна. Вдовы Героев, чьи мужья отдали свои жизни на полях сражений, оказались лишенными чьего бы то ни было внимания. Как жили они, в чем нуждались – никого не интересовало. Вспоминали о них разве что в тех редких случаях, когда по тому или иному поводу нужны были какие-то архивные документы либо фотографии. Итак, фонд поддержки создали, а вот на какие средства эту самую поддержку организовать, никто и понятия не имел. Официальные организации, куда поначалу пытался достучаться Юрий Петрович, к его призывам оставались глухи. «У нас нуждающихся ветеранов еще полным-полно, а вы хотите, чтобы мы еще о вдовах заботились», – отвечали ему всюду, куда он только ни обращался. И вот тогда-то, узнав о существовании и деятельности фонда «Участие», обратился Юрий Петрович к Сергею Анатольевичу Михай-лову.

Помнится, было это незадолго до празднования очередной годовщины Дня Победы. Сергей отозвался мгновенно, даже не раздумывая. В ресторане Центрального дома туриста были накрыты праздничные столы, каждой из участниц торжественного вечера вручили подарки. От щедроты души устроителя вечера подарки оказались столь обильными и оттого тяжелыми, что пожилым женщинам работники фонда помогали их донести до машин.

Женщины были явно взволнованы таким приемом. Но еще больше волновались устроители вечера. Ведь в этом зале собралась живая история страны. Каких только имен здесь не звучало! На вечер приехали вдовы прославленных военачальников времен Великой Отечественной войны, вдовы космонавтов, вдовы тех, кто погиб в наши дни в «горячих» точках. Трогательным и непринужденным был тот первый праздник. Где-то примерно через час попросила микрофон легендарная летчица, Герой Советского Союза Надежда Васильевна Попова. Утром по телевизору я видел, как на Поклонной горе лихо махнула она вместе с Борисом Ельциным «фронтовые сто грамм».

– Я сегодня была на приеме в Кремле, – начала говорить Надежда Васильевна. – И скажу вам, Серг ей Анатольевич, без всяких преувеличений – такого угощения, как у вас, в Кремле небыло. Дело, конечно, не в угощении, хотя нет, и в нем тоже, потому что видно, все здесь от души подготовлено, с исконно русским гостеприимством. Но я о другом хочу сказать. Вот, как и все, получила я чудесные цветы и подарок. Чего скрывать, заглянула в пакет, а там конверт лежит. Я этого конверта не открывала, а чего его открывать, я и так знаю, что там деньги. Если бы мне лет десять —пятнадцать назад кто-то сказал, что я, Герой Советского Союза, деньги возьму, я бы даже не обиделась на этого человека, просто рассмеялась бы ему в глаза. А теперь беру. Не знаю, сколько в том конверте, но беру. С благодарностью. Потому что знаю, эти деньги помогут мне дотянуть до пенсии. И вам, Сергей Анатольевич, как мать сыну, говорю «спасибо». За подарки, за этот замечательный стол, а самое главное – за то, что вы о нас вспомнили, пригласили и устроили нам такой праздник, о котором мы и забыли, что такие бывают.

Надежда Васильевна Попова – человек не просто легендарный, она уникальна! Начав летать в конце тридцатых, она в годы Великой Отечественной совершила 667 боевых вылетов, не каждый мужчина-ас таким количеством может похвастать. Таких, как она, в годы войны называли «ночными ведьмами». Забегая вперед, скажу, что, когда режиссер Леонид Быков снимал фильм «В бой идут одни “старики”», прообразом командира женской эскадрильи стала Надежда Попова. Золотую Звезду Героя прикрепил к ее гимнастерке маршал Рокоссовский. Со своим будущим мужем, Семеном Ильичом Харламовым, дважды Героем Советского Союза, генералполковником авиации, летчиком поистине легендарным, Наденька Попова познакомилась в госпитале, где лечилась после ранения.

«Увидела я тогда своего Сеню на больничной койке, худого, бледного, и сразу решила: женю я его на себе», – со смехом вспоминает Надежда Васильевна.

К Сергею она относится, как к сыну, и он отвечает ей любовью. Как-то положили Попову в военный госпиталь. Мы приехали ее проведать. Она как раз, когда мы вошли в палату, альбом с фронтовыми фотографиями рассматривала. Нахлынули воспоминания, и мы, как зачарованные, сидели и слушали, позабыв про время. Да и от кого еще можно услышать о той страшной войне такие подробности?! Когда прощались, Надежда Васильевна сказала:

– Сергей Анатольевич, ну что вы меня так балуете? Каждую неделю продукты присылаете, сюда вот, в госпиталь, столько всего нанесли. Неловко как-то…

– Да какая ж тут неловкость, Надежда Васильевна? Я же от души.

– Знаю, что от души, потому и принимаю. И вот я что вам скажу. Есть такое слово – государственник. Вот вы, Сергей Анатольевич, и есть государственник.

– О чем это вы, Надежда Васильевна?

– А о том, что целому государству столько лет до нас, вдов Героев, никакого дела не было, а вы своей заботой целое государство нам заменяете, Помогаете, привечаете, одним словом, с душой к нам относитесь, и мы ваше внимание ценим.

Эти слова Надежда Васильевна Попова позже не раз повторяла на праздничных встречах, которые стали традиционными и регулярными. Шефство над фондом поддержки вдов Героев продолжается и по сей день. Давно ушел из жизни Юрий Петрович Филиппьев, фонд сейчас возглавляет контр-адмирал, Герой Советского Союза Лев Алексеевич Матушкин, который своих подопечных называет по-домашнему «мои бабоньки». Конечно, не только праздничными застольями ограничивается это шефство. Кому-то нужно помочь продуктами и лекарствами, кто-то нуждается в материальной поддержке, да мало ли проблем и забот у пожилых женщин, некоторым из них уже и за девяносто перевалило… Но во время празднования Дня Победы или других торжественных дат, когда собираются вме-сте, они еще и сплясать не прочь. Однажды Екатерина Сергеевна Катукова, вдова маршала бронетанковых войск Михаила Ефимовича Катукова, так и сказала:

– Я, когда к вам, Сергей Анатольевич, в гости прихожу, словно лет двадцать с себя сбрасываю, так у вас мне хорошо и славно.

* * *

Личное отношение к ветеранам войны у Сергея Михайлова особое. Фонд «Участие» шефствует над многими ветеранскими организациями, их более десятка по Москве наберется. Если же говорить о самих участников Отечественной, кому помог и помогает фонд, то их несколько тысяч.

– Когда призадумаешься, что для нас сделали эти люди, то понимаешь, что мы им обязаны всем. Просто пафосные слова говорить не хочется, – рассуждает Сергей Анатольевич. – Слова умеют говорить многие, только до дела редко доходит. Понимаю, конечно, что экономических проблем в нашей стране множество, но это же совершенно особые люди, сама история государства Российского. Их же уже совсем немного осталось. Да и нужно им самую малость, разве что дожить по-человечески, Вот я по нашим вечерам сужу. Еще лет десять, даже пять назад, когда собирались, сидели чуть не до ночи. А теперь через пару часов прощаться начинают – силы-то уходят. Поэтому я для себя так решил: все, что в моих силах и возможностях, буду для них делать.

* * *

Сергей Анатольевич вообще любит и знает историю, в этой области без всякого преувеличения его можно назвать эрудитом. Но одно дело просто знать историю, помнить знаменательные даты и вехи, имена, события. А совсем иное – чтить историю своей страны, гордиться ею. Когда готовилось трехсотлетие военного госпиталя имени Бурденко, к Михайлову за помощью обратилось руководство этой клиники.

– Бюджетные средства нам выделили, – говорили медики. – Учли даже проведение научно-практических конференций и прием зарубежных гостей, что приедут на юбилей. Но когда мы заговорили об установке памятника Петру Великому, по указу которого был создан наш госпиталь, нас чуть ли не в разбазаривании государственных средств обвинили. Одним словом, запретили категорически. Мы поняли, что нам нужна помощь человека, который к исто-рии своей страны относится с любовью и почтением. Судя по делам вашим, о которых мы много слышали, вы именно такой человек. Потому именно к вам, Сергей Анатольевич, и решили обратиться с этой просьбой о помощи.

Бюст Петра Первого украшает сейчас центральную аллею военного госпиталя имени Бурденко – Сергей Анатольевич Михайлов счел почетным долгом помочь в его создании. Так же, как и в создании памятника Федору Ивановичу Шаляпину, который установлен в музыкальной школе Солнцевского района, которая носит имя великого русского певца и где ежегодно проводятся конкурсы имени Шаляпина.

Глава седьмая

ТОЛЬКО ВЕРИТЬ

Из случайно услышанного разговора в приемной офиса Сергея Анатольевича Михайлова.

– Как считаешь, даст он нам денег? – вопрошал один мужчина у другого.

– Думаю, даст. А чего не дать-то, что у него, мало?

Просители были коренасты, крутоплечи, с заметно выпирающими животами. Одеты в одинаковые черные костюмы, галстуки, к которым они явно не привыкли, стягивали могучие шеи, и они, стесненные непривычной, видимо, одеждой, чувствовали себя, как говорится, не в своей тарелке. Вскоре они прошли в кабинет к Михайлову. Не сразу, после долгих, утомительных недомолвок и междометий, которые приезжим из Ижевска заменяли обычную речь, выяснилось, что начинающие бизнесмены желают торговать мясной тушенкой. Мясокомбинат тушенку им продать был готов. Дело оставалось за малым – раздобыть деньги на покупку, доставить тушенку в пункт икс – не важно даже, куда, тушенка же всюду нужна, и там ее продать.

– Стало быть, у вас есть возможность приобрести тушенку, но денег на это у вас нет, где и как вы ее будете реализовывать, вы пока еще тоже не знаете, – резюмировал Михайлов. – Ну а от меня-то вы чего ждете?