Вот письмо жены Усена: «Солнце мира! Свет вселенной!

Весь народ скорбит и плачет о тебе, царевне пленной!

Ты нас голосом чаруешь и красою несравненной,

Сочетавшийся с кристаллом дивный камень драгоценный!

Ты сказать мне не хотела о судьбе твоей постылой,

Но узнала я всю правду, и опять полна я силой.

Дай же весточку миджнуру, чтоб воспрянул он, унылый.

Будет он твоею розой, ты ж ему — фиалкой милой.

Прибыл брат его названый из Аравии ко мне.

Автандил, могучий витязь, он велик в своей стране.

Полководец Ростевана, он прославлен на войне.

Получить хотим мы вести о тебе, моей луне.

Ты с гонцом моим искусным сообщи нам, бога ради,

Возвратилась ли царица, сколько душ в ее отряде,

Велико ли ополченье у ворот и на ограде,

Кто начальствует над стражей при тебе, моей отраде.

Все, что знаешь ты, светило, напиши нам без пристрастья

И пошли в письме миджнуру знак любови и участья.

Пусть послужат испытанья для тебя залогом счастья!

Если мне творец поможет, не позволю вам пропасть я!»

И Фатьма раба немедля в край послала отдаленный:

«Передай посланье это нашей девушке плененной!»

И колдун натерся мазью чародейною, зеленой^{95}.

И над крышами помчался, словно призрак окрыленный.

Словно пущенный из лука, улетел он вдаль стрелою

И достиг ворот Каджети, лишь поля покрылись мглою.

И прошел он сквозь ворота, не замеченный толпою,

И принес посланье деве, сочиненное Фатьмою.

Сквозь закрытые ворота в башню девы он проник

И вошел, натертый зельем, волосат и чернолик.

И царевне показалось: не с добром пришел старик.

И шафраном стала роза, и осыпался цветник.

Но сказал пришлец царевне: «О небесное созданье!

Раб Фатьмы, к тебе я послан госпожою на свиданье.

Правду слов моих смиренных подтвердит ее посланье.

Скоро вновь осветит розу долгожданное сиянье!»

Удивленная царевна глаз миндалины открыла,

И агаты задрожали над зеницами светила.

Отдал раб посланье деве, и она его схватила,

И, вздыхая, прочитала, и слезами окропила.

«Что за гость, — она спросила, — мой разыскивает след?

И кого еще тревожит, есть я в мире или нет?»

«Я открою то, что знаю, — чародей сказал в ответ,—

С той поры, как ты исчезла, потускнел над нами свет.

С той поры, как ты исчезла, мы с Фатьмой копьем пробиты,

Госпожа моя не видит, где искать себе защиты.

Посчастливилось узнать мне, как живешь от нас вдали ты,

И, увы, не просыхают с той поры ее ланиты.

Ныне прибыл некий витязь, и Фатьма, его устроя,

Рассказала, как ты дева, стала жертвою разбоя.

Этот витязь — твой искатель, человек с рукой героя.

Посетить твою темницу постарался для него я».

«Ты, пришлец, — сказала дева, — мне не кажешься лгуном.

Но откуда вы узнали о несчастии моем?

Верно, жив еще доселе тот, кто жжет меня огнем!

Напишу Фатьме посланье я, скорбящая о нем».