— Будь вы прокляты, — пробурчал он.

Билли снял шляпу и положил рядом с собой, а на нее пристроил шестизарядник, чтобы был под рукой.

Индейцы больше не появлялись, день потянуться дальше. Было жарко. Под громадным бронзовым куполом неба кружил одинокий стервятник.

Он не стрелял, просто лежал и ждал. Апачи хотели взять его измором. Черт возьми, здесь он может переждать всех апачей юго-западного района правда, желания такого у него не было.

Стараясь держаться пониже и не высовываясь, он подкатил ко входу булыжник величиной с человеческую голову. Немедленно грянул выстрел, пуля взрыла песок перед булыжником, засыпав ему глаза. Он вытер их и с чувством выругался. Потом подкатил еще один камень, а промежуток между ними забил землей. Немного углубил место, где лежал, и задумчиво осмотрел стены убежища.

Дженни и Джули безмятежно щипали траву. Они слишком долго были со Стариком Билли, чтобы беспокоиться о таких, с их точки зрения, пустяках как стрельба и крики. Тень западного обрыва оврага протянулась еще дальше. Старик Билли ждал.

На верху откоса, у знакомого куста, он снова заметил едва различимое движение. Тщательно прицелившись, он навел мушку на обнаженные корни.

Билли не увидел никакого движения, вообще ничего, но внезапно корни исчезли. Он плотнее прижал приклад к плечу и начал отжимать спусковой крючок. «Шарпс» дрогнул у него в руках, Данбар опять прицелился и выстрелил.

Винтовка подпрыгнула, индеец приподнялся, прижимая обе руки к груди, и лицом вниз полетел с обрыва, увлекая за собой водопад мелких камней. Билли перезарядил «шарпс» и снова принялся ждать, наблюдая то за индейцем, то окидывая взглядом склоны русла. Апач лежал в тени под обрывом и не шевелился. Через несколько минут Данбар поднял свой белый камешек и перечеркнул еще одну белую линию.

Он с удовлетворением посмотрел на рисунок.

— Осталось шестеро, — сказал он.

Билли почувствовал голод. Дженни и Джули решили полежать и отдохнуть. Для них день уже закончился.

По счастью, он спрятал кирку и лопату в кустах у выхода оврага в более широкое русло. Старик Билли осмотрел откосы и отполз глубже в убежище. Ухватившись за ветки одного из кустов, росших под утесом, он вырвал его из земли, вкопал в самодельный бруствер и укрепил его камнями и землей.

Работая, он постоянно возвращался ко входу, но апачи стали осторожными, и он их не увидел. Тем не менее инстинкт подсказывал ему, что они где-то рядом. В этом-то вся штука. Он избегал этой мысли на протяжении всей стычки. Теперь индейцы все время будут рядом. Они потеряли убитыми троих воинов и не дадут ему сбежать.

Если у него было достаточно терпения, то апачи тоже умели выжидать, но они могли себе это позволить. А он — нет. И дело не в том, чтобы вернуться домой до окончания срока выплаты, а до нее оставалось два месяца, дело еще в том, чтобы вернуться с деньгами. И даже если ему повезет с золотом, потребуются многие недели тяжелой непрерывной работы, чтобы набрать нужную сумму.

И тут он заметил волка.

Что-то мелькнуло, и Билли Данбар увидел острый нос, яркие глаза и серый хвост. В следующее мгновение волк скрылся у основания уступа, прикрывавшего впадину. Рядом с ручьем.

Старик Билли нахмурился и осмотрел место. Он не единственный здесь окопался! У волка наверняка было логово, а там могли сидеть волчата, поскольку время было подходящее. Тишина отдыха после укрепления входа явно обманула серого, и он решил, что белый человек ушел.

Должно быть, волк или волчица все время находилась здесь и дожидалась возможности выйти поохотиться. Волчата проголодались. Если там были волчата.

И вдруг его осенила идея. Идея совершенно фантастическая, заставившая его рассмеяться. Но она могла сработать! Во всяком случае, она давала шанс выбраться из этой передряги и избавиться от апачей.

Он кое-что знал о их суевериях и верованиях. Это была рисковая игра, но он уже знал, что воспользуется этой возможностью.

Вынув из седельных мешков смену одежды, он надел ее. Затем разложил на земле, на самом виду, старую одежду — брюки, куртку, ботинки и рядом шляпу.

Подобрал несколько сухих веток, подошел к логову и разжег маленький костер. Вернулся ко входу и быстро осмотрелся. Сухое русло было пустынным, но он понимал, что за ним наблюдают индейцы. Он вернулся, отошел подальше от логова и стал ждать.

Дыма было мало, но его затягивало в логово. Уже скоро. Внезапно волк выскочил на середину впадины, оглянулся, рыча, перепрыгнул через бруствер и исчез в русле.

Билли стремительно затушил костер, оставшиеся ветки и угли бросил на свое костровище, затем веткой промел место. Индейцы появятся через несколько минут, может, немного позже.

Забравшись в логово, он наскреб волчьей шерсти и отнес ее к разложенной на земле одежде. Бросил клочья шерсти на рубашку и рядом с брюками. Брошенный в сторону входа взгляд убедил его, что индейцы еще не появились, но то, что они видели волка, он знал наверняка и мог представить себе их изумление.

Он поспешил к ручью и набрал пару пригоршней грязи. Это будет завершающий штрих, но он не помешает. Билли торопливо слепил две человеческие фигурки, повязав им на головы по травинке.

Подбежав ко входу во впадину, осмотрел овраг и продолжил работу, пока рядом с одеждой не стояли шесть грубых фигурок. Затем проколол их старыми иглами дикобраза, подобранными около утеса, и выстроил в ряд лицом к парапету.

Посмотрев в последний раз в овраг, он увидел, что там, почти не таясь, стоит индеец и глядит в сторону впадины.

Билли знал, что они будут осторожны, и засмеялся, представив, что последует дальше. Собрав винтовку, флягу, патроны и немного еды, он кинулся к волчьему логову и забрался внутрь.

Волчат там не было, в этом он удостоверился в самом начале. В конце пещерки, у основания скалы, места было достаточно, чтобы сидеть. Чиркнув спичкой, он убедился, что справа есть еще одна пещерка размером поменьше.

Билли осторожно пролез к выходу из логова, замел свои следы, стараясь не трогать волчьи, и пробрался обратно. Со своего места он мог видеть парапет.

Прошло почти полчаса, прежде чем над наспех построенной стеной поднялась голова. Черные, прямые волосы, красная повязка на лбу и резкие, жесткие черты лица их предводителя.

Потом над парапетом поднялись остальные и один за другим, переступив низкую стену, вошли во впадину. Они не спешили и опасливо оглядывали ее большими, испуганными глазами. Один из них заметил одежду со стоящими рядом фигурками и что-то сказал, указав рукой.

Индейцы подошли ближе и в благоговейном страхе остановились, глядя на утыканные иглами фигурки. Они очень хорошо знали, что они означают. Их вылепил колдун и на каждую наложил проклятие.

Один из апачей отошел и кинул взгляд на одежду. Вдруг он испуганно вскрикнул, привлекая внимание остальных к клочкам волчьей шерсти.

Индейцы собрались вокруг, возбужденно переговариваясь и оглядываясь со страхом.

Они думали, что поймали в западню белого человека. Зная апачей, Старик Билли догадывался, что они уже просчитали его рост, вес и примерный возраст. Такие вещи легко читаются по длине шага, глубине отпечатка на мягкой земле и по тому, как он работал.

Они поймали белого человека, а из западни выскочил волк! Теперь они нашли его одежду, а на ней волчью шерсть!

Все индейцы знали о человека-волках, оборотнях, тех странных существах, которые могли превращаться из человека в зверя и обратно. Существах, которые вырывали у спящих людей горло и метили детей волчьей кровью.

Наступали сумерки. Пока Билли Данбар работал, солнце склонилось к горизонту. Индейцы беспокойно оглядывались. Это было лежбище человека-волка, великого колдуна, который наложил проклятие на всех них, который пришел как человек, а ушел как серый охотник.

Вдруг в пустыне завыл волк!

Апачи вздрогнули, как от удара, а затем одновременно попятились. К тому времени, как они достигли выхода из впадины, они почти бежали.

Старик Билли провел ночь в логове, лежа у дыры и дожидаясь рассвета. Он видел, как вернулся волк, тревожно принюхался и ушел. Когда стало светло, Билли выполз из пещеры.

Ослы, как ни в чем ни бывало, щипали траву и при его появлении подняли головы. Он поднял было вьючное седло, потом опустил его.

— Будь я проклят, если сбегу! — сказал он.

Взяв с собой старый «шарпс» и запасной лоток, Билли Данбар зашагал по сухому руслу и немного погодя принялся за работу. Время от времени он тщательно осматривал местность, но апачей не видел. Золота после промывки выходило даже больше, чем он надеялся. Еще несколько дней… Неожиданно он поднял голову.

Недалеко, лицом к нему стояли два индейца. Ближайший сделал несколько шагов вперед, положил что-то на камень и отошел. Билли, согнувшись, наблюдал, как они скрылись из вида. Затем подошел к камню. В выделанную шкуру оленя было завернуто мясо!

Он вдруг рассмеялся. Теперь он великий колдун. Теперь он человек-волк. Оленина служила подношением, знаком замирения, и он возьмет ее. Старик Билли понял, что с этого момента он может приходить на земли апачей и намывать золота, сколько захочет.

Несколько дней спустя он убил волка, снял с него шкуру, а из головы сделал нечто вроде капюшона, который натянул на тулью своей старой фетровой шляпы. Что бы он ни делал, он ее не снимал.

Через месяц он вошел во Фремонт позади Дженни и Джули и встретил у ворот Сэлли. Она разговаривала с молодым Сидом Бартоном.

— Привет, — усмехаясь, сказал Сид и удивленно посмотрел на волчий капюшон.

— Лучше сними его! Кто-нибудь может принять тебя за волка.

Старик Билли засмеялся.

— А я и есть волк! — ответил он. — Не веришь? Спроси у апачей!