Клубится пыль под сапогами

И под копытами копей,

Чтоб выпадать потом веками

Осадком окаянных дней.

Ни звонкой сабли злобный высверк,

Как в камне блёстками слюда,

Ни одиночный ночью выстрел —

Ничто не канет без следа.

Мир искушён в преображенье.

Но, жизни будущей пролог.

Строка поэта – продолженье

В пыли оставленных дорог.

Словно Ромул и Рем припадаем

к «Бродячей собаке»,

В вечной жажде признанья терзая

сухие соски.

За клыкастостью строк – нещенячья

готовность к атаке

От избытка ли чувств или от

безысходной тоски…

Скороцветия уз и союзов поспешных

распады…

Отражением взглядов бездонностью душ

говорим,

в огнедышащих горнах скандалов кипят

эскапады

И за каждой из них – каждый спорящий

строит свой Рим.

Над плебейством строки проступают

патриции духа —

Луноходы земных и пустынники лунных

дорог;

На вселенскую музыку держит настроенным

ухо

Всяк вошедший под своды «Собаки» пророк.