Если бы бедность была злом, то все бедные должны бы быть злыми; если же многие из бедных достигли небес, то, следовательно, бедность – не зло.
Если бы Господь пребыл на Своей высоте, если бы не снисшел к немощи, если бы остался Тем, чем был, соблюдая Себя неприступным и непостижимым, то, может быть, немногие бы последовали за Ним, даже не знаю, последовали ли бы и немногие?
Если бы мы имели в себе по тысяче душ, не должны ли были бы положить все души за Господа? Впрочем, и таким образом мы не сделали бы еще ничего достойного Его благодеяний.
Если бы не было Ангела Господа Вседержителя, охраняющего его, не избежать бы ему бесовских наветов и сетей смертных.
Если бы не было в нас пристрастия ни к деньгам, ни к пустой славе, если бы мы не боялись и смерти, ни бедности, не знали ни вражды, ни ненависти, то не страдали бы ни от своих, ни от чужих горестей.
Если в нас рождается какой-нибудь скверный помысл, то надобно подавлять его внутри и не допускать ему переходить в слова.
Если в то время, когда ум молится, к нему примешивается какая-либо посторонняя мысль или беспокойство о чем-нибудь, тогда молитва не называется чистою.
Если видишь бедного, не проходи мимо, а тотчас подумай, каким бы ты был, если бы был тем бедным, чего бы ты не хотел, чтобы все тебе делали?
Если во время работы потревожит тебя дух блуда, не обленись простереть руки свои на молитву, и молитва веры противостанет за тебя.
Если возлюбишь молчание, то будешь любим многим.
Если возненавидим кого-либо из единоверных как злого, то и Бог возненавидит нас как злых.
Если вознерадим мы часто открывать помыслы свои, то впадем в большие страсти и затем, стыдясь открыть их, впадем в ров нечаяния.
Если возьмешь здесь, то, без сомнения, получишь тленное, а если подождешь будущего времени, то Господь отдаст тебе нетленное и бессмертное.
Если воины хранят верность царю ради того, что от него доставляется им пища, во сколько больше мы должны стараться, благодаря Бога немолчными устами, непрестанно угождать Ему, все создавшему для человека?
Если враг располагает к клевете, оградим себя молчанием.
Если вы, уповая на Бога и от Него чая помощи, а не от доктора и лекарств, обращаетесь к естественным средствам врачевания, то тут нет греха.
Если диавол станет внушать нам ненависть, врачевством жизни для нас да будет любовь.
Если днем ткать, а ночью распускать, то никогда не соткать. Если днем строить, а ночью разрушать, то никогда не построить. Если молиться Богу, а делать пред Ним злое, то никогда ни соткать, ни построить дом своей души.
Если вы желаете служить Богу, приготовьте сердца ваши не к пище, не к питью, не к покою, не к беспечности, но к терпению, чтобы претерпеть всякое искушение, беду и печаль. Приготовьтесь к тяготам, постам, духовным подвигам и ко многим скорбям, ибо многими скорбями надлежит нам войти в Царствие Божие. (Деян. 14, 22); Царство Небесное силою берется, и употребляющие усилие восхищают его.
Если же зародится внутри (худая мысль), тотчас прогонять ее благочестивым размышлением.
Если же надмевает тебя неправедно собранное богатство, то оно скоро изблюется тобою, потому что по природе своей течет и не постоит на месте. А ты возбудишь великий смех, прилепившись к преходящему, как к чему-то постоянному.
Если же смерть привилась к телу и, как в нем пребывающая, возобладала им, то нужно было и жизни привиться к телу, чтобы, облекшись в жизнь, свергло оно с себя тление.
Если же те, которые хотят похитить земные житейские вещи, не спят всю ночь и остаются вооруженными, то как же мы, желая приобрести блага, достойные гораздо большего попечения, блага духовные, беспечно спим даже днем и остаемся всегда обнаженными и безоружными?
Если желаешь увидеть блага, которые уготовал Бог любящим Его, вселись в пустыню отречения от своей воли.
Если злопамятствуешь на кого-либо, то молись о нем; и, молитвой отделяя печаль от воспоминания о зле, какое он причинил тебе, остановишь движение страсти; став же дружелюбным и человеколюбивым, совершенно изгонишь эту страсть из души. Когда же другой злобится на тебя, будь к нему ласков, смиренен и обходись с ним по-доброму, и избавишь его от страсти.
Если и люди за почтение платят почтением, то не гораздо ли более Бог, который, впрочем, нередко делает это, и не будучи сам почитаем?
Если кратковременный порок есть тяжкое зло, то какое прощение, какое оправдание могут иметь те, которые постоянно упражняются в нем и никогда не насыщаются?
Если кто впадет в какое-либо согрешение, и не будет сердечно скорбеть об этом, то легко опять впадет в ту же сеть.
Если кто имеет к кому ненависть, пусть помирится и возвратится к любви, чтобы его ненависть и вражда с ближним не послужили свидетельством того, что он Бога не любит.
Если кто истребит в себе леность, тотчас увидит возникающими в себе правые помыслы, которыми утверждаются правда и суд.
Если кто наговорит пред тобою на брата своего, уничижит его и покажет злобу на него, не склоняйся против него, чтоб не постигло тебя то, чего не желаешь.
Если кто не возражает помыслам, которые враг тайно сеет в нас, но молитвою к Богу отсекает беседу с ними, то это служит признаком, что ум его обрел премудрость, и что нашел он краткий путь.
Если кто, однажды покаявшись во грехе, опять делает тот же грех, – это знак того, что он не очистился от причины этого греха, от которой, как от корня, опять прорастают побеги.
Если любим богатство и нерадим о благотворительности, то из Божественного Писания известно нам, что такой человек предастся продолжительному горению в огне.
Если мы постараемся возносить к Господу благодарения за прежние милости и располагать себя в признательности за последующие, чтобы не оказаться недостойными благодеяний Его, – то будем в состоянии и жизнь вести лучшую, и уберечься от греха.
Если мы постоянно будем помнить о благодеяниях Божиих, какие Он излил на природу нашу, то и сами будем благодарны, и это послужит для нас сильнейшим побуждением (идти) по пути добродетели.
Если мы, вспоминая о благодеяниях людей, большею воспламеняемся к ним любовью, то тем более, непрестанно вспоминая о благодеяниях к нам Господа, будем усердны к заповедям Его.
Если нам поведено любить врагов, а мы ненавидим и любящих нас, то какому подвергнемся наказанию?
Если наше духовное рождение надлежит принимать верою, то чего заслуживают люди, испытующие умом рождение Единородного?
Если не возмог ты объять помыслов души своей, то как можешь домышляться о Божиих помышлениях и Божием уме?
Если не по другой какой-нибудь причине, то уже по той мы достойны будем геенны, что боимся геенны более, чем Бога.
Если не подаешь нуждающемуся, то не знаешь, что и сам ты человек.
Если не уведаем, какими нас создал Бог, то не познаем и того, какими нас соделал грех.
Если никакое слово не может выразить и тех лютых страданий, какие терпят люди, сжигаемые здесь, то тем более неизобразимы страдания мучимых там в аду. Здесь, по крайней мере, все страдание оканчивается в несколько минут, а там палимый грешник вечно горит, но не сгорает.
Если нет в благах выше сего – видеть Бога, то соделаться сыном Божиим, без сомнения, выше всякого благополучия.
Если нечисто намерение, предшествующее действию, то и само действие будет дурно, хотя бы и казалось хорошим.
Если никогда во время молитвы не осаждает ума твоего никакое помышление мирское, то знай, что ты не вне области бесстрастия.
Если опечалишься о грехах, или прослезишься, или воздохнешь, то вздох твой не утаится от Него, и, как говорит св. Иоанн Златоуст: «Если посетуешь только о грехах, то примет Он это для твоего спасения».
Если охранишь уши свои, не погрешит язык твой. Если услышишь какие слова вне, не тащи их с собою и, пришедши, не пересказывай другому.
Если ощущаешь в себе блудную брань, то непрестанно удручай себя бдением, голодом и жаждою, смиряясь пред всеми.
Если помилуешь противоборца, то будет у тебя враг, и если пощадишь эту страсть блудную, то она восстанет на тебя.
Если постигнет тебя какая неудача, то думай: «Господь видит сердце мое, и если Ему угодно, то будет хорошо и мне и другим», и так душа твоя всегда будет в мире. А если кто будет роптать: это не так, а это нехорошо, то никогда не будет мира в душе, хотя бы он и пост держал и много молился.
Если почтим Единого, т. е. Бога, то все станут почитать нас, а если обесчестим Его грехами своими, то встретим противное тому бесчестие.
Если придет на тебя неожиданное искушение, не вини того, через кого оно пришло, а ищи, для чего оно пришло; и найдешь исправление душе своей.
Если снабжаешь кого, давай тайно и избежишь тщеславия.
Если станешь беречь богатство – оно не будет твоим; а если станешь расточать нуждающимся – не потеряешь.
Если так много печется Господь о бедных, когда их обижают, то, конечно же, еще более наградит тебя за них, когда они получат от тебя благодеяния.
Если терпишь нападки от блуда, держи тело свое непрестанно под прискорбностью в смирении пред Богом, не давая сердцу своему увериться, что прощены тебе грехи твои, и успокоишься.
Если ты будешь благоразумен, то ни зверь, ни человек не только не причинят тебе никакого вреда, но еще принесут весьма великую пользу.
Если ты говоришь о приятности порока, то скажи и о конце его: ведь он ведет к смерти, как добродетель руководит нас к жизни.
Если ты избрал для себя благоговейную жизнь, то трезвись, чтобы лукавый под видом благоговения не внушил тебе чуждого помысла, а именно тщеславия и гордыни.
Если ты истинно милосерден, то, когда неправедно отнято у тебя твое, не скорби внутренно, и не рассказывай об ущербе посторонним. Пусть лучше ущерб, нанесенный обидевшими тебя, поглощен будет твоим милосердием.
Если ты лишишься имущества и будешь благодарить, то потеря не может огорчить тебя столько, сколько радует чувство благодарности. Это – тяжкий удар для диавола, это делает душу любомудрою, это научает нас истинному суждению о вещах настоящих.
Если ты мужественно переносишь бедность, благодаря Господа, то этот предмет послужил для тебя поводом и случаем к получению венцов; а если ты за нее хулишь Создателя и осуждаешь Промысл Его, то ты употребил ее во зло.
Если ты научишься не говорить ничего лишнего, но постоянно ограждать и мысль, и уста свои беседою из Божественных Писаний, то хранение твое будет крепче адаманта.
Если ты находишь, что в тебе нет любви, а желаешь ее иметь, то делай дела любви, хотя бы сначала и без любви. Господь увидит твое желание и старание и вложит в сердце твое любовь.
Если ты не в состоянии заградить уста клевещущему на друга своего, то, по крайней мере, остерегись от общения с ним».
Если ты не знаешь в точности всех дел Господа своего, то за это особенно поклоняйся Ему, – за неизреченное Его величие, за непостижимое Его Промышление, за многообразное и премудрое Его попечение.
Если ты не уверен в благах будущих, то поверь им на основании настоящих, которые уже получил.
Если ты оклеветал кого, если сделался врагом кому-либо, примирись до судилища. Все окончи здесь, чтобы тебе без забот увидеть то седалище (Судии).