Молчанье ночи было нерушимым,

Казалось, погрузился в страшный сон,

Он был тягучим, липким, нестерпимым,

Как пытками, рождённый женский стон.

Стоял в кромешной тьме, ломая руки,

Но не сумел прогнать из сердца страх,

Потом, мои усиливая муки,

Прекрасный голос зазвучал в ушах,

Мне раз за разом слышалось – Ленора…

Казалось, ангелы, порхая в небесах,

Любимой имя, повторяли хором.

Потом оно возникло на губах —

Одно лишь имя, больше ничего

Не донеслось до слуха моего.