И.А. Крывелев пишет: «Наиболее древними из сохранившихся более или менее полных экземпляров [греческой] Библии являются рукописи Александрийская, Ватиканская и Синайская… Все три рукописи… датируются (палеографически, то есть на основании „стиля почерка“ — Авт.)… второй половиной IV в. н. э. Язык кодексов греческий… Каждый из перечисленных выше кодексов имеет сложную и интересную историю, которая известна нам, впрочем, далеко не полностью… Меньше всего известно о Ватиканском кодексе — в частности, не ясно, как и откуда этот памятник попал около 1475 г. в Ватикан… Об Александрийском кодексе известно, что в 1628 г. …патриарх Кирилл Лукарис подарил его английскому королю Карлу I». Синайский кодекс обнаружен только в XIX веке известным немецким богословом К. Тишендорфом.
Итак, три древнейших кодекса Библии появляются на свет после XV или даже после XVII века. Более того, репутацию древности этим документам создал авторитет К. Тишендорфа (XIX век!). Причем только на основании «стиля почерка». Однако сама идея палеографического датирования предполагает уже известной глобальную хронологию других документов, а потому ни в коей мере не является независимым способом датирования. Видный историк церкви, профессор В.В. Болотов в начале XX века по этому поводу писал: «При определении времени написания унциальных рукописей большим препятствием могут служить подделки… Какой-нибудь любитель книг мог заказать снять буквальную копию (т. е. воспроизвести и древний шрифт) с древнейшей рукописи… Искусников воспроизводить этот почерк было всегда достаточно… Были подражания древнейшим рукописям и с корыстной целью».
В свете того, что мы узнаём об эпохе XV–XVI веков (см. «Русь и Рим», кн. I–III), возникает вопрос: а верно ли, что все перечисленные рукописи Библии появились в XV веке? Или они более позднего происхождения?
Ведь Синайский кодекс обнаружен лишь в XIX веке. История Александрийского кодекса прослеживается не далее XVII века. Только Ватиканский кодекс появился в Ватикане якобы около 1475 года, однако его история считается самой темной. Энциклопедия «Христианство» сообщает следующее по этому поводу: «Когда и откуда он попал туда — неизвестно… До открытия Синайского манускрипта Ватиканский считался древнейшим и важнейшим. Но сведения о нем были смутны и неверны, так как он доступен был лишь самому незначительному числу избранных лиц и для остальных хранился в тайне». Да и вообще, как мы теперь понимаем, история Италии — в частности, Ватикана — становится надежной лишь с конца XVI–XVII века.
Других более или менее полных древних рукописей Библии (на греческом) не известно.
Иногда упоминают о манускрипте-палимпсесте святого Ефрема Сирина, хранящемся в Парижской библиотеке. Его относят к V веку н. э., но реально он был обнаружен лишь в XVII веке. В этом манускрипте первоначальный библейский текст был кем-то стерт с пергамента (якобы XII или XIII век), а вместо него были написаны сочинения святого Ефрема Сирина. И тут снова возникает тот же самый Тишендорф: «Многое оставалось неразборчивым и непрочитанным. Только искусству Тишендорфа удалось преодолеть все препятствия; им и издан был, с незначительными пропусками, этот важный памятник в 1843 г. в Лейпциге. Манускрипт очень неполон: ветхозаветные книги находятся в отрывках, и в Новом Завете недостает, по крайней мере, одной трети» («Христианство», т. 1).
Из отдельных же библейских сочинений самыми древними считаются рукописи книг пророков Захарии и Малахии, датируемые якобы XV веком н. э. Но «датировка» эта — тоже палеографическая и независимой не является.
По мнению И.А. Крывелева, «наиболее древние из сохранившихся рукописей Библии выполнены на греческом языке».
Полезно подробнее ознакомиться с деятельностью К. Тишендорфа, на авторитете которого покоится датировка IV веком древнейших греческих рукописей Библии из различных европейских книгохранилищ.
Н.А. Морозов, специально изучавший биографию богослова, в своем труде «Христос» писал: «Выхлопотав себе крупную субсидию от русского императора, Тишендорф, бывший в это время уже профессором специально устроенной для него кафедры библейской палеографии при теологическом факультете Лейпцигского университета, отправился в Египет и на Синай, где нашел у монахов св. Екатерины рукописный экземпляр Библии, которую сначала напечатал (в 1862 г.) как открытый им документ IV века, а затем, через семь лет после этого, преподнес императору Александру II, за что немедленно и получил потомственное русское дворянство. Подаренный им императору документ хранится теперь в Петербургской Публичной библиотеке под названием Синайский кодекс… Он содержит полное собрание старозаветных и новозаветных книг, написанных на пергаменте крупным почерком, отдельными заглавными буквами, которыми, по утверждениям Тишендорфа, писали до IX или X века нашей эры, после чего стали писать строчными обычными буквами».
Неужели величина букв — достаточное основание для датировки? Причем для таких важных случаев! Между прочим, еще требуется доказать, что в XVI–XVIII или даже в XIX веке кто-то — да хотя бы сам Тишендорф — не мог переписать Библию заглавными буквами. Тем более что он имел тут, видимо, личный интерес. Получил же он за это в результате потомственное русское дворянство. Н.А. Морозов писал: «Во всяком случае, можно только удивляться, что лейпцигский протестантский профессор библейской палеографии, германец Тишендорф, имевший полную возможность подарить эти рукописи своему университету, предпочел отдать их в далекую… Россию».
Н.А. Морозов имел возможность лично ознакомиться с Синайским кодексом. Он рассказывает: «При внимательном осмотре Синайского кодекса в рукописном отделении Публичной библиотеки мое внимание, прежде всего, обратило на себя то обстоятельство, что листы пергамента у этого документа совсем не истрепаны на нижних углах, не замусолены и не загрязнены пальцами, как это должно бы быть при тысячелетнем пользовании им». Отметим, что Н.А. Морозов мог заметить все это лишь потому, что ему посчастливилось держать в руках этот документ. А по его словам, например, «на снятых с него (Синайского кодекса — Авт.) фототипических изображениях, изданных в Англии, страницы кажутся много грязнее, чем они есть в действительности». Это странно. Ведь качество профессиональных фотографий даже начала XX века было весьма высоким. Не старались ли издатели фотокопии придать кодексу «древний» вид?
«Особенно же интересно, — продолжает Н.А. Морозов, — показалось мне в Синайском кодексе внутреннее состояние его пергамента. Листы его очень тонки, прекрасно выделаны и, что всего поразительнее, сохранили свою гибкость, нисколько не сделались хрупкими! А это обстоятельство очень важно для определения древности. Когда мы имеем дело с документами, действительно пролежавшими тысячелетие, хотя бы при самых лучших климатических условиях, тогда часто при малейшем прикосновении к их листам они ломаются на мельчайшие кусочки… Прекрасное состояние внутренних листов Синайского кодекса при явных следах небрежного обращения с ним монахов, сорвавших его переплет и оборвавших наружные листы…» Что касается сорванного переплета и наружных листов, то действительно это крайне странно в сочетании с великолепной сохранностью самого кодекса. Ведь именно на переплете и на наружных (первом и последнем) листах указывались выходные данные рукописи. Кто, где, как и когда ее изготовил, переписал и т. п. Да и сам переплет может многое рассказать о времени и месте изготовления. Поэтому складывается впечатление, что переплет и наружные листы Синайского кодекса оборвали не монахи и не те, кто им пользовался, а, например, сам Тишендорф. Дабы скрыть явные следы позднего происхождения рукописи. Ведь, повторим, Тишендорфу нужно было найти «очень-очень древнюю рукопись». Дворянство, тем более потомственное, просто так не давали.
Любопытно, что Тишендорфа просто «преследовали» библейские рукописи якобы IV века, ставшие благодаря ему знаменитыми. Как и он сам благодаря им стал очень знаменит. Н.А. Морозов писал: «Рушится созданная тем же самым Тишендорфом легенда и о необычной древности хранящегося в Ватикане (и сделавшегося известным для ученых лишь с 1870 года) сборника старозаветных и новозаветных рукописей, так называемого Ватиканского кодекса… Он тоже написан по-гречески на сохранившем свою гибкость пергаменте, как и Синайский сборник, и такими же отдельными… мелкими заглавными буквами… Этот экземпляр, по словам самих монахов (Ватикана? — Авт.), неизвестно когда и как попал в Ватикан. Приехавший туда Тишендорф первый возвеличил его, а с ним и Ватиканское книгохранилище, и себя самого, отнеся его к IV веку, как к наибольшей из всех возможных древностей. Но более осторожные исследователи уже и прежде меня приписывали ему… только V век, а теперь приходится отнести его к периоду между VI и XII веком, хотя, конечно, ничто не могло помешать любителю красивых книг древ него образца заставить хорошего писца и в XVI веке сделать себе на пергаменте такую копию». Прибавим от себя: не только в XVI, но даже и в XVII, и в XVIII, и в XIX веках. Как показывают наши исследования (например, «Библейская Русь». М., 1998), даже Н.А. Морозов не осознал, насколько поздними являются дошедшие до нас полные рукописи Библии.
Вот, например, рукопись Библии, обнаруженная в XVII веке, так называемый Александрийский кодекс. Он был подарен «в 1628 году английскому королю Карлу I константинопольским патриархом Кириллом Лука рисом без обозначения древности, хранится теперь в Британском музее в Лондоне». Однако, как мы показываем в настоящей книге, Библия в ее современном виде существенно редактировалась и, возможно, дополнялась даже и в XVII веке. Поэтому если Александрийский кодекс действительно был написан до 1628 года, то он не мог быть полным. Что мы и видим! По словам Н.А. Морозова, «он содержит со значительными пробелами книги обоих Заветов и, кроме того, два послания Климента Римского, одно из которых не окончено и признается подложным». Мы видим, что даже сам набор библейских книг в XVII веке еще не устоялся. Разные кодексы в то время могли включать в себя разные библейские книги. Например, послания Климента Римского, которые в современный канон уже не входят.
Еще один пример. Из окончательного варианта Библии исключено второе пророчество Даниила, которое ходило в списках XVII века. То есть в XVII веке еще не было окончательно решено, включать ли его в канон. А знакомство с ним оказывается сегодня очень полезным, поскольку обнаруживается, что второе пророчество библейского Даниила наполнено средневековыми географическими и этническими названиями. Поэтому, вероятно, его и не включили в канон, несмотря на широкую известность в то время (мы опубликовали его в кн. II настоящего издания и в т. 2 нашей работы «Библейская Русь»).
В заключение сообщим читателю некоторые подробности открытия Синайского кодекса. Когда Тишендорф в поисках древних рукописей приехал в монастырь Святой Екатерины на Синае, «он заметил в библиотеке, посреди зала, в корзине для выкинутых бумаг, обрывки пергамента, выброшенные и предназначавшиеся для печки. Следуя своему чутью ученого, он взял один из листов и узнал в нем отрывок очень древней рукописи Библии; этой рукописи принадлежали и дальнейшие 129 листов, которые он вытащил из корзины. 43 листа ему далось приобрести». С этими листами он вернулся в Европу, а затем несколько раз приезжал сюда снова. В конце концов, рукопись «нашлась полностью» и была продана русскому царю за 9 тысяч тогдашних рублей, «что по тому времени было немало». Вся эта история длилась 15 лет (1844–1859). Что-то странное проглядывает во всем этом. Вспомним, что рукопись, виденная Н.А. Морозовым, была в прекрасном состоянии. А ведь якобы с ней так варварски обращались «невежественные монахи». Рвали в клочья, выбрасывали в грязную корзину, растапливали ею печь…
Наша версия. Синайский кодекс мог быть сфабрикован Тишендорфом с помощью монахов монастыря. Сначала он сделал им предварительный заказ. Скорее всего, те 43 листа, которые он увез в первый раз, были просто образцом их работы. Тишендорф показал их в Европе, получил одобрение. Вернулся и сделал уже полный заказ. Итого ездил три раза.
Такова, на наш взгляд, история сохранившихся якобы древнейших греческих рукописей Библии. Как видим, их датировка «ранним Средневековьем» крайне сомнительна. Следует четко сказать, что мы не имеем сегодня греческих рукописей полной Библии, надежно датированных ранее XVII века.
Расскажем теперь об истории самого греческого перевода. Считается, что впервые перевод Пятикнижия с еврейского на греческий язык был сделан 72 переводчиками, будто бы в III веке до н. э. в эллинистическом Египте при царе Птолемее Филадельфе. За этим переводом, точнее, за старой греческой Библией впоследствии закрепилось название «перевода 70 (или 72) толковников». Но этот перевод до наших дней не дошел. Существуют различные предположения, какой из сохранившихся текстов больше всего «похож» на этот перевод. Считается, будто ближе всего к нему Синайский и Ватиканский греческие кодексы. Однако данное мнение основано лишь на «тишендорфовских датировках» кодексов якобы IV–V веками н. э. То есть опять-таки на сомнительной хронологии.
Следует иметь в виду, что в современной литературе термин «перевод 70» часто употребляется просто в смысле «греческий текст Библии». Поэтому у читателя иногда создается обманчивое впечатление, будто сегодня существует древний канонический греческий перевод Библии, выполненный при царе Птолемее. Это не так.
Сегодня мы не имеем исходного (древнего) «перевода 70». Поэтому закономерен вопрос: был ли похож этот перевод на современную Библию хотя бы в общих чертах (состав книг и т. д.)? Этот вопрос возникает еще и потому, что сегодня считается, будто этот перевод был принесен и на Русь и первый перевод Библии на церковнославянский язык, будто бы сделан именно с «перевода 70». Но, как мы увидим ниже, на Руси в Средние века пользовались совсем другими «Библиями».
Вывод. Сегодня мы не имеем древнего греческого текста Библии. А то, что имеем, — либо сомнительного происхождения, либо поздние тексты, история которых прослеживается в прошлое в лучшем случае до XVI–XVII веков. Вновь возникает все та же граница — XVII век.