У средневекового человека был непривычный для нас религиозный взгляд на географию. В его сознании некоторые, казалось бы, чисто географические понятия на самом деле были связаны не с местом, то есть с какой-то географической точкой на карте, а с верой.

Географические названия в те времена могли иметь совершенно иной смысл, чем сегодня, в частности, могли быть более подвижными. Для средневекового человека эта подвижность и повторяемость названий была понятна. Сегодня этот смысл забыт… и, разбирая старые источники, мы подсознательно, и иногда ошибочно, стремимся втиснуть их в наши современные представления о географии.

Наглядный пример подвижного названия — Иерусалим. Так, известно, что в XIV веке существовала некая секта пепузиан (пелузиан), приверженцы которой утверждали, что Иерусалим — это некая Пепуза. При этом Пепуза была просто селением в Малой Азии. Вот что говорит уже известный нам церковный писатель XIV века Матфей Властарь: «Монтанисты (Монтан — идейный вдохновитель этой раннехристианской секты — Авт.) назывались и пепузианами, потому что считали божественным местом Пепузу, селение во Фригии, и именовали ее Иерусалимом».

Об этом писал и римский писатель и историк епископ Евсевий Памфил: «Небольшие города Фригии: Петузу и Тимион, называл он (Монтан — Авт.) Иерусалимом». Конечно, следует помнить, что изначально был один, главный, древний Иерусалим, в котором разворачивались евангельские события XI века. Это был Царь-Град на Босфоре. Но помимо этого далекого (географически отдаленного) для многих Иерусалима потом появились и местные, более близкие центры религиозного поклонения. Которые иногда тоже назывались Иерусалимами на том основании, что являлись политико-религиозными центрами для той или иной общины или страны. И такие примеры мы еще увидим.