Ночь прошла спокойно. Утром Железный Дровосек докончил плот, срубил шесты для себя и Страшилы и предложил путникам садиться. Элли с Тотошкой на руках устроилась посредине плота. Трусливый Лев ступил на край, плот накренился, и Элли закричала от страха. Но Железный Дровосек и Страшила поспешили вскочить на другой край, и равновесие восстановилось. Железный Дровосек и Страшила погнали плот через реку, за которой начиналась чудесная равнина, кое-где покрытая весёлыми рощами и вся освещённая солнцем.

Всё шло прекрасно, пока плот не приблизился к середине реки. Здесь быстрое течение подхватило его и понесло по реке, а шесты не доставали дна. Путешественники растерянно смотрели друг на друга.

— Очень скверно! — воскликнул Железный Дровосек.— Река унесёт нас в Фиолетовую страну, и мы попадём в рабство к злой волшебнице.

— И тогда я не получу мозгов! — сказал Страшила.

— А я смелости! — сказал Лев.

— А я сердца! — добавил Железный Дровосек.

— А мы никогда не вернёмся в Канзас! — закончили Элли и Тотошка.

— Нет, мы должны добраться до Изумрудного города! — вскричал Страшила и налёг на шест.

К несчастью, в этом месте оказалась илистая отмель, и шест глубоко воткнулся в неё. Страшила не успел выпустить шест из рук, а плот несло по течению, и через мгновение Страшила уже висел на шесте посреди реки, без опоры под ногами.

— До свидания! — только и успел крикнуть Страшила друзьям, но плот был уже далеко.

Положение Страшилы было отчаянное. «Здесь мне хуже, чем до встречи с Элли,— думал бедняга.— Там я хоть ворон пытался пугать — всё-таки занятие. А кто же ставит пугало посреди реки? Ох, кажется, я никогда не получу мозгов!»

Тем временем плот нёсся вниз по течению. Несчастный Страшила остался далеко позади и скрылся за поворотом реки.

— Придётся мне лезть в воду,— молвил Трусливый Лев, задрожав всем телом.— Ух, как я боюсь воды! Вот если бы я получил от Гудвина смелость, мне вода была бы нипочём... Но ничего не поделаешь, надо же добраться до берега. Я поплыву, а вы держитесь за мой хвост!

Лев плыл, пыхтя от напряжения, а Железный Дровосек крепко держался за кончик его хвоста. Трудная была работа — тащить плот, но всё же Лев медленно подвигался к другому берегу реки. Скоро Элли убедилась, что шест достаёт дно, и начала помогать Льву. После больших усилий совершенно измученные путники наконец достигли берега — далеко-далеко от того места, где начали переправу.

Лев тут же растянулся на траве лапами кверху, чтобы просушить намокшее брюхо.

— Куда теперь пойдём? — спросил он, щурясь на солнышко.

— Обратно, туда, где остался наш друг,— ответила Элли.— Ведь не можем же мы уйти отсюда, не выручив милого Страшилу!

Путники пошли берегом против течения реки. Они брели долго, повесив головы и заплетаясь ногами в густой траве, и с грустью думали об оставшемся над рекой товарище. Вдруг Железный Дровосек закричал изо всех сил:

— Смотрите!

И они увидели Страшилу, мужественно висевшего на шесте посреди широкой и быстрой реки. Страшила издали выглядел таким одиноким, и маленьким, и печальным, что у путников на глаза навернулись слёзы. Железный Дровосек разволновался больше всех. Он бесцельно бегал по берегу, рискнул было зачем-то сунуться в воду, но сейчас же отбежал назад. Потом сдёрнул воронку, приложил ко рту, как рупор, и оглушительно заорал:

— Страшила! Милый друг! Держись! Сделай одолжение, не падай в воду!

Железный Дровосек умел очень вежливо просить.

До путников слабо долетел ответ:

— ...жусь! ...огда ...е ...стаю...

Это означало: «Держусь! Никогда не устаю!»

Вспомнив, что Страшила и в самом деле никогда не уставал, друзья очень ободрились, и Железный Дровосек снова заорал в свою воронку-рупор:

— Не падай духом! Не уйдём отсюда, пока не выручим тебя!

И ветер донёс ответ:

— ...ду! ...е ...нуйтесь ...а ...ня...

И это означало: «Жду! Не волнуйтесь за меня!»

Железный Дровосек предложил сплести длинную верёвку из древесной коры. Потом он, Дровосек, полезет в воду и снимет Страшилу, а Лев вытащит их за верёвку. Но Лев покачал головой:

— Ты ведь плаваешь не лучше топора!

Железный Дровосек сконфуженно замолчал.

— Должно быть, придётся мне опять плыть,— сказал Лев.— Только трудно будет так рассчитать, чтобы течение принесло меня прямо к Страшиле...

— А я сяду к тебе на спину и буду тебя направлять! — предложил Тотошка.

Пока путники так судили да рядили, на них издали с любопытством поглядывал длинноногий важный Аист. Потом он потихоньку подошёл и стал на безопасном расстоянии, поджав правую ногу и прищурив левый глаз.

— Что вы за публика? — спросил он.

— Я — Элли, а это мои друзья — Железный Дровосек, Трусливый Лев и Тотошка. Мы идём в Изумрудный город.

— Дорога в Изумрудный город не здесь,— заметил Аист.

— Мы знаем её. Но нас унесла река, и мы потеряли товарища.

— А где он?

— Во-он видишь,— показала Элли,— висит на шесте.

— Зачем он туда забрался?

Аист был обстоятельной птицей и хотел знать всё до мельчайших подробностей.

Элли рассказала, как Страшила оказался, посреди реки.

— Ах, если бы ты его спас! — вскричала Элли и умоляюще сложила руки.— Как бы мы были тебе благодарны!

— Я подумаю,— важно сказал Аист и закрыл правый глаз, потому что аисты, когда думают, обязательно закрывают правый глаз. Но левый глаз он закрыл ещё раньше.

И вот он стоял с закрытыми глазами на левой ноге и покачивался, а Страшила висел на шесте посреди реки и тоже покачивался от ветра. Путникам надоело ждать, и Железный Дровосек сказал:

— Послушаю я, о чём он думает,— и потихоньку подошёл к Аисту.

Но до него донеслось ровное, с присвистом, дыхание Аиста, и Дровосек удивлённо крикнул:

— Да он спит!

Аист и в самом деле заснул, пока думал.

Лев ужасно разгневался и рявкнул:

— Я его съем!

Аист спал чутко и вмиг открыл глаза.

— Вам кажется, что я сплю? — схитрил он.— Нет, я просто задумался. Такая трудная задача... Но, пожалуй, я перенёс бы вашего товарища на берег, не будь он такой большой и тяжёлый.

— Это он-то тяжёлый? — вскричала Элли.— Да ведь Страшила набит соломой и лёгкий, как пёрышко! Даже я его поднимаю!

— В таком случае, я попытаюсь,— сказал Аист.— Но смотрите, если он окажется слишком тяжёл, я брошу его в воду. Хорошо бы сначала свешать вашего друга на весах, но так как это невозможно, то я лечу!

Как видно, Аист был очень осторожной и обстоятельной птицей.

Аист взмахнул широкими крыльями и полетел к Страшиле. Он вцепился ему в плечи крепкими когтями, легко поднял и перенёс на берег, где сидела Элли с друзьями.

Когда Страшила вновь очутился на берегу, он горячо обнял друзей и потом обратился к Аисту:

— Я думал, мне вечно придётся торчать на шесте посреди реки и пугать рыб! Сейчас я не могу поблагодарить тебя как следует, потому что у меня в голове солома. Но, побывав у Гудвина, я разыщу тебя, и ты узнаешь, какова благодарность человека с мозгами.

— Очень рад,— солидно отвечал Аист.— Я люблю помогать другим в несчастье, особенно когда это не стоит мне большого труда... Однако заболтался я с вами. Меня ждут жена и дети. Желаю вам дойти благополучно до Изумрудного города и получить то, за чем идёте!

И он вежливо подал каждому путнику свою красную морщинистую лапу, и каждый путник дружески пожал её, а Страшила так тряс, что чуть не оторвал.

Аист улетел, а путешественники пошли по берегу. Счастливый Страшила шёл, приплясывая, и пел:

— Эй-гей-гей-го! Я снова с Элли!

Потом, через три шага:

— Эй-гей-гей-го! Я снова с Железным Дровосеком!

И так он перебирал всех, не исключая и Тотошки, а потом снова начинал свою нескладную, но весёлую и добродушную песенку.