На следующий день первый урок был математика. Вера Евстигнеевна что-то объясняла у доски. А я сидела за партой и смотрела в окно. Там вдалеке, между деревьями, бегала какая-то рыжая собака. Я никак не могла разглядеть, есть у неё на спине чёрное пятно или нет.

– Синицына, – сказала вдруг Вера Евстигнеевна, – куда ты смотришь? Повтори, что я сейчас сказала!

– Вы сказали: Синицына, куда ты смотришь?

Все засмеялись. Вера Евстигнеевна нахмурилась.

– Интересно, – сказала она, – что в этом смешного, если ученик не слушает урок и ещё при этом дерзит учителю?! Синицына, если я ещё раз замечу, что ты меня не слушаешь, я напишу тебе замечание в дневник. Садись!

Я села и стала слушать. Я слушала изо всех сил. Мне вовсе не хотелось получать замечание в дневник. Я не сводила глаз с Веры Евстигнеевны. Я даже шевелила губами, повторяя про себя её объяснения…

А Вера Евстигнеевна стояла у доски и говорила:

– Возьмём икс и игрек. Если мы сложим икс и игрек, то у нас получится…

Получится… У нас получится… Ну ещё бы! У нас, конечно, получится! Мы обязательно его найдём! Да он наверняка где-нибудь тут поблизости ходит. Такой коричневенький весь, симпатичный, одно ухо белое!.. Может быть, даже он сидит сейчас вот под этим окном…

И вдруг за окном кто-то залаял!

Я подскочила на месте и толкнула Люську локтем в бок.

– Ой! – на весь класс завопила Люська. – Ты что, с ума сошла?

– Косицына, в чём дело? – медленно и раздельно сказала Вера Евстигнеевна.

Я согнулась над тетрадкой и замерла.

– Наври чего-нибудь, – тихонечко, сквозь зубы пробормотала я.

А Люська уже вставала за партой, охая и держась обеими руками за левый бок, как будто там была огромная рана, из которой текла кровь.

– Сама толкается, а сама говорит, чтобы я врала, – растягивая слова, плаксиво говорила Люська. – Пусть сама врёт, если хочет…

– Так, – сказала Вера Евстигнеевна. – Значит, опять Синицына? Ну, на сегодня хватит. Дай-ка, Синицына, сюда свой дневник! Скорее, скорее.

И через минуту в моём дневнике на чистой зелёной странице, разлинованной в полосочку, появилась размашистая запись:

«Т. родители! Ввиду безобразного поведения вашей дочери на уроках прошу вас зайти в школу для разговора».