Первый стражник, подбежавший к нам, даже не понял, что произошло. Я ударил его клинком в живот. Мой удар оказался быстрее течения его мыслей. Потом, ощутив боль, стражник выпучил глаза и выплюнул несколько сгустков крови, попавших мне на лицо. Кряхтя от натуги, я подхватил бьющегося в предсмертных судорогах евнуха и ударил им второго стражника. Оба покатились по черно-белым плитам двора. Подоспели другие. Сражение продолжалось. Краешком глаза я вовремя заметил блеск лезвия и увернулся. Я сломал нападавшему правую руку, после чего вонзил клинок в голову моему противнику. А ко мне уже подбирался четвертый евнух. Я присел, развернулся и ударил его по ногам, затем вскочил сам и что есть силы наступил ему на голову – череп громко треснул.

Неподалеку от меня Холден уложил троих евнухов. Остальные, оценив наши боевые качества, стали осторожнее. Похоже, они решили окружить нас. Мы же, укрывшись за колоннами, тревожно переглядывались, прикидывая в уме, сумеем ли живыми добраться до люка.

Умные ребята. Двое двинулись к нам. Мы с Холденом встали плечом к плечу, готовясь отразить их атаку. Вторая пара решила обойти нас с правого фланга. На какой-то момент нам с Джимом стало не по себе. Мы изменили позу, встав спиной к спине, и начали оттеснять стражников обратно во двор. Они отступили, но тут же приготовились к новой атаке. Двигались они медленно, дюйм за дюймом, снова пытаясь взять нас в кольцо.

Дженни остановилась возле двери бань.

– Хэйтем! – крикнула она со страхом в голосе. – Нужно уходить.

Что бы они сделали с ней, узнав, ради кого была затеяна эта бойня? И каким было бы ее наказание? Даже думать об этом мне было страшно.

– Сэр, вам двоим нужно убираться отсюда, – бросил мне через плечо Холден.

– Без тебя мы не уйдем!

Евнухи предприняли новую атаку. Сражение продолжалось. Еще один евнух со стоном упал, корчась в предсмертных судорогах. Даже перед смертью, даже с лезвием, вонзенным им в живот, эти люди не кричали. За спиной нападавших на нас я разглядел других евнухов, сбегавшихся во внутренний двор, словно тараканы.

– Сэр, уходите! – настаивал Холден. – Я задержу их, а потом вас догоню.

– Не валяй дурака, Холден! – рявкнул я, рассердившись на его щедрое предложение. – Ты не сможешь их задержать. Они окружат тебя со всех сторон и изрубят на куски.

– Сэр, я бывал в местах пожарче этого, – проворчал Джим, продолжая неутомимо махать мечом.

Он и сам не верил в то, что говорил.

– С твоего позволения, я останусь, – возразил я, парируя удар очередного евнуха.

Здесь мне даже не понадобился клинок. Я ударил нападавшего по лицу, и он закувыркался, откатываясь назад.

– Уходите! – снова закричал Холден.

– Нет. Если умирать, то вместе! – возразил я.

Однако Холден решил, что время учтивостей кончилось.

– Слушай, приятель, либо вы немедленно уберетесь, либо мы тут все подохнем. Устраивает такая перспектива? – спросил он.

Дженни вцепилась в мою руку и потянула меня к открытой двери. Слева к нам приближалось еще несколько евнухов. Однако я продолжал колебаться. И тогда Холден, тряхнув головой, закричал:

– Простите, сэр, но иначе вас не сдвинешь!

Раньше, чем я успел что-то предпринять, он втолкнул нас с Дженни внутрь и захлопнул дверь.

Я оказался на полу, в гнетущей тишине, пытаясь осознать случившееся. Из-за двери доносились звуки сражения. Битва была на удивление тихой, словно евнухи боялись нарушить привычную им тишину. Потом в дверь начали барабанить. Послышался крик. Это кричал Холден. Я вскочил на ноги и уже был готов вернуться во двор, как вдруг Дженни впилась мне в руку.

– Хэйтем, сейчас ты ему ничем не поможешь, – тихо сказала она.

– Ублюдки! – услышал я крик Холдена. – Бесполые ублюдки!

Последний раз взглянув на дверь, я задвинул тяжелый засов. Дженни тащила меня к люку.

– Это все, на что вы способны? – слышалось со двора.

Мы спускались вниз. Голос Холдена звучал все тише.

– Ну давайте, суньтесь ко мне с вашими обрубками между ног. Я погляжу, как вы справитесь с одним из солдат его величества…

Последнее, что мы услышали, спускаясь в туннель, был пронзительный крик Холдена.