Мирося под вечер нашла Зорулю, потянула ее в темный закоулок, начала пылко нашептывать:

- Все решено. Боян добрый совет дал. Освободим любимого, а тогда пусть царь кусает локти. А ты, Зоруленька, что-то сделай с теми дурнями-стражниками.

- А что я с ними сделаю? - растерялась Зоруля.

- Поведи на гульбу. Купальский же вечер! Чару добрую пусть выпьют.

- Неужели так влюбилась, Мирося? - удивилась Зоруля.

- Навеки! - пылко обняла подругу царевна.

- Смотри, чтобы не случилось горя с той любовью. Дочь царская и пастух.

- Он мой царь и владыка! Как увидела - мир огнем занялся. А как побыла с ним в роще - душа моя за тучи полетела!

- Вот видишь - опасливо говорила Зоруля - говоришь, мир огнем занялся. Может, он перелесник!

- Когда перелесники такие - сквозь слезы прошептала Мирося - пусть забирают меня к себе. Зачем мне эти пьяные воеводы, эти глупые прислужники царские, что выпрашивают уютного места у моего батеньки? Зореслав один остановил нашествие враждебное, я сама видела! Вот герой, рыцарь! Вот Яр-Див!

- Хватит, хватит! - по-матерински ворчала Зоруля. - Кудахчешь, как курица над яйцом! Расхвасталась! Уже иду, иду.

Она, крадучись, пробежала переходами башни, царевна - за ней. Часовые, услышав шаги, насторожились, недовольно позвали:

- Кто слоняется?

- Я - заигрывая ответила Зоруля, появляясь из-за стены.

- А, Зоруля - успокоившись зевнул дружинник - Чего бродишь вечером? Почему не гуляешь?

- За вами пришла – улыбнувшись сказала девушка.

- Как-то за нами?

- Так Купала же ныне. Все девушки и ребята собираются на кручах. Огни зажгут. Весело будет - страх!

Дружинник дернул себя за усы, переглянулся с товарищем, тот облизнулся, печально покачал головой.

- Гм. Оно бы и нам не помешало ковш меда наклонить. Так поставили же нас, караулить надо.

- С какого это чуда? - притворно удивилась Зоруля.

- Пастуха же сторожить.

- Так он же замкнут.

- И то правда - обрадовался усатый дружинник. - Не колдун же он? Решетки толстенные, не перегрызет.

- Так пойдем же. Вон уже жгут огни. Ой весело будет!

Девушка схватила усатого воина за руку, потянула к выходу. Второй глянул им вслед, махнул рукой и бросился за ними, бормоча на ходу:

- Как убежит - то и из-под стражи убежит. А если не убежит - то и так не убежит. Пойду и я, может, и моя судьба где-то венок сплетает.

А Мирося стояла в закоулке башни около ставен, ждала, глядя на просторное видноколо славутинской долины. На кручах уже полыхали огни, золотые искры катились стремительным потоком к небесному шатру, рассыпались там на темно-синем фоне, становились звездами, начиная вечную сказку летней ночи. Над лесом катились песни. Мирося дрожала от волнения - решается ее судьба. Все будет иначе отныне: нет детских забав, нет отца, нет царства! Есть новая тропа - страшная, опасная, из которой уже нет возврата! И не надо.

Неподалеку от нее прозвучали тяжелые шаги дружинников, послышался беззаботный, веселый смех Зорули. Пора!

Мирося добежала до погреба, заскребла в окошко.

- Кто там? - отозвался Зореслав.

- То я, жених мой - прошептала царевна.

Юноша метнулся к дверям, прижался к гратам, увидев в сумерках любимое личико, болезненно застонал.

- Для потехи так меня назвала?

- Зореслав, я полюбила тебя сразу, как встретила в степи! Зачем терзание? Не я виновата, что тебя бросили сюда. Ты отгадал мои загадки - сам Яр-Див велел, чтобы ты стал моим женихом. Я не иду против судьбы. Сердце мое горит!

Юноша взял ее пальцы к своих ладоням, начал целовать.

- Соколица моя! А я уж думал, бросила ты меня в неволе!

- Я говорила с Бояном. Тебе надо убегать.

- А ты?

- Я с тобой.

- Не хочешь быть царицей?

- Зачем мне царство? - тихонько засмеялась девушка, лаская пальцами юное личико. - В глазах твоих все мое царство.

- О Перун! Теперь мне не страшная и темница!

- Но пора освободиться из нее. Мы придумали вот что: ночью похитим ключ, он у советника Печеруна. Как заснет, Зоруля подкрадется.

- Согласен! - сжав ей руку, прошептал Зореслав.

- Сейчас Купала, вокруг огни, шум, никто не услышит! А мы к рассвету будем уже далеко, никакие царские прихвостни нас не достанут. Тсс! Кто-то идет. Я бегу, любимый! Надейся!

Она побежала к выходу, около лестницы лицом к лицу встретилась из Печеруном. Он схватил царевну за руку сухими пальцами, заглянул ей в глаза острым взглядом.

- Где была, царевна?

- Пусти! - застонала Мирося от боли - Как ты смеешь так со мной разговаривать? Пусти!

Советник отстранился, однако заступил путь вниз, к выходу.

- Знаю, была возле пастуха. Царь велел закрыть его, а ты волю отчую нарушила, видишься с ним.

- Стыд царскому советнику бегать за девушками, следить!

- Не позор, заботы о царстве не дают мне спокойствия. Царь не здоров, а ты.

- Что я? - с вызовом глянула на него Мирося.

- Влюбилась у смерда, в пастуха.

- Может, ты мне лучшего жениха нашел? - вспыхнула царевна от обиды.

- А разве мой сын не лучше?

- О Перун! - сплеснула в ладони Мирося. - Ты же сам знаешь, какой он у тебя дурак!

- Я хочу лишь одного, спасти тебя! - протягивая к ней костлявые руки, пылко зашептал Печерун - Царь в гневе! Думаешь, он счастлив тем, что пастух спас его в бою? Хе-хе! Нет ничего худшего для владыки, чем кого-то благодарить спасением! Владыки не прощают своим спасителям. А тем более, когда спаситель тянется к венцу царскому.

- Ложь! - вскрикнула Мирося - Зореславу ничего не надо. Пусть царь освободит его, и мы покинем Витич.

- Те-те-те! Лги кому другому. Пастух не так прост, как тебе кажется. Да и ты. Все же, царевною легче, чем пасти ягнят.

- Не береди моих ран, коварный дед! - простонала Мирося - Чего тебе надо?

- Имей хоть крошку ума.

- Твои слова напоены злом и ядом.

- Гляди! Все равно станешь женою Мечика!

- Ни за что!

- Сама попросишь об этом! - крикнул советник вслед девушке, которая быстро бежала вниз по лестнице - Не ведаешь, глупая царевна, что отбрасываешь! Сделай своего пастуха воеводой, пошли его воевать другие царства. Ты станешь царицей над широкими землями. Ты подтопчешь под ноги бесчисленные народы! Слышишь?

Мирося не ответила, нырнув в волшебную купальскую ночь, напоенную пением и весельем, звездными узорами и мерцанием бесчисленных огней. А на душе Печеруна было невесело, там клубилась едкая змея. Остановившись около царских покоев, он задумался. «Ха! Вот что я думаю? Есть хитрая штука! Все случится так, как я замыслил. Пусть попробуют ускользнуть из моего силка»!