Костер догорал. Молочные струи тумана сделались сиреневыми.

Мастер достал из кармана ключик.

— Часы заводятся раз в год, — сказал мастер. — Никто не мог этого сделать, потому что ключ остался при мне.

Он отщелкнул крышку часов и осторожно вставил ключик в прорезь.

Слышно было, как на лугу позванивает колокольчиком Тамара. Тяжелые капли росы, шурша, скатывались с веток в траву.

Мастер несколько раз повернул ключик.

Что-то щелкнуло в механизме, потом послышался тоненький высокий звук, как будто птица пробовала голос.

Это запели часы.

Учителю показалось, что он снова играет отцу веселую песенку на глиняной дудочке-окарине.

Чистая Пятка увидел себя рядом со спасенным Фоком.

Ушастик вспомнил про Тамару и с нежностью подумал о ней.

Понимальчику захотелось угостить Ленточку земляникой.

И всем отчего-то стало хорошо и грустно.

То ли оттого, что серебряное горлышко отыскало в каждом из них хорошего человека.

А может, оттого, что первый утренний луч показался из-за верхушек деревьев и позолотил крышку часов.

Может быть… Да разве всегда мы знаем, отчего нам хорошо или грустно?