Любопытно, что аналогичный процессу ускорения собственного времени человека процесс происходит и с иными объектами, в определенной степени сознающими свою деятельность и так же организующих себя через потоки информации. Например, подобным объектом является земная цивилизация. В ходе её развития, то есть не только роста населения, но и изменения сознания в сторону расширения круга распознаваемых им сведений, их накопления, происходит сокращение по закону регрессии исторических циклов.

В 1994 году на это явление обратил внимание историк И. М. Дьяконов: «Нет сомнения, что исторический процесс являет признаки закономерного экспоненциального ускорения. От появления Homo sapiens до конца I фазы прошло не менее 30 тысяч лет, II фаза длилась около 7 тысяч лет, III фаза – около 2 тысяч лет, IV фаза – около 1,5 тыс., V фаза около тысячи лет, VI – около 300, VII фаза – немногим более 100 лет, продолжительность VIII фазы пока определить невозможно. Нанесенные на график, эти фазы складываются в экспоненциальное развитие, которое предполагает в конце концов переход к вертикальной линии или вернее, к точке так называемой сингулярности. По экспоненциальному же графику развиваются научно – технические достижения человечества…» [7] Этот явный факт до сего времени никто не мог объяснить, его только констатировали, тогда как в рамках данного подхода для любого сознающего себя материального объекта время ускоряется с ростом потребляемых им информационных потоков. Любопытно, что в точке сингулярности интервал времени, отпущенный нынешней земной цивилизации, завершится согласно упомянутому закону экспоненциального ускорения довольно скоро, что означает ее распад или преобразование в совершенно иное образование.

Естественно, кроме ускорения настоящего времени может происходить и его замедление. Обычно – это результат поступления однообразной информации или слабого притока новой информации. Например, для человека, сидящего в темнице, и видящего два-три раза в день только подаваемую ему пищу и воду, время замедляется настолько, что он теряет его ощущение. Подобное наказание считалось ранее одним из самых суровых и люди, попадающие в такие условия, часто сходили с ума. Без притока свежей информации человек чувствует оскудение жизни, ощущает потерю ее смысла и поэтому стремится занять себя хоть какой-то деятельностью, хотя бы и собирая марки. Любая, даже нелюбимая работа требуется человеку не столько для физического поддержания жизни, сколько для ее наполнения и оживления хоть какими-то информационными потоками.

Собственное время замедляется также и для сообществ, которые сознательно ограничивают себя в притоке информации. Это могут быть целые религиозные течения, например, мусульмане, секты, проповедующие идею ухода от мира, целые народы, отделенные от прогресса. Например, таким архаичным народом были русские до Петра Первого, отставшие в развитии по разным причинам от Европы на несколько сотен лет [8].

Таким образом, настоящее можно представить потоком переменчивого времени в рамках стабильного внешнего времени, непосредственно не производящего события в настоящем.

Как мы указывали выше, своё настоящее в значительной степени человек формирует сознательно сам, поскольку, во-первых, из внешних сигналов он отбирает только те, которые способен расшифровать, чтобы в дальнейшем понять или прочувствовать полученные сведения; ощутить и увидеть окружающее его, во-вторых, часть из осмысленной информации его сознание отбрасывает просто потому, что она для него не интересна и не может составить его жизнь. Сознательное формирование условий собственной жизни уникально и присуще из всех известных живых существ только человеку.

Понятно, что все живые существа не находятся, а именно живут в том и ином времени, собственном настоящем, которое для них необратимо, поскольку «настоящее» асимметрично по приему информации, формируясь живыми существами из «шума». Но в этом «настоящем» только люди осознают себя и свои действия, а остальные живые существа – нет. Но и те и другие нарушают закон неубывающей энтропии.

Все материальные объекты, соприкасающиеся теми или иными своими сторонами с сознанием человека через его ощущения, точнее, сведения об этих сторонах материальных объектов, которые человеческое сознание способно расшифровать, существуют объективно во внешнем времени, и попадают в наше сознание в виде копий непосредственно или опосредованно.

Остальное остается скрытым и как бы несуществующим для человеческого сознания. Это скрытое, тем самым, выпадает из собственного времени человека: его нет в настоящем человека, то есть – в истинном времени человека, оно не участвует в его жизни. Хотя реальное существование этого пока скрытого не подлежит сомнению.

История наглядно демонстрирует данный факт изменением человеческих представления о предметах мира и о самом мире: отсутствовавшее ранее, появляется теперь и появится впоследствии, изменятся представления об очень многом. Хотя то, что недоступно нашим ощущениям и соответствующим им представлениям, соображениям, останется скрытым навсегда. Этим, кстати, ограничиваются познавательные способности человека.

Парадоксально, но большинство людей на Земле до сих пор полагает, что Солнце вращается вокруг Земли, а не наоборот. Папуас, никогда не видевший поезд, глядя впервые на него, кричит, что он живой. И он для него действительно живой. Поэтому каждое собственное время есть во многом искусственная, неполная, искаженная картинка, проверить и исправить которую часто не представляется возможным.

Любые материальные объекты, попадающие в поле зрения сознания, кажутся ему именно такими, а не иными только вследствие его возможностей по распознаванию сведений о них. И только через имеющийся в сознании цельный образ какого-то предмета как совокупной переработанной информации о нем, человек может воспользоваться этим предметом. Этот образ как бы стоит между ним и реальным предметом. Причем для разных сознаний, различных способов переработки поступающей информации формируемый образ предмета, как и всё окружающее, может быть разным.

Многие животные, например, видят или ощущают то, что человеку недоступно, в частности, магнитное поле для птиц – вполне реальный объект, и они им пользуются для ориентации при дальних перелетах. Для слепого человека не существуют заря и радуга, для глухого – музыка, для глупого, точнее, ограниченного человека не существуют наука, искусство в целом. Если подойти к данной проблеме несколько иначе и допустить, что человек обладал бы способностью видеть предметы насквозь как прозрачное стекло, то он не смог бы ориентироваться в пространстве. Иначе говоря, человеческое сознание представляет окружающее только так, как оно на это способно с точки зрения обработки информации об этом окружающем.

Мы, например, знаем из научных исследований, что любой предмет является практически пустым – составляющие его атомы занимают в нем ничтожное пространство. Представьте себе, что произошло бы, если мы это были способны ощущать. Кроме того, основную часть действий человек проделывает без всяких размышлений, автоматически: внутренние процессы – от пищеварения до мыслительных операций в собственном мозгу – человек никак не контролирует. Более того, недавние научные эксперименты показали, что и сам мозг работает как приемник сигналов и не способен сам по себе думать.

Всё, что окружает любое живое существо определенного вида, не только ощущается им по своему, но и является объективно для него иным по сравнению с существами другого вида. Происходит это потому, что материальные объекты мира настолько многогранны, настолько много имеют различных уровней, которые могут восприниматься живыми существами, что мир, окружающий каждое такое существо – свой для него. Он не похож на мир другого существа иного типа, пересекаясь с ним только в плоскостях совпадающего интегрального восприятия.

Если вернуться к формированию окружающего конкретным человеком, то оно, ко всему прочему, зависит от уровня его сознания, образования, общей подготовки, уровня развития общества, в котором он живет и т. д.

Мир любой из цивилизаций, которая соседствует с христианской, будь то буддийская или мусульманская, оказывается чуждым христианской цивилизации.

Что же касается роли науки в жизни человека, то опытная проверка, дополнительные исследования, наблюдения, адекватные советы и прочее дают крайне ограниченный результат, поскольку люди не сразу отказываются от собственных заблуждений, а часто сознательно упорствуют в них в течение всей своей жизни.

Тем не менее, работа сознания на обоих уровнях – рефлекторно-инстинктивном и, собственно, сознающим себя; формируемое сознанием посредством поступающих отовсюду информационных пакетов «настоящее», или собственное время человека, позволяет людям жить практически в любых условиях не только на Земле, но и в космосе, применяясь к ним или меняя их по своим возможностям.

Собственное время, или настоящее человека, а на самом деле, дискретный по механизму процесс получения и обработки информации в сознании, объясняет непонятный до сего времени факт проявления в ребенке сознания и сохранение сознания человеком в течение жизни.

Нам из практики известно, что у ребенка сознание не проявляется в случае отсутствия общения с ним в детстве других людей. Действительно, общение в виде подачи ребенку поначалу довольно быстро распознаваемой им речевой и знаковой информации, связанной с приемом пищи, прогулками, развлечениями и т. п., постепенно формирует у него способность понимания окружающего и способность действовать в соответствии с этим пониманием. Для этого ему поначалу даже не надо разговаривать. Главное – это то, что он на примерах от взрослых учится отбирать из окружающего только те сведения, которые может расшифровать и осмыслить. Если подобный информационный канал отсутствует, то ребенок не может «попасть» в человеческое настоящее и остается во времени живого существа, не обладающего высшим сознанием, для которого характерны действия, основанные в основном на инстинктах и рефлексах.

Известно, что человек, длительное время остающийся в совершенном одиночестве без притока информации, довольно быстро дичает или, как говорят, «сходит с ума». Происходит это опять же потому, что его «настоящее» формируется копиями одного и того же внешнего. Для его сознания остается только информация, получаемая им изнутри в виде некоторых воспоминаний и инстинктивно-рефлекторных реакций. В результате, «настоящее» затормаживается, что проявляется в фактической остановке времени для него, и человек постепенно дрейфует к существу, обладающему лишь первичными рефлексами и инстинктами.

Вопрос о том, как может использоваться информация при сознательной деятельности, на пользу или во вред, остается открытым, поскольку зависит от уровня развития конкретного сознания. Однако, поскольку сознательная деятельность отличается обдуманностью и может непрерывно корректироваться самим сознанием, то процесс развития сообществ сознательных индивидуумов, в данном случае людей, в целом, является поступательным до определенного предела, когда позитивная переработка информации становится невозможной из-за неадекватной фильтрации ее избыточного количества.

Чтобы несколько более детально разобраться с отношением сознания и информации и проникнуть в смысл как этого отношения, так и самого сознания и информации, необходимо дополнительно обратиться к некоторым фактам и выводам из них.

Известно, что при взаимодействиях материальных объектов происходит обмен веществом и/или энергией, то есть, если один объект теряет вещество или энергию, другой – приобретает. В этом случае проявляется симметричность взаимодействий материальных объектов трехмерного мира, или известного нам измерения Вселенной. В отличие от подобного взаимодействия информационное взаимодействие объектов не симметрично. Эта несимметричность выражается в том, что один объект получает информацию от другого, но источник информации потери при этом не испытывает.

Объяснения это явление не находит. Поэтому информация в настоящее время квалифицируется как нечто нематериальное, что само по себе ничего не объясняет и является нонсенсом.

Возникает вопрос, почему появляется столь кардинальное отличие взаимодействия не отмеченных жизнью материальных объектов как симметричного, а информационного воздействия на материальные объекты – как несимметричного и характерного только для живого?

Надо полагать, что это отличие можно объяснить тем, что информационный процесс протекает только при деятельности сознания. В частности, человеческое сознание отбирает из окружающего его разнообразного и многочисленного «шума» то, что ему соответствует, что ему нужно или то, к чему его вынуждают, в соответствии с возможностями имеющихся у человека ощущений. Именно те фрагменты «шума», которые сознание способно расшифровать и в дальнейшем перевести в смыслы, есть информация. Неживые объекты такой способностью к подобному подбору не обладают, осуществляя только энергетический и/или вещественный обмен при тех или иных контактах. Носитель сознания, вместе с тем, так же как и любые материальные объекты, способен и к энерго-вещественному обмену.

Важнейшей особенностью информационного воздействия на объекты является его односторонность, или несимметричность. Сознание непосредственно или через приборы копирует только те сведения, которые оно способно расшифровать, превращая их, тем самым, в информацию, которая ему необходима для жизни. В дальнейшем эта информация может быть либо сразу переведена в образы, мысли или чувства, либо помещена в память для последующей обработки и использования. Сам же оригинал так и остается в источнике информации, никуда не перемещаясь. Этот несимметричный процесс необыкновенно важен для развития сознания, поскольку, с одной стороны, новая информация меняет сознание, обогащая его понимаемыми им знаниями и опытом, а с другой стороны, окружающая сознание реальность, исследуемые или затрагиваемые в этом процессе материальные объекты не разрушаются, окружающая среда остается относительно стабильной, то есть в ней можно жить. В противном случае, гиперболизируя, можно сказать, что только один ненавидящий взгляд мог бы просто испепелить объект ненависти.