Керри быстро швыряла свои вещи в три чемодана, когда вернулась Вай. Бо расхаживал по террасе в сумерках; Керри слышала его шаги, радуясь, что он находится поблизости. Ей хотелось, чтобы он был рядом, когда вернется Вай, и это было странно, потому что прежде она никогда не нуждалась в защите от Вай.
— Керри! В чем дело?
— Проклятие! — воскликнула Керри. — Где эти новые ночные рубашки?
— В нижнем ящике. Почему ты упаковываешь вещи? Куда ты собралась?
— Уезжать, — ответила Керри, как будто это не имело никакого значения. Она не смотрела на Вай. — Собираю свое приданое.
— Приданое? Керри, ты рехнулась?
— Я выхожу замуж за Эллери Квина… — Керри постаралась произнести это как можно более беспечным тоном.
Она услышала, как вскрикнула ее подруга и как скрипнула кровать, когда Вай опустилась на нее.
— Замуж? За него?
— А что в нем плохого? — засмеялась Керри. — Он самое симпатичное существо из всех, носящих брюки, и я решила поймать его, пока он не передумает.
Вай, однако, не стала смеяться.
— Но, Керри… Когда?
— Сразу же. Сегодня вечером. — Несмотря на все усилия, в ее голосе прозвучала нотка вызова.
На лице Вай появилось весьма странное выражение. Но потом она спрыгнула с кровати и обняла Керри:
— Поздравляю, малышка. У тебя куда больше мужества, чем у меня.
Керри прижалась к ней.
— О, Вай, я знаю, что это для тебя значит. Вернуться к прежней тоскливой работе…
— Как ушла, так и вернусь, — весело сказала Вай. — Не волнуйся из-за меня. Ровно в полночь карета превратится в тыкву, а бальное платье — в тряпье… Как бы то ни было, я провела несколько недель в волшебной сказке. — Она судорожно прижала Керри к груди. — Керри, ты уверена?
— Что ты имеешь в виду? — Но Керри отлично знала, что Вай имеет в виду. Она испытывала аналогичные сомнения и потому выскользнула из объятий Вай и возобновила сборы.
— А как насчет сестрички Крысы? — сухо осведомилась Вай спустя несколько минут.
— Кого? О, не знаю и, более того, не интересуюсь.
Вай посмотрела на подругу и рассмеялась.
— Итак, малютка Керри ухватила крутого парня, похожего на Роберта Тейлора… Эпический триумф, как назвали бы это в кино. Отказаться от кучи денег ради любви. Должно быть, этот парень просто неотразим!
— Не говори гадости, Вай, — тихо сказала Керри.
Вай снова села на кровать.
— Прости, Керри, это от потрясения… Расскажи мне, как все произошло. Это так неожиданно…
Керри посмотрела подруге в глаза, и Вай отвела взгляд.
— Не так давно, Вай, ты умоляла меня бросить все и уехать. А теперь, когда я решила последовать твоему совету, ты не кажешься… ну, довольной. Почему?
— Я не кажусь довольной? Но, Керри, дорогая, по-моему, ты немного запуталась. Это ты должна быть довольной, а не я. Ты довольна?
— Очень! — Керри вскинула голову.
— Тогда все в порядке, — улыбнулась Вай. — Может быть, ты, наконец, перестанешь болтать глупости и расскажешь мне обо всем?
Да, Вай вела себя странно. Конечно, для нее естественно быть удивленной и разочарованной перспективой замужества Керри. Это означало, что короткие недели блаженства кончены и ей придется вернуться к постылой и никчемной прежней жизни. К тому же Керри одно время казалось, что Вай не доверяет ему, хотя теперь он ей вроде бы нравится… А самое главное, брак Керри означал расставание подруг. Этого нельзя допустить.
— Разумеется, ты останешься с нами, — быстро сказала Керри. — На многое нам не приходится рассчитывать, потому что Эллери небогат, так что мы, очевидно, будем довольствоваться маленькой квартиркой в городе. Но мы отлично устроимся, Вай…
— Спасибо, Керри, — промолвила Вай. — Но я достаточно долго висела у тебя камнем на шее.
Керри уронила охапку чулок и подбежала к кровати.
— Вай! Ты плачешь?
— И не думаю, — ответила Вай, вскакивая на ноги. — Я собираюсь назад в Голливуд, где все мужчины — крысы, в том числе и те, кто занимается распределением ролей, но твоя история создала и мне кое-какую рекламу, так что сейчас мне, возможно, удастся получить постоянную работу.
— О, Вай! — Теперь Керри начала всхлипывать.
— Перестань, — сказала Вай, усаживая Керри на кровать. — Приляг, пока я упакую твои вещи. Во всяком случае, я помогу тебе пройти через экзекуцию, а потом…
Они вдвоем закончили упаковку.
Розовое и голубое — так Керри всегда представляла себе свое бракосочетание. На ней будет бледно-розовое атласное платье с коротким шлейфом и вуаль из розового тюля. Платье должно быть в обтяжку, но с широкой юбкой, высоким кружевным воротником и маленькими блестящими пуговицами на спине — от затылка к талии. Розовые атласные туфельки, длинные светло-розовые перчатки, свадебный букет розовых камелий…
Вокруг будут стоять подружки невесты, все в голубом, в шляпках и с муфточками из свежих цветов. А самая главная из них — Вай — будет одета в светло-голубое платье с блестками…
Но это было видение будущего, а что собой представляет настоящее? Керри быстро надела простое и строгое темно-голубое платье с белым галстуком, темно-голубую шляпку и белые перчатки, прибавив к ним темно-голубые лакированные туфли и сумочку. Все было неплохо, но… Вай тоже облачилась не в голубой, а в белый костюм из гладкой блестящей ткани, надев под жакет розовый свитер.
Их будет всего трое. Жених, который то хмурился, то усмехался, твердо настаивал на полной секретности.
— Когда об этом пронюхают журналисты, — сказал он, — они затравят тебя до смерти. Это же сенсация.
— Но, дорогой, — пожаловалась Керри, — пусть присутствуют хоть несколько друзей. Ведь женщина выходит замуж раз в жизни! Я имею в виду…
— Видите, кого вы заполучили? — усмехнулась Вай. — Женщина выходит замуж раз в жизни! Неужели ты никогда не слышала о Рино?[24]
— Оставьте в покое мою жену, — сказал Бо. — Невеста отказывается от состояния ради любви! Газеты ухватятся за это крепче, чем за Мюнхенское соглашение. Если хочешь насладиться медовым месяцем, малышка, ты должна перехитрить прессу.
— Но как, дорогой?
— Предоставь это дядюшке Дадли. — Позвонив по телефону, как он сказал, знакомому коннектикутскому мировому судье, Бо взял с Марго, де Карлоса и слуг клятву молчать о свадьбе в течение суток и отказался сообщить даже Керри, куда он повезет ее в их медовый месяц.
Марго выразила удивление.
— Вы в самом деле собираетесь отказаться от денег дяди? — спросила она у Керри, услышав новость.
— Да.
— Но почему?
— Потому что мы полюбили друг друга, — коротко ответила Керри.
— О, понимаю. — И Марго улыбнулась, глядя на мрачное лицо жениха. — Надеюсь, вы будете очень счастливы.
— Спасибо.
Как ни странно, казалось, что Марго испытывает облегчение. Конечно, после замужества Керри еженедельный доход Марго удвоится. Но Керри была уверена, что Марго влюблена в «Эллери», насколько женщина подобного сорта может быть в кого-нибудь влюблена. Не было ли здесь противоречия? Или Керри ошибалась в отношении Марго?
— Вы поженитесь сразу же? — спросила Марго.
— Мы уезжаем через десять минут и поженимся до ночи, — ответил Бо.
— Как романтично! — промолвила Марго и вежливо добавила: — Могу я вам чем-нибудь помочь, Керри?
— Нет, благодарю вас. Со мной поедет Вай.
— Но вы же не сможете все успеть за такой короткий срок. Ваше имущество, счет в банке…
— Это может подождать. Прощайте, Марго.
— Прощайте.
Взгляды обеих были непроницаемы.
Появился Эдмунд де Карлос, пьяный как всегда.
— Что я слышу? — весело воскликнул он. — Вы в самом деле выходите замуж за Квина, Керри?
— В самом деле, мистер де Карлос.
Он уставился на нее:
— Но это означает…
— Знаю, — прервала Керри. — Это означает, что я меняю пожизненный еженедельный доход в две с половиной тысячи на парня, который, возможно, будет использовать меня каждую субботу в качестве боксерской груши. А теперь, когда все ясно, прощайте.
Они уехали, оставив на подъездной аллее де Карлоса с выпученными глазами и Марго с улыбкой на лице, в длинном белом платье, сверкающем в лучах заходящего солнца.
Сидя в машине Бо, направляющейся в сторону Коннектикута, Керри думала об улыбке кузины. Эта странная, чуть заметная усмешка не сходила с лица Марго во время их прощания со слугами, укладки вещей Керри и Вай в автомобиль Бо, разговора с де Карлосом.
Казалось, что улыбка Марго набросила невидимую пелену на всех троих. Бо вел машину молча, а Вай сидела сзади тихо, как мышь.
«Что с нами происходит? — в отчаянии думала Керри. — Как будто мы едем не на свадьбу, а на похороны! Почему он молчит? И Вай?»
Все дело было в женщине, которую они оставили созерцать теперь полностью принадлежащие ей большой дом, лужайки, прекрасный вид на Гудзон и которая явно наслаждалась своим триумфом.
Вот что крылось в ее улыбке — триумф! Но почему? Неужели единоличное обладание поместьем значило для нее так много? Или улыбка Марго таила в себе нечто более мрачное и зловещее?
Керри положила голову на плечо Бо и поцеловала его в мочку уха. Он что-то проворчал.
— Скажите же девушке хоть слово, мистер, — внезапно заговорила Вай на заднем сиденье. — Вы в долгу у нее, так как заставили отказаться от двух с половиной тысяч в неделю.
— Вай! — сердито сказала Керри.
Но Бо не сводил глаз с разматывающейся ленты дороги, поэтому обе девушки замолчали, и больше никто не произнес ни слова, пока они не добрались из Порт-Честера в Коннектикут.
— Если ты предпочитаешь забыть обо всем, происшедшем сегодня, — не выдержала наконец Керри, — то пришло время об этом сказать!
Вздрогнув, Бо посмотрел на нее уголком глаза.
— Керри! Что заставляет тебя говорить такую чушь?
— Ты, кажется, не слишком радуешься предстоящей женитьбе, — жалобно произнесла Керри.
— Ах вот оно что. — Он снова стал смотреть вперед. — Возможно, дело в том, что я знаю, чем это обернется для тебя, Керри. Что я в состоянии тебе предложить вместо этой кучи денег?
— Если ты так думаешь, то не знаешь, что означает для меня наш брак!
— Может быть, и так, — спокойно согласился он.
— Теперь я все понимаю! — воскликнула Керри. — Ты женишься на мне только для того, чтобы меня не убили! Ты не любишь меня и никогда не любил! Поэтому она и улыбалась…
— Она?
Керри закусила губу.
— Не важно.
— Керри…
— О, ты был отважен и прекрасен! — с горечью сказала Керри. — Спасибо тебе, но мне нужен муж, а не телохранитель. Пожалуйста, поворачивай и отвези меня в Тэрритаун.
Она отвернулась и съежилась в углу. Бо остановил машину на обочине и бросил Вай через плечо:
— Эту девушку нужно долго убеждать. Извините нас.
Обняв Керри за талию, он притянул ее к себе. Она вскрикнула, но вскоре обняла его за шею.
— Остались какие-нибудь сомнения? — спросил Бо, отпуская ее.
Керри тяжело дышала; ее глаза сияли. Обернувшись, она смущенно сказала:
— Думаю, нам скучать не придется. О, Вай, мы ведем себя ужасно! Прости нас, пожалуйста.
Но Вай спала — или притворялась спящей. Они остановились во дворе ветхого бревенчатого дома неподалеку от Гринвича с многозначительным объявлением на двери: «Регистрация браков. Мировой судья У.Э. Джонстон».
На второй ступеньке деревянной лестницы, ведущей на крыльцо, не хватало доски; участок перед домом зарос сорняком и был завален мусором; некогда белые стены покрывала десятилетняя грязь.
— Подходящее местечко для заключения брака, — усмехнулась Вай. — Изысканное и элегантное! Что это, Квин, — дом с привидениями?
— Джонстон не отличается аккуратностью. Готовы, мисс Шон?
— Д-да, — заикаясь, ответила Керри.
— Она немного побаивается, — объяснила Вай. — Смелей, дорогая. Это единственный вид казни, после которой можно в любое время подняться из могилы, найдя хорошего адвоката.
— Ты… ты уверен, что у тебя есть лицензия, Эллери? — пролепетала Керри, не обращая внимания на болтовню Вай.
— Она у меня в кармане.
— А с ней все в порядке? Я всегда думала, что невеста тоже должна подписывать разрешение на брак при выдаче. Но…
— Не бойся, — усмехнулся Бо. — В конце концов, мой старик — не последний человек в Нью-Йорке.
— О, инспектор Квин. А я даже не познакомилась с ним. — Керри выглядела обеспокоенной. — Но ведь это Коннектикут, дорогой, а не Нью-Йорк.
— Найди себе другую причину для волнений, — сказал Бо. Подняв Керри на руки, он перенес ее через сломанную ступеньку. Когда Керри спросила, не преждевременно ли это, Бо поставил ее на ноги и дернул шнур звонка, отозвавшегося хрипловатой трелью.
Высокий худощавый мужчина в очках с толстыми стеклами и старом пиджаке высунулся в приоткрытую дверь. Увидев Бо, он улыбнулся и впустил их.
— Для вас все готово, сэр, — приветливо сказал он.
— Мистер Джонстон, — представил Бо. — А это — мисс Шон и мисс Дей.
— Значит, вы — смущенная невеста? — Мужчина, сияя, посмотрел на Керри. — Сюда, пожалуйста.
В его худой сутулой фигуре было нечто фантастическое, и Керри с трудом сдержала смешок. Выходить замуж в таком месте, да еще когда брак будет регистрировать подобный субъект? Судья с седыми волосами ежиком и мохнатыми нерасчесанными усами выглядел водевильным персонажем. А дом! Холл был совершенно пуст, а гостиная, куда он их привел, оказалась холодной, темной, скудно меблированной комнатой, настолько пыльной, что Керри начала чихать.
Уголком глаза она увидела, как нос Вай брезгливо сморщился, и рассмеялась вслух. Вай тоже засмеялась, и они стали перешептываться.
«Определенно необычная свадьба!» — думала Керри, пока Бо совещался с судьей у письменного стола в углу, склонившись над брачной лицензией. Умудриться отыскать подобное местечко и такого забавного человека, чтобы пожениться! «Скучать нам не придется», — сказала она Вай в машине. Что верно, то верно! От ее жениха можно ожидать самого непредсказуемого. Возможно, поэтому она его так любит. Это все равно что быть замужем за шаровой молнией.
— Боишься? — шепнула Вай.
— Вообще-то нет.
— А как же ты себя чувствуешь перед роковым шагом, лгунья?
— П-просто прекрасно.
— Ни о чем не жалеешь, Керри?
Керри стиснула руку подруги.
— Ни чуточки, Вай.
Когда мужчины вернулись, а судья принял официальную позу и многозначительно откашлялся, Керри с удивлением спросила:
— Разве у нас не должно быть двух свидетелей, мистер Джонстон?
— Конечно, дорогая моя, — поспешно ответил судья. — Я как раз хотел объяснить, что миссис Джонстон, к сожалению, сейчас нет в Гринвиче, и если вы хотите дожидаться…
— Один свидетель у нас есть — мисс Дей, — сказал Бо. — И я не думаю, чтобы мы хотели кого-нибудь дожидаться. Верно, малышка?
— Безусловно, — решительно сказала Керри.
— Ну, разумеется, — кивнул мистер Джонстон. — Такое случается часто. Если у вас нет возражений, мисс Шон, то единственное, что нам остается, — это… э-э… пригласить свидетеля, так сказать, со стороны.
— Найдите кого-нибудь поинтереснее, — хихикнула Керри.
Высокий мужчина вышел, они услышали, как он кричит проезжающим машинам. Наконец судья вернулся триумфатором, словно Помпей,[25] волоча за собой пьяного путешественника, глупо усмехавшегося Керри, Вай и даже Бо, который был вынужден поддерживать его во время церемонии, дабы он не свалился на пол.
Это было последней каплей, и Керри с таким трудом удавалось сохранять серьезное выражение лица, что она едва слышала бормотание судьи и была искренне удивлена, когда Вай сказала ей:
— Очнись! Ты — замужняя женщина!
— Я… О, Вай! — И она бросилась в объятия подруги, пока Бо усаживал незнакомца в кресло-качалку, расплачивался с судьей и только после этого подошел к жене.
Он был очень бледен.
— Это было самое чудесное бракосочетание, — сказала Керри с неуверенной улыбкой. — Дорогой, неужели ты даже не собираешься поцеловать миссис Квин?
Бо молча заключил ее в объятия.