Терри Ринг остался в мансарде. Инспектор подошел к двери и плотно закрыл ее.

Эллери, вздохнув, направился к окну и выглянул в сад. В сумерках он казался мирным и был абсолютно пуст. Интересно, подумал Эллери, не смотрела ли из этого окна на гостей, собравшихся в японском саду на приеме ее сестры, несчастная Эстер Лейт? И что она чувствовала в этот майский вечер?

Он обратил внимание на тяжелые деревянные ставни с отверстиями для воздуха. Когда их закрывали, в комнате становилось темно. Да, решил он, очень похоже на тюремную камеру.

— Невероятно, — не оборачиваясь, заметил Эллери, — как человек мог жить здесь долгие годы и об этом никто даже не подозревал? В высшей степени странно.

— Это ты не по делу говоришь, — отмахнулся инспектор Квин. — Терри!

— Что вы для меня сегодня приготовили, папаша? — вздохнул загорелый молодой человек. — Браслетки? Лучше бросьте и ведите себя как положено солидным людям.

Эллери повернулся. Двое мужчин стояли, глядя друг на друга, точно хорошо воспитанные дуэлянты, и чуть заметно улыбались.

— Я тебя уже давно знаю, — напомнил инспектор Квин. — Ты всегда был хорошим мальчиком. Правда, иногда водил полицейских за нос, но, насколько мне известно, никогда не мошенничал и никому не делал зла. Ты мне всегда нравился, Терри.

— Взаимно, папаша, взаимно, — торжественно произнес Ринг.

— Почему же ты не сказал мне, что связан с этим делом? Ты бы нам очень помог, Терри. Тут столько всего кроется, одни тайны. Что ты успел выяснить?

— Что я выяснил? Например, если «Гиганты» опять проиграют, я в следующем году начну болеть за команду «Сен-Луи Брауне», и мы, с Божьей помощью, выиграем. Но и вы нам тоже помогите, — заявил Терри.

Инспектор не откликнулся на его шутливую реплику и продолжил:

— Не понимаю, что ты рассчитываешь получить, работая против нас? И кто тебе теперь заплатит? Ведь Карен Лейт умерла.

Выстрел попал в цель, но Терри мгновенно взял себя в руки и улыбнулся:

— Умерла? Какая жалость! А когда похороны?

— Да, это печально, очень печально, мой мальчик, — проговорил старик. — Пойми, если бы я не знал твоей биографии, то арестовал бы как важного свидетеля. Честно признаюсь, не люблю я этих одиноких волков, частных сыщиков. Много среди них темных личностей-шантажистов, драчунов, стукачей и пьяниц, в общем, всякого сброда. Но ты-то совсем другой, Терри.

— Отлично, папаша. Обязательно воспользуюсь вашей рекомендацией, — с наигранным пафосом отозвался Ринг. — Можно мне ее процитировать?

— Вот что ты можешь процитировать, — пригрозил ему инспектор. — Если ты не ответишь на мои вопросы, то окажешься в тюряге еще на этой неделе.

Терри Ринг огляделся по сторонам.

— Что ты ищешь?

— Телефон. Я собираюсь пригласить моего адвоката. Разве все мошенники не делают этого, когда судейские крючки хотят взять их на пушку?

Инспектор повысил голос:

— Клянусь богом, я предъявлю тебе такое обвинение, что ты от него не отвертишься!

— Черт возьми, папаша, кажется, я сейчас загнусь от страха.

Лицо старика потемнело от гнева. Он бросился к двери и заорал:

— Томас! Черт бы тебя побрал! Томас! Иди сюда!

Терри спокойно ждал, пока внизу гремели тяжелые шаги, а затем на лестнице показалась огромная фигура сержанта Вели.

— В чем дело? — рявкнул он. — Эта птичка что-то натворила?

— Отведи-ка его вниз, и пусть он у тебя разговорится, — приказал инспектор.

Сержант потер мощные руки.

— Пошли, Терри.

— Катись к черту! — улыбнулся тот. Он встал спиной к кровати и немного пригнулся, хотя улыбка по-прежнему не сходила с его губ.

— Слушай, а дела-то хуже некуда, — с ухмылкой заметил сержант Вели. — Идем, я тебя не обижу. Помню, как я тебя поколачивал, когда ты еще продавал газеты на Сентр-стрит. Ну, давай топай, или я должен взять тебя на руки и отнести?

— Ты? — спросил Терри. — И сколько там таких, как ты? Сотни?

Ухмылка сержанта превратилась в звериный оскал. Он облизнул сухие губы и наклонился, собираясь наброситься на Терри.

— Одну минуточку, — послышался голос Эллери. — Не опускайтесь до примитивной потасовки.

Сержант снова выпрямился и с глуповатым видом уставился на него:

— Папа, ты не думаешь, что перехлестнул через край? Остынь, успокойся. Терри прав: если ты его арестуешь и доставишь в полицейское управление, он спустя два часа, никак не больше, выйдет на свободу. И вполне естественно, захочет отомстить, если вы его там хорошенько обработаете. А газетчики его любят, ты и сам знаешь.

Усы инспектора ощетинились, когда он бросил злобный взгляд на загорелого молодого человека. Затем старик достал табакерку, вдохнул большую щепотку коричневого табака, оглушительно чихнул и проворчал:

— Ладно, Томас, ступай. А тебе, Терри, я этого не прощу. — И инспектор уныло побрел за сержантом Вели, как фокстерьер за волкодавом. Оба скрылись из вида. И вскоре Эллери и Терри услышали, как захлопнулась дверь спальни.

— Фью-ю, — присвистнул Терри и закурил. — Ваш папаша — классный старичок. — Он прищелкнул языком. — Мне понравилось, как он чуть с резьбы не сорвался. Хотите сигарету?

Эллери взял, и Терри передал ему спички.

— Что бы вы сделали, если бы этот волкодав и правда накинулся на вас? — пробормотал Квин-младший. — Когда-то я видел, как Вели одной рукой уложил семь человек. Целую толпу и отнюдь не маленьких сынков.

— Черт побери, я и сам не знаю, — ответил Терри и почесал затылок. А потом горько усмехнулся. — В общем-то мне жаль, что вы его остановили. Я давно хотел посмотреть, удастся ли мне сбить с ног и повалить эту огромную обезьяну, но как-то все подходящего случая не было.

— Да бросьте! — раздраженно остановил его Эллери. — Вам бы только кого-нибудь отдубасить. А я этого на дух не переношу.

* * *

Они спустились вниз и прошли мимо Кинумэ. Старушка с трудом передвигалась по комнате, как, впрочем, и большинство женщин ее возраста. Она прижалась к стене и пропустила их, опустив глаза. Эллери оглянулся. Кинумэ вновь стала медленно подниматься по лестнице.

— Если она собирается подстроить ищейкам в мансарде какую-то ловушку, то ей не поздоровится, — сухо заметил Терри. — Эта скотина Риттер способен спустить шкуру с собственной бабушки.

Эллери нахмурился:

— Кинумэ… Она могла бы помочь нам решить одну проблему. Будь они прокляты, все эти восточные люди!

— А что вы против нее имеете?

— О, ровным счетом ничего. Я восхищаюсь этой старой служанкой, просто восхищаюсь. Но меня выводят из равновесия некоторые черты характера японцев. Знаете, возможно, они самый закомплексованный народ в мире. Вот почему в Азии от них одно беспокойство. И превосходство белых для них — сущее проклятие.

— А при чем тут это?

— Неужели вы до сих пор не поняли? Я хочу сказать, что Кинумэ никогда не преодолеет преклонения перед человеком с белой кожей. Она была рабски предана Карен Лейт. И несомненно, знает все, что происходило в комнате наверху, но поклялась Карен хранить молчание. Так что теперь из-за различия в цвете кожи мы от нее никаких признаний не дождемся. В общем, старушка кремень и будет держать язык за зубами, как… и вы.

— А, — односложно откликнулся Терри и больше не проронил ни слова.

Перед выходом в сад они миновали маленькую комнату. Там сидела в клетке громкоголосая лу-чуанская сойка, и мужчины увидели, как она проводила их злобно сверкнувшими глазами.

— Не стану скрывать, Терри, меня трясет от этой птицы, а ведь я не из пугливых, — поежился Эллери. — Прочь отсюда!

Сойка открыла мощный клюв и так жутко прохрипела вдогонку Эллери, что у него волосы встали дыбом на макушке. Он поспешил вслед за Рингом на веранду, ведущую в сад.

— По-моему, — буркнул он, — Карен Лейт когда-то свернула шею своей красавице. Оттого птица так и сипит.

— Вероятно, — согласился с ним Терри, продолжая размышлять совсем о другом. — А может быть, эта птица — однолюб и сейчас у нее тоскливая пора?

Они обошли яркие клумбы и карликовые деревья, насладившись ароматом поздних цветов и щебетом птиц. В саду было так хорошо, что Эллери виновато моргнул, вспомнив окоченевший труп Карен. Теперь он лежал в морге у доктора Праути.

— Давайте посидим, — предложил Квин-младший. — У меня еще не было возможности все обдумать.

Они сели на скамейку, с которой были видны окна дома. Какое-то время оба молчали. Терри курил. Эллери, прислонившись к спинке скамейки, закрыл глаза. Терри заметил старую японку, прильнувшую к окну нижнего этажа. Кинумэ наблюдала за ними. Белая служанка, Дженива О'Мара, стояла рядом, у другого окна. Лицо у нее было, как и всегда, угрюмое. Но он ничем себя не выдал, и вскоре служанки отошли от окон.

Эллери открыл глаза и проговорил:

— Сколько же еще неизвестных в этом уравнении? Нет, ответ предугадать пока невозможно. Совершенно невозможно. Я должен многое прояснить. А вот у вас хранится ключ к решению одного очень важного вопроса.

— У меня? — удивился Терри.

— Ну разумеется. Как вы думаете, в чьих интересах я работаю?

— Откуда мне знать? Если вы считаете, что Эва Макклур невиновна, то, выходит, впервые поверили кому-то на слово.

Эллери засмеялся:

— Похоже, мы тут оба не без греха?

Загорелый молодой человек поддал ногой гальку и отшвырнул ее с дороги.

— Ну ладно, — вздохнул Эллери. — Поиграем немного в загадки и разгадки и посмотрим, куда это нас приведет. Начнем хотя бы с телефонных звонков в понедельник днем. Карен Лейт не ответила на них по весьма уважительной причине — в то время она была уже мертва. Звонки встревожили моего отца, а вот я отнесся к ним без всякой тревоги. И сразу почувствовал, что это звонили вы.

— Ну-ну, продолжайте в том же духе, отгадывайте.

— Не ребячьтесь, Терри, не стоит, — возразил ему Эллери и снова засмеялся. — И не в отгадке суть. Не нужно быть гением, чтобы понять, — у вас с Карен Лейт установился чисто деловой контакт. Вы познакомились с нею как частный детектив. Не хочу вас обижать, но вряд ли ее интересовал ваш интеллект.

— Черт побери, а чем так плох мой интеллект? — вспыхнул Терри. — Ну да, никаких колледжей я не кончал, не то что эти в накрахмаленных сорочках, однако соображаю не хуже их.

— Успокойтесь, Терри. Я самого высокого мнения о вашем интеллекте, но сомневаюсь, что он мог привлечь мисс Лейт. Уж скорее на нее подействовал ваш спортивный облик. Ладно, не об этом речь. Она наняла вас, наняла как профессионала. Дело было сугубо секретным, — в иных случаях люди просто не прибегают к услугам частных детективов. Итак, секретное дело и поиски женщины, которую долгие годы прятали в этой мансарде. Как по-вашему, я на верном пути? По-моему, да. Конечно, так все и было.

— Допустим, вы правы. Ну и что? — помрачнев, отозвался Терри.

— Есть тут связь или нет? И какая связь?

— Попробуйте догадаться.

— Хмм… Внезапно мисс Лейт предпринимает шаги и устанавливает другой контакт, на сей раз с настоящей полицией. Напрашивается вывод: или вы ее разочаровали, и ей пришлось обратиться к традиционным полицейским методам расследования, или, напротив, вам не удалось, но ваш успех только выявил в этом деле нежелательные и опасные для нее подробности.

— Почему это… Эй, послушайте… — начал Терри, поднявшись с места.

Эллери дотронулся до его руки:

— Та-та-та. Ну и мускулы у вас. Садитесь, Тарзан.

Терри бросил на него гневный взгляд, но подчинился.

— В любом случае ваша помощь ей больше не понадобится. А теперь позвольте мне немного пофантазировать. Как-никак я писатель. Вас это, конечно, обидело.

Вы ведь привыкли к розыскам: это ваша работа — узнавать факты, можно сказать, вынюхивать их. Вы каким-то образом выяснили, что она договорилась с Главным полицейским управлением и к ней в понедельник придет детектив. Может быть, она даже сама вам об этом сказала.

Терри молчал.

— И вот, зная, что в пять часов к Карен Лейт явится Гилфойл, вы по дороге на Вашингтон-сквер решили ей позвонить, ну, допустим, с Юниверсити-Плейс. Вам никто не ответил. Время совпадает — через минуту-другую вы вошли в дом и застали ее уже мертвой.

— Ну и проныра же вы, — откликнулся Терри. — Здесь сейчас свидетелей нет, и я вам кое-что скажу. Да, это я ей звонил. А что тут такого? Разве я не мог?

— Ага! — радостно воскликнул Эллери и тотчас пожалел, что не смог скрыть своего ликования, поскольку Терри опять нахмурился. — Я еще немного порассуждаю. Видите ли, Терри, я не верю, будто эта загадочная блондинка была дома в последний уик-энд. Что вы на это скажете?

Загорелый молодой человек даже подпрыгнул.

— У вас есть какие-то дополнительные сведения? А если нет, то какого черта вы это делаете? Выжимаете из меня по слову, хотя сами все давно разузнали!

— Значит, это правда.

Возбуждение Терри быстро улеглось. Он взглянул на Эллери и шутовским жестом легонько ударил себя кулаком по челюсти, а затем пожал плечами:

— Опять я проболтался, как последний сопляк. А вы умнее, чем я считал.

— Надеюсь, это похвала? — улыбнулся Эллери. — Ну, вот теперь я все понял. Блондинка сбежала из своей комнаты в мансарде, и ее побег испугал Карен, но я еще не знаю почему. Мне нужно об этом подумать.

— Уж тут вы мастак, так что давайте думайте, — угрюмо заметил Терри.

— Она наняла вас как частного детектива, чтобы отыскать эту женщину. Вы согласились и взялись за дело. Но она отчего-то встревожилась и начала вас подгонять. Очевидно, ей очень хотелось срочно найти беглянку. Когда вы позвонили и сообщили, что результата пока нет, она вас уволила. Вы разозлились и решили доказать, что справитесь с ее поручением.

— Теплее, — одобрил его предположение Терри, снова отшвырнув лежащую под ногами гальку.

— Она назвала вам имя блондинки или упомянула, что та жила наверху, в мансарде?

— Нет, я сам потом это обнаружил. Она лишь сказала, что ей срочно нужно найти эту женщину, и описала ее.

— А имя не называла?

— Нет. Она пояснила, что та, возможно, воспользовалась вымышленным именем.

— Тогда как же вы догадались о мансарде?

— Что вы хотите? Выведать все мои профессиональные секреты?

— Итак, вы не сумели отыскать пропавшую?

Терри Ринг поднялся и принялся расхаживать по дорожке. Эллери пристально наблюдал за ним. Терри нагнулся, подобрал камешек с края дорожки и подбросил его. А потом резко повернулся и подошел к Эллери.

— Буду с вами откровенен, Квин. Я вам не доверяю.

— А почему вы помогли Эве Макклур? Мне непонятно. Допустим, дверь осталась бы запертой на задвижку и полиция арестовала бы Эву как единственную возможную убийцу Карен Лейт. Вам-то какая разница?

Терри Ринг посмотрел на камешек, лежащий у него на ладони.

— Может быть, вы успели договориться с кем-то еще? Нашли нового заказчика? И предали Карен Лейт, рассказав ему о блондинке?

Терри Ринг взмахнул рукой, и Эллери на мгновение испугался. Круглая галька без труда смогла бы пробить ему голову. Но Терри развернулся и бросил камень в другую сторону. Он пролетел над оградой, словно бейсбольный мяч, задел ветку, свисавшую с дерева в соседнем саду, и исчез с глухим гулом.

— Болтайте сколько вам вздумается, — задыхаясь, проговорил он. — Больше я ни на один ваш паршивый вопрос не отвечу.

Эллери, не отрывая глаз, смотрел на сломанную ветку.

— Бог ты мой! — произнес он. — Вы это нарочно сделали?

— Что я нарочно сделал?

— Прицелились в эту ветку?

— Ах это! — Терри с презрением пожал плечами. — Конечно.

— Надо же! Милый мой, но тут больше двенадцати метров!

— Я сейчас промазал, — равнодушно пояснил Терри. — Целился в верхний лист, а попал в третий.

— Да к тому же камнем овальной формы, — пробормотал Эллери. — Видите ли, Терри, у меня родилась одна мысль.

— Когда-то я подавал мячи у «Ридсов». А что за мысль? — Он резко обернулся.

Эллери поднял голову и посмотрел на зарешеченное окно на втором этаже, стекла которого насквозь пробили в понедельник.

— Вы же знаете, что я был в комнате с этой девушкой, когда камень влетел в окно. Тогда какого черта… — проворчал Терри.

— Я вас ни в чем не обвиняю, — прервал его Эллери. — Вот что, Терри, найдите камешек такого же размера и формы, как тот, пробивший окно. Или даже поменьше.

Терри покачал головой и принялся искать в саду камни.

— Эй! Их тут целая груда.

Эллери подбежал к нему и увидел множество гладких, овальных камней, почти не отличавшихся от гальки, которая лежала теперь на полу спальни Карен. Они окаймляли полукругом дорожку сада. В одном месте этого бордюра на сырой земле образовалась круглая вмятина.

— Значит, его вынули отсюда.

— Похоже на то.

Эллери выковырял еще два камня.

— Вы тоже возьмите несколько.

Когда Терри наклонился за камнями, Эллери вернулся к скамейке и опять посмотрел на зарешеченное, разбитое окно.

— Что же, попробуем, — проговорил он, размахнулся и бросил камень.

Тот ударился о стену, слева от окна, отскочил от нее и упал на землю.

— А это не так уж просто, — пробормотал Квин-младший, пока Терри хмуро следил за ним. — Когда ты стоишь не в центре, камень нужно как следует сжать и ударить посильнее.

Он бросил второй камень, попавший в стену примерно на фут ниже зарешеченного окна. И тут из другого окна, в гостиной, высунулось испуганное лицо.

— Эй! — крикнул полицейский Риттер. — Чем это вы, ребята, тут забавляетесь, черт бы вас побрал? — Потом он заметил Эллери: — О, я не знал, что это вы, мистер Квин. А что случилось?

— Да так, решили провести один ненаучный эксперимент, и он нам не удался, — нехотя пояснил Эллери. — Не обращайте внимания на шум, Риттер, и поберегите голову. Быть может, нам повезет и мы совершим чудо.

Полицейский поспешно скрылся. У окон на нижнем этаже вновь появились Кинумэ и О'Мара. Они с испугом наблюдали за мужчинами.

— А теперь попытайтесь вы, — предложил Эллери. — Как-никак вы профессионал и подавали мячи. Да к тому же умеете сбивать листья с деревьев на расстоянии двенадцати метров. Постарайтесь разбить вот то окно, рядом с уже разбитым.

— Неужели вы надеетесь, что камень пролетит через решетки? — усомнился Терри, глянув на окно.

— В том-то и дело. А как вам удастся, это уж ваша проблема. Вы знаток таких дел. Давайте.

Терри снял пиджак, развязал лимонно-желтый галстук, швырнул шляпу на скамейку и поднял овальный камень. Потом прицелился в эркер у правого окна, осторожно шагнул на гравий, размахнулся и бросил камень, который попал в два железных прута и рикошетом отлетел в сад.

— Еще раз, — попросил Эллери.

Терри попробовал снова, метнув камень под другим углом. Но галька не пробила стекло и лишь задела дрогнувший железный прут.

— Неплохо, — прокомментировал Эллери. — Ну и еще раз, мой одаренный друг.

Камень и в третий раз отскочил, не коснувшись стекла. И в четвертый, и в пятый…

— Проклятие! — разозлился Терри. — Да это просто невозможно.

— И тем не менее, — задумчиво произнес Эллери, — это было сделано.

Терри опять надел пиджак.

— Никогда не поверю, что кто-то бросил такой камень и попал в стекло между решетками. Я и пробовать бы не стал, если бы вы меня не попросили. Ведь зазор между прутьями не больше сантиметра.

— Да. Вы совершенно правы, — согласился Эллери.

— Даже Большой Поезд непременно промахнулся бы.

— Все верно, — снова подтвердил Эллери. — Вряд ли Джонсон смог бы пробить стекло.

— И Диз не смог бы!

— Да и мистер Дин тоже. Но знаете, — нахмурился Эллери, — этот опыт мне кое-что доказал.

— Неужели? — саркастически ухмыльнулся Терри, надевая шляпу. — Он доказал, что камень не имеет ни малейшего отношения к убийству. А я это понял еще в понедельник.