После ленча Пинк сказал, что ему нужно повидаться кое с кем насчет работы, и Жарден высадил его у студии «Магна» на Мелроуз-стрит.
— Пожалуй, нам стоит отправиться в «Ла Салль», Вэл, — сказал Рис, когда Пинк ушел. — Все равно этого не избежать.
— Тогда поехали, — улыбнулась Вэл. Она чувствовала себя лучше, потому что херес и пирожки с курицей оказались отличными. К тому же им действительно как можно скорее следовало привыкнуть к мысли, что они разорены. Единственной ложкой дегтя в бочке меда был Уолтер — он расстался с ними так внезапно и с таким мрачным видом, который не был типичен даже для него.
— Приехали, — бодро заявил Рис.
Вэл выпрямилась на сиденье. Они находились на расстоянии квартала от шумного Голливудского бульвара — перед отелем «Ла Салль».
— Здесь будут проблемы с парковкой, — заметил Рис. Наконец он нашел свободное пространство у тротуара, они вылезли из машины, посмотрели друг на друга, расправили плечи и вошли в отель.
— Вы, должно быть, Жардены, — обратилась к ним миниатюрная блондинка. — Пинк звонил насчет вас. Я Мибс Остин.
— Привет, Мибс, — поздоровалась Вэл, окидывая взглядом вестибюль.
Мисс Остин сняла наушники и склонилась над регистрационной книгой.
— Ни о чем не беспокойтесь, милочка. Я почти что содержу эту дыру. Следите за Фанни — женщиной, которая будет убирать ваши апартаменты, — она оставляет пыль в углах. Для радио нужна новая ручка — я сказала об этом управляющему. А питание, мистер Жарден, здесь превосходное.
— Уверена, что нам тут понравится, — сказала Вэл.
— Ваше имущество уже прибыло, — продолжала мисс Остин. — Я сама за всем проследила — они ничего не сломали.
— Имущество? — переспросила Вэл. — Какое имущество? А, вы имеете в виду чемоданы. Спасибо, Мибс. Мы вам очень признательны.
Они поднялись в скрипучем лифте на третий этаж — комнаты здесь были дешевле на тридцать долларов в месяц, — оставив мисс Остин удивленно смотрящей им вслед. Чемоданы? При чем тут чемоданы?
Рис медленно повернул ключ в замочной скважине входной двери апартаментов 3С и медленно открыл дверь. Вэл столь же медленно вошла и вскрикнула:
— О!
Псевдосовременная мебель, безвкусные циновки, скверные эстампы — все это исчезло. На их месте были вещи, которые грузчики вынесли из Сан-Суси под бдительным присмотром таинственного мистера Квина всего несколько часов тому назад.
— Будь я трижды проклят! — воскликнул Рис, швырнув пальто на собственный диван и опускаясь в собственное кожаное кресло.
Вэл бросилась к телефону.
— Мибс! Кто привез сюда нашу мебель? Я имею в виду, как…
— Разве что-нибудь не так? Этот человек сказал…
— Кто ее привез, Мибс?
— Грузчики. Они приехали в фургонах и выгрузили вещи, а мы сегодня утром получили распоряжение вынести отсюда отельную мебель.
— Кто же об этом распорядился? — спросила Вэл.
— Джентльмен из апартаментов 4Ф. Как же его фамилия?.. Мистер Спет. О, мисс Жарден, это не тот ли мистер Спет, который…
— Привет, — сказал Уолтер, появившись в дверном проеме.
Вэл, уронившая телефон, увидела, что он дружески ей улыбается.
— Уолтер, ты скотина! — заплакала она, бросилась в спальню и захлопнула за собой дверь.
— Так это твоих рук дело? — осведомился Рис.
— Здесь все, — ответил Уолтер. — Я имею в виду, все, что нам удалось впихнуть в пять комнат. А вот квитанция на остальные вещи.
— Квитанция? — странным тоном переспросил Рис.
— Я их поместил в камеру хранения.
Рис невесело засмеялся и потер затылок.
— Боюсь, это слишком сложно для моего примитивного ума. А этот парень, Квин, — кто он такой?
Уолтер бросил на диван пальто и шляпу, сел и зажег сигарету.
— Квин только что приехал на побережье, заключив контракт на киносценарий — вы, наверное, знаете, что он писатель и детектив. Мой старый школьный товарищ в Нью-Йорке попросил Квина навестить меня, а я уговорил его действовать в качестве моего представителя. Он хорошо с этим справился, не так ли?
— Но почему, Уолтер? — мягко спросил Рис.
Уолтер прищурился, глядя на сигаретный дым:
— Ну, я ведь знал, что вы упрямы и ни за что не примете деньги. Поэтому, чтобы избежать споров…
Жарден встал, подошел к окну, поднял жалюзи и распахнул створки. Дождь прекратился, и вновь сияло солнце. С улицы доносился грохот транспорта. Он закрыл окно и повернулся.
— Очень достойно с твоей стороны, Уолтер. Но я не могу принять и это. Кроме того, Вэл сказала, что твой отец исключил тебя из завещания.
— У меня есть свои деньги от деда с материнской стороны. Осталось еще достаточно.
Рис печально усмехнулся:
— Я положил все наличные в банк, и сегодня уже поздно снимать их со счета. Но, Уолтер, как только…
— Забудьте об этом.
— Уолтер, ты все усложняешь.
Они молча уставились друг на друга. Затем из спальни донесся плачущий голос Вэл:
— Мог бы, свинья, хотя бы войти сюда и постараться меня утешить!
Уолтер поднялся, глуповатая гримаса исказила его черты.
— Пожалуй, — пробормотал Рис, — я пойду подышать воздухом. — Он взял шляпу и вышел, а Уолтер направился в спальню.
Вскоре зазвонил телефон, и Вэл выбежала в гостиную взять трубку. От слез не осталось и следа. Уолтер последовал за ней, выглядя еще глупее, чем раньше, хотя это едва ли было возможно.
— Да, — сказала Вэл. — Одну минуту. Это тебя, Уолтер. Оператор спрашивает, здесь ли ты.
— Алло, — заговорил Уолтер, взяв трубку. Затем он умолк и стал слушать; при этом выражение его лица становилось все более мрачным. — Сейчас приеду, — пробормотал он наконец и положил трубку.
— Что-нибудь не так?
Уолтер потянулся за пальто и шляпой.
— Мой отец.
У Вэл внутри похолодело.
— Не уходи, Уолтер.
— Я должен уладить это дело раз и навсегда.
Она вцепилась в него.
— Пожалуйста!
— Подожди меня, — мягко сказал Уолтер. — Я вернусь через полчаса, и мы поедем пообедать на пляже. — Он отодвинул ее в сторону и вышел.
Вэл долго стояла неподвижно. Прежний страх вспыхнул с новой силой. Она подобрала с дивана пальто и направилась с ним в прихожую, едва сознавая, что делает.
Однако, когда Вэл вешала пальто в платяной шкаф, к ней вернулась ясность мысли. Она внимательно посмотрела на пальто. Это же пальто Уолтера! Он по ошибке взял пальто Риса — они были одного размера и покроя, из коричневой верблюжьей шерсти.
Когда Вэл вертела пальто в руках, что-то внезапно выпало из кармана и ударило ее по ноге.
Это был черный блестящий пистолет.
Вэл инстинктивно отпрянула. Но после первой вспышки страха она быстро подняла оружие и сунула его в карман пальто Уолтера, по непонятной причине радуясь, что отец этого не видит. Затем Вэл снова вытащила пистолет из кармана и, держа его так, словно это был скорпион, с бешено колотящимся сердцем спрятала его на самое дно ящика бюро.
Уолтер носит оружие… Вэл была так напугана, что присела на кровать, ощущая слабость в коленях. У Уолтера никогда не было пистолета. Он ненавидел оружие так же, как войну, бедность и несправедливость…
Чуть позже она поднялась и начала распаковывать чемоданы, стараясь ни о чем не думать.
Рис вернулся через десять минут с сигаретой и более спокойный.
— Где вы там? — окликнул он.
— Уолтеру позвонил отец, — ответила из спальни Вэл.
— Вот как?.. Куда мне положить мою шляпу?
— В стенной шкаф в прихожей, глупый. Теперь тебе придется самому вешать свою одежду.
Жарден усмехнулся, положил шляпу в шкаф и пошел к себе в спальню распаковывать вещи.
В половине шестого вся одежда была развешана, и больше делать было нечего.
— Интересно, где Уолтер? — с тревогой спросила Вэл.
— Он ведь ушел только полчаса назад.
Вэл закусила губу.
— Он сказал… Давай подождем его в вестибюле.
— Снова пошел дождь, — сообщил Рис, роясь в платяном шкафу. — Вэл, это не мое пальто.
— Уолтер взял твое по ошибке.
Жарден надел пальто из твида, и они спустились в вестибюль. Вэл посмотрела на часы над столиком портье. Без двадцати пяти шесть.
— Я хочу ему позвонить, — нервно произнесла она.
— Что с тобой, котенок? — Жарден уселся возле кадки с пальмой и взял газету, но отложил ее, увидев свою фотографию на первой странице.
— Соедините меня с домом Соломона Спета, — попросила Вэл. — По-моему, Хиллкрест 2411.
Мибс включила связь:
— Хиллкрест 2411… Уолтер Спет — симпатичный парень. У него красивые глаза, верно, мисс Жарден?.. Алло! Это вы, мистер Спет?.. Мистер Уолтер Спет, не так ли? Я узнала ваш голос. С вами хочет поговорить мисс Жарден… Возьмите трубку, мисс Жарден.
Вэл схватила трубку:
— Уолтер! Что-нибудь случилось? Ты ведь сказал…
Голос Уолтера показался ей очень странным.
— Вэл, у меня сейчас нет времени. Случилось нечто ужасное…
— Что, Уолтер? — прошептала Вэл.
— Жди меня в «Ла Салль», — продолжал Уолтер тем же странным тоном. — Я приду, как только смогу… — Он понизил голос. — Пожалуйста, Вэл, не упоминай об этом звонке никому. Никому!
— Хорошо, Уолтер… — Она услышала громкий щелчок, положила трубку и медленно сказала отцу: — Давай посидим здесь.
В половине седьмого Вэл заговорила охрипшим голосом:
— Не могу больше этого выносить… Уолтер велел мне ничего не рассказывать, но… у него беда.
— Послушай, котенок… — начал Рис.
— Он сказал, что случилось нечто ужасное… — прошептала Вэл.
Отец с тревогой посмотрел на нее.
— Хорошо, Вэл. Мы поедем туда.
Рис вел машину в сторону холмов со скоростью пятьдесят миль в час. Вэл высовывалась из окошка. Никто не произносил ни слова.
Свернув к воротам Сан-Суси, они поняли, что действительно что-то произошло. В наступающих сумерках сверкали огни полицейских машин.
— Я же говорила тебе! — воскликнула Вэл.
Ворота открыл полицейский. Рядом с будкой не было видно Валевского — ночного сторожа, — зато толпилось еще несколько полицейских.
— Что случилось? — осведомился Жарден. — Я Рис Жарден.
— О, вот как? Подождите минуту. — Полицейский что-то сказал своему коллеге, тот направился в сторожку, и они услышали звяканье телефона Валевского. Потом полицейский вышел и поманил их пальцем.
Жарден въехал в ворота. Один из полицейских вскочил на подножку.
Вэл казалось, что она слышит звук, похожий на вой ветра.
У двери дома Спета Жарденов встретили трое мужчин в штатском. Они холодно разглядывали их. Затем самый высокий, с носом, похожим на наконечник стрелы, обратился к ним:
— Входите, пожалуйста.
В сопровождении всех троих Жардены шагнули через порог. Они прошли мимо Винни Мун, которая сидела на нижней ступеньке лестницы, ведущей на второй этаж, с ужасом глядя на свои длинные ноги, покуда Джо-Джо что-то лопотал у нее на плече.
В кабинете Соломона Спета было полно народу — мужчины с фотоаппаратами, рулетками, бутылками, щетками, карандашами. В воздухе ощущался едкий запах, остающийся после магниевых вспышек.
Уолтер также был здесь. Он сидел за письменным столом отца, напряженный и бледный. Рядом с ним стоял высокий мужчина. На голове Уолтера была повязка, которая придавала бы ему залихватский вид, если бы не расплывшееся пятно крови на левом виске.
— Уолтер!
Валери хотела подбежать к нему, но высокий человек с острым носом положил ладонь на ее руку, и она остановилась. Все выглядело так четко — голубой дым от вспышек, красное пятно на повязке, Уолтер, смотрящий на нее и покачивающий головой из стороны в сторону, словно о чем-то предупреждая…
Внезапно комнату как будто заволокло туманом, и Вэл прислонилась к стене.
— Вы мисс Жарден? — резко осведомился высокий мужчина.
— Да, — ответила Вэл. — Конечно, это я. — Ну не абсурдно ли говорить такое?
— Меня зовут Глюке — инспектор Глюке из Главного полицейского управления Лос-Анджелеса.
— Здравствуйте. — Это звучало еще абсурднее, но, как ни странно, мозг Вэл не мог контролировать ее язык.
— Вы искали мистера Уолтера Спета?
— Инспектор… — начал Рис, но высокий человек нахмурился.
— Да, — сказала Вэл. — Да, разумеется. А почему бы и нет? Мы договорились вместе пообедать и искали мистера Спета в его квартире, но там его не было, поэтому мы подумали, что он поехал к отцу, и тоже приехали сюда…
— Понятно, — промолвил Глюке, глядя на них блестящими глазами.
Вэл показалось, что Уолтер одобрительно кивнул. Все было так странно. Она не должна терять голову. Скоро все выяснится. Глюке — какая забавная фамилия! Но пока она не узнает, в чем дело…
— Все так, как говорит моя дочь, инспектор, — сказал Жарден. — Могу я узнать, что произошло?
— А вы не знаете?
— К сожалению…
— Ну, — сухо произнес высокий мужчина, — сотрудников отдела убийств не присылают в случае мелкой кражи.
Он подал знак с видом человека, привыкшего к повиновению. Группа людей, стоящих у камина, расступилась.
На полу, подогнув под себя одну ногу, сидел мертвец. Колотая рана пламенела на его сером габардиновом пиджаке. Сидя в углу, он напоминал мальчика, которого отшлепали без предупреждения; на его неподвижном лице застыло удивленное выражение.
Вэл взвизгнула и, резко повернувшись, спрятала лицо на груди отца.
Репортер с сигаретой за ухом кричал в телефонную трубку:
— Бенни! Записывай, черт бы тебя побрал!.. «Кара Божья». Да, болван! «Кара Божья. Только что убит Солли Спет!»