Они стремительно шли по Брэдвуду. Джон Линкольн молчал, словно не в силах был говорить. Смерть Мегары гораздо больше потрясла обитателей брэдвудского особняка, чем смерть Томаса Брэда. Белый как мел, обхватив голову руками, Фокс сидел на ступенях веранды, где Хелен, полулежа в плетеном кресле, пристально смотрела на небо, покрытое предгрозовыми облаками.
Надвигалась буря. Миссис Брэд, уединившись в будуаре, плакала, а Стэллинг уговаривал ее пригласить доктора Тэмпля. Когда Эллери и Ярдли проходили мимо особняка, они вдруг услышали доносившиеся откуда-то из дальней комнаты приглушенные рыдания миссис Бакстер.
Линкольн свернул к особняку. Исхем и Вогн отстали где-то на полпути, занятые своими делами.
Лицо старой Нэнни, открывшей им дверь, было испуганным.
— Плохо начался день, мистер Ярдли, — пробубнила она.
Профессор не ответил и сразу направился в библиотеку. Эллери шел следом за ним.
— Право же, что вас беспокоит? — спросил профессор, когда они расположились в креслах и закурили. — Ваша мысль, которую не удалось поймать?
— Ее словно и не было, — пояснил Эллери, выдохнув сигаретный дым. Знаете ли, господин профессор, у меня какое-то странное чувство, будто что-то происходит в подсознании, но что именно, я никак не могу уловить.
Если бы поймать эту ускользающую мысль… Она очень важна, я это чувствую…
— Это вообще человеческий недостаток, — сказал профессор. — Я и сам заметил, что попытка сосредоточиться на исчезающей мысли почти всегда обречена на неудачу. Выход один — забыть мелькнувшую мысль и говорить о другом. Право же, странно, сколь плодотворен сей метод, при котором как бы из ничего неожиданно вырисовывается полная и ясная картина…
Эллери прислушался. Началась гроза. Удары грома гулко отдавались в стенах Замка Иф.
— Пятнадцать минут назад, — продолжал профессор, — вы говорили, что так же далеки от разгадки преступления, как и три недели назад. Допустим. Итак, вас постигла неудача. Однако вы делаете ряд весьма неординарных умозаключений, на которые Вогн, Исхем и я оказались не способны. Почему бы не вернуться к вашим выводам теперь и не попытаться еще раз выразить их членораздельно? Одно дело — в одиночку ломать голову над чем-нибудь и совсем другое — мыслить вслух в дружеской беседе. В частности, вы упоминали шашки, Кабинет-библиотека Брэда, игральный столик с шашками, расстановка фигур все имело для вас какой-то таинственный смысл, скрытый от всех нас. Поразмышляйте вслух.
Под его глубокий и приятный голос Эллери расслабился и успокоился.
— Неплохо придумано, господин профессор. — Он принял более удобную позу и прикрыл глаза. — Давайте начнем вот с чего. Какую версию мы пытались выработать в связи с показаниями дворецкого Стэллинга и шашечным столиком?
— Множество версий, не подтвержденных фактами, — уточнил профессор, выпуская колечко дыма. — Когда Стэллинг в последний раз видел мистера Брэда, тот играл в шашки сам с собой. В этом не было ничего необычного — он часто так делал. После ухода Стэллинга, пока мистер Брэд продолжал играть, делая ходы за себя и за воображаемого партнера, Крозак проник в его кабинет, убил мистера Брэда и так далее. В руке убитого Брэда осталась зажатой шашка красного цвета, которую мы позднее обнаружили у тотемного столба.
Эллери потер подбородок.
— Вы сказали: «Проник в его кабинет»? Что вы имели в виду?
Ярдли улыбнулся.
— Я поясню. Вы не забыли про множество версий, не подтвержденных фактами? Одна из них: Крозак или некто, неизвестное лицо, находился весьма близко от нас, как вы сами изволили заметить. Его визита вечером ожидал мистер Брэд, и понятно, что Крозак беспрепятственно вошел в его особняк. Мистер Брэд, безусловно, не предполагал, что некто, кого он считал другом или хотя бы знакомым, на самом деле оказался коварным кровным врагом.
— Не обязательно! — возразил Эллери. — Он мог и предполагать.
— Согласен. Возможен и другой вариант. Мистер Брэд в тот вечер ждал двух посетителей. Одного — Друга, ради которого выпроводил из Брэдвуда всех домашних. И второго — Крозака, врага, В этом случае посетитель-друг, независимо от того, пришел ли он до или после Крозака, то есть, когда мистер Брэд был уже мертв или был еще жив, естественно, будет молчать о визите, чтобы не попасть в число подозреваемых.
— И что же? — Эллери снял очки.
— Только не говорите мне, что у вас не было аналогичной мысли.
— Действительно, не было, поскольку это неверная мысль.
— Зато теперь она у вас есть. Не будете же вы мне доказывать, что был только один посетитель?
Эллери улыбнулся.
— Это элементарно, господин профессор. Моя точка зрения основана на следующем: расположение шашек на доске и психология игроков. Вы умеете играть в шашки?
— В общем, да, но я очень давно не играл.
— Итак, рассуждаем. Когда Стэллинг вошел в библиотеку-кабинет, он увидел, что мистер Брэд играет сам с собой в шашки. Он заметил всего два хода. Здесь-то и вкралась ошибка. Все решили, что раз мистер Брэд начал играть один, то и дальше играл один. Пока его не убили. Расстановка фигур говорит о другом. Важно не только положение шашечных фигур на доске, но и количество выигранных и проигранных шашек. Помните, черные «съели» девять красных фигур, а красные — только три черные? Значит, черные выигрывали. На доске у черных было три «короля» плюс три черные шашки, а у красных — всего две шашки.
— Ну и что из этого следует? — спросил профессор. — По-моему, только то, что мистер Брэд играл сам с собой и выигрывал у самого себя.
— Нелогичный ход, — возразил Эллери, — Если бы он играл сам с собой, а он, как известно, был отличный игрок, на доске не было бы явного преимущества у одной из сторон. Мистер Брэд никогда бы не позволил себе такой слабой игры. Следовательно, он играл сам с собой только в присутствии Стэллинга, а после его ухода — с партнером, поскольку лишь в подобном случае расстановка фигур на доске могла быть неравной.
Хлынул ливень, и в окна забарабанили частые струи дождя.
— Так, так, так. Понимаю, — задумчиво сказал профессор Ярдли. — Стало быть, мистер Брэд играл в шашки с партнером, но партия осталась незаконченной, так как владелец особняка был убит Крозаком.
— Остроумно, — заметил Эллери. — Право же, попробуем теперь увязать эпизод убийства с эпизодом партии в шашки. Что получается? На поле черных одна из двух красных шашек еще в игре, на первом ряду поля. Но в шашках выход в первый ряд поля партнера означает, что ваша фигура становится «королем», то есть на нее кладется сверху еще одна шашка. Почему же тогда в этой партии шашка красных не «коронована» на королевском месте?
— Кажется, я начинаю понимать… — пробормотал Ярдли.
— Возможно, игра прервалась, поскольку без «коронации» фигуры партия продолжаться не могла. Подтверждает ли это, что игра прервалась именно здесь? Да, Вопрос: какими шашками играл мистер Брэд? Судя по рассказам миссис Брэд, муж был отличным игроком, соперничал даже с чемпионом страны, следовательно, вряд ли он играл красными, которые явно проигрывали.
Итак, он мог играть только черными. Однако рассмотрим другой вариант. Допустим, преимущество черных над красными было не три короля и одна фигура, а два короля и две фигуры, так как одна из красных шашек тоже была «королем».
— Весьма большая натяжка.
— Если мистер Брэд играл черными, то он должен был бы сидеть во время игры на стуле, стоявшем вблизи секретера. Так и было, поскольку все красные фигуры расположены на ближайшей к секретеру стороне, то есть черные «ели» красных. Далее: мистер Брэд играл черными и сидел на стуле спиной к секретеру, а его партнер — лицом к секретеру.
— Но это значит, что…
— Вот именно! Не хватало одной красной шашки — ее обнаружили на месте распятия Брэда, а на его ладони остался отпечаток красной шашки, которую он зажал в руке, когда стал жертвой убийства. Зачем он взял ее?
Существует много ответов, но я могу дать только один.
— Какой же? — спросил профессор.
— Красная шашка в первом ряду не коронована.
В руке мистера Брэда, в руке игрока черными — красная недостающая шашка. Значит, если красные вышли в первый ряд черных, то черные, то есть мистер Брэд, взяли одну из «съеденных» красных шашек, чтобы «короне дать» короля. Но прежде чем он смог положить взятую шашку, случилось нечто, помешавшее игре. Иными словами, его ударили по голове в тот момент, когда он хотел «короновать» фигуру красных, поэтому он не положил красную шашку на «короля», она осталась зажатой в его руке, а игра прервалась…
— Опять же кровавое пятно… — напомнил профессор.
— Да, конечно. Точнее, расположение пятна. Возле стула, на котором сидел мистер Брэд. Мы определили, что убийство произошло в его кабинете, и там только одно пятно. Если мистера Брэда ударили по голове спереди, то упал он назад, между стулом и секретером.
Там-то и осталось пятно крови. Доктор Рамсен предположил, что мистера Брэда ударили по голове, так как на теле не было других следов насилия. Рана на голове кровоточила, кровь попала на ковер прежде, чем убийца поднял тело и перенес его в беседку. Вывод: на мистера Брэда напали, когда он играл в шашки с партнером, следовательно, убийца — его партнер по шашкам. Есть возражения?
— Разумеется, — ответил Ярдли. — Ведь мы уже говорили о том, что гость мистера Брэда либо друг и невиновен, либо соучастник Крозака, и что пока мистер Брэд играл с другом, либо пока соучастник играл и отвлекал внимание мистера Брэда, Крозак пробрался в кабинет и ударил мистера Брэда, напев спереди, о чем свидетельствует кровавое пятно.
— Ну что вы, господин профессор! — Эллери улыбнулся. — Мы давно доказали, что у Крозака не было соучастников. Что касается друга, в присутствии которого Крозак убил мистера Брэда, — абсурд! Крозак непременно дождался бы ухода ненужного свидетеля. Если предположить, что свидетель все же был, разве кровожадный Крозак позволил бы ему скрыться? Нет, конечно.
Вспомните несчастного Клинга… Однако свидетель мирно скрылся… Нет, господин профессор, не было никакого свидетеля.
— Ну, а как насчет свидетеля, пришедшего до Крозака и ушедшего до него? Свидетеля, игравшего в шашки с мистером Брэдом и удалившегося? — настаивал профессор.
— Вы заблуждаетесь, господин профессор. Приди он до или после Крозака, он не был бы свидетелем, верно?
Нет, неоконченная игра в шашки была партией Крозака — Брэда, — Каков же вывод из этой теоремы?
— Повторяю; убийца мистера Брэда играл с ним в шашки. Этого «Крозака» Брэд хорошо знал, но не как Крозака, вероятно, а под другим именем.
— Эге, вот вы и попались, молодой человек! — воскликнул профессор. Почему «хорошо знал»? Если мистер Брэд с ним играл, значит «хорошо знал»? Ошибаетесь, он сажал за шашечный столик первого встречного!
Я сам три недели назад имел честь доказывать ему, что не люблю игру в шашки.
— Вы меня не правильно истолковали, господин профессор. Если я вам дал понять, что партнер мистера Брэда был его другом, приношу извинения. Я не это имел в виду. Знал ли мистер Брэд, что Крозак, жаждущий крови Твэров, в Америке?
— Разумеется, знал. Это ясно из его посмертного письма, да и мистер Ван его предупреждал.
— Вот именно. Стал бы он, зная, что Крозак здесь, назначать встречу с незнакомцем, отсылая всех близких из дому?
— Пожалуй, нет.
— Рассуждаем дальше. — Эллери устало вздохнул. — Допустим, что гость мистера Брэда, которого он ожидал в тот вечер, пришел, обсудил с ним свои дела и ушел.
Появился Крозак. Назовем его Незнакомец. Мы уже доказали, что Крозак убийца, играл с мистером Брэдом в шашки. Значит, мистер Брэд предложил Незнакомцу сыграть партию, оставшись с ним один на один в Брэдвуде… Абсурд! Следовательно, Крозак был знаком мистеру Брэду как званый гость или случайный посетитель.
На самом деле, неважно, кем он был. Я твердо уверен в одном-единственном: человеком в особняке, помимо самого мистера Брэда, в тот вечер был Крозак, и мистер Брэд прежде знал этого Крозака. Неизвестно, в какой момент Крозак появился, но абсолютно точно, что мистер Брэд играл с ним в шашки и был убит во время игры.
— И куда же вы пришли?
— «В никуда», — признался Эллери. — Поэтому я и сказал вам, что топчусь на месте, как и три недели назад.
Помимо прочего, есть еще один факт, над которым я бьюсь.
— А именно? — спросил профессор, выбивая трубку, — Я уверен, что Крозак не хромает. Доказательства?
Крозак явно был из близкого окружения мистера Брэда.
Никто из знакомых Брэда не хромал. Следовательно, не хромал и Крозак. Он лишь притворялся хромым, возможно, имитировал детский недуг, чтобы ввести в заблуждение полицию.
— Поэтому он и не боялся оставлять следы хромого человека? — спросил Эллери.
— Конечно! Он вспоминает о лжехромоте в моменты опасности, заметая свои настоящие следы. Где-то он сейчас затаился? Но идем дальше. С убийством первой жертвы, Клинга, мы разобрались. Крозак лжехромой, виновен в убийстве. Совпадают и мотив, и почерк преступления, обусловленные кровной местью. Крозак считает, что убил одного из братьев Твэр — Андреа. Как же он разыскал его, который скрывался вдали от всех? Совершенно непонятно… Затем Крозак наносит удар мистеру Брэду. На месте преступления Крозак находит письмо мистера Брэда, из которого узнает, что допустил ошибку и что мистер Ван жив. Но где он, мистер Ван, сейчас?
Крозак должен его отыскать… Возвращается из плавания мастер Мегара. Крозак ждал его приезда. Мистер Мегара — единственный, кто знает о новом обличье мистера Вана и его местонахождении. Пауза. Антракт. И затем… О, Господи! — вскричал вдруг Эллери и уставился на своего учителя. В его глазах блеснула какая-то мысль. — О, Господи! — снова воскликнул он. — Какой я идиот! Эврика!
— Этот метод всегда срабатывает, — поощрительно заметил профессор. Итак, в чем дело?
— Погодите, — начал Эллери. — Чего мы ждали? Чего ждал Крозак? Мы ждали, что Крозак предпримет попытку узнать у мистера Мегары, где находится мистер Ван, так как мистер Магара один владел нужной ему информацией. Крозак асе узнал и только потом убил мистера Мегару, и это могло быть только так.
— О, Боже, он узнал! — воскликнул профессор Ярдли. — Какие мы болваны! Боюсь, что уже слишком поздно!
Эллери кинулся к телефону.
— Срочно примите телеграмму!
КОНСТЕБЛЮ ЛЮДЕНУ АРРОЙО ЗАПАДНАЯ ВИРГИНИЯ ТЧК НЕМЕДЛЕННО ОТПРАВЛЯЙТЕСЬ ПОЛИЦЕЙСКИМ НАРЯДОМ ХИЖИНЕ СТАРОГО ПИТЕРА ТЧК ОХРАНЯЙТЕ ЕГО ДО МОЕГО ПРИБЫТИЯ ТЧК СООБЩИТЕ КРУМИТУ ВОЗВРАЩЕНИИ КРОЗАКА ТЧК ЕСЛИ КАНУН ВАШЕГО ПОЯВЛЕНИЯ ХИЖИНЕ ЧТО-ЛИБО ПРОИЗОЙДЕТ ЗПТ ИЩИТЕ СЛЕДЫ КРОЗАКА ЗПТ НЕ ТРОГАЙТЕ МЕСТА ПРОИСШЕСТВИЯ ТЧК ЭЛЛЕРИ КУИН
После этого Эллери телефонировал в Брэдвуд и попросил пригласить к телефону инспектора Вогна. Вогн, по словам Стэллинга, куда-то недавно поспешно отбыл. Тогда Эллери велел вызвать кого-нибудь из его парней и спросил подошедшего, где Вогн. Тот ответил, что инспектор получил какую-то записку и вместе с Исхемом куда-то немедленно уехал на полицейском автомобиле.
— Черт возьми, что же мы сидим? — Эллери бросил трубку и выглянул в окно.
Дождь усилился, молнии сверкали, зловеще освещая полосы дождя. Гроза была в самом разгаре.
— Итак, — скомандовал Эллери, — вы остаетесь здесь, господин профессор.
— Я не могу отпустить вас одного в такую грозу! — возразил профессор. Как вы доберетесь туда?
— Не волнуйтесь. Сидите спокойно дома и попытайтесь связаться с Вогном и Исхемом. — Эллери снова схватил телефонную трубку. — Летную станцию Минеолы!
Срочно… Хэллоу! Минеола? Могу я получить моноплан для срочного перелета на юго-запад? Что? Что?! — Лицо его помрачнело, и спустя минуту он положил трубку, — Все против нас, господин профессор. Гроза разразилась над Атлантикой и движется на юго-запад. Они не могут дать моноплан.
— Может быть, поезд? — предложил профессор.
— Ну нет. Я доверяю только старому «дюси». Что же делать? Господин профессор, не найдется ли у вас плаща или какой-нибудь дождевой накидки?
Они кинулись в гардеробную и отыскали длинную дождевую накидку профессора.
Эллери облачился в нее.
— Ох, Куин, — беспокоился профессор. — У вас открытый автомобиль, дороги ненадежные, ехать далеко…
— У нас нет выбора, господин профессор. Люден, конечно, не растеряется, но… — Эллери распахнул дверь. — Пожелайте мне удачи, господин профессор.
Не мне, так мистеру Вану!
— Поторопитесь! — Профессор пожал руку Эллери. — Я постараюсь побыстрее связаться с Вогном и Исхемом. И все же… Вы уверены в необходимости поездки? Она не напрасна?
Эллери горько усмехнулся.
— Только одно удерживало Крозака от убийства мистера Мегары эти две недели — он не знал, где прячется мистер Ван. Если же он все-таки расправился с мистером Мегарой, значит, он нашел горное убежище старого Питера. Может быть, он силой вырвал у мистера Мегары признание прежде, чем убить его. Мой долг — предотвратить четвертое убийство. Крозак наверняка уже на полпути к Арройо. Надеюсь, что эту ночь он спал.
Иначе… — Эллери пожал плечами, улыбнулся профессору Ярдли и ушел в ливень, под гром и всполохи молний направляясь к гаражу, где стоял его верный «дюси».
Профессор Ярдли машинально взглянул на часы. Они показывали ровно час дня.