Он писал:
«Спешу успокоить тебя, Мой Дорогой Уолт. Ты ведь немного волновался, не так ли? Мне известно каждое слово, которое ты сказал Противнику. Ты ведь не сомневаешься в этом? Конечно нет. Именно то, что ты знал о моем присутствии, причиняло тебе беспокойство.
Знай, что ты вел себя великолепно и все сделал как надо. В твоих ответах было точно такое количество правды, какое не могло составить для него никакой реальной ценности, так что все отлично.
Теперь ты чувствуешь себя лучше? Не сомневаюсь в этом.
Тебе не будет причинено никакого вреда, Мой Дорогой Уолт, ибо ты знаешь, что я держу под контролем абсолютно все. Верь мне и верь себе. Ни в чем не сомневайся и всегда будь самим собой.
Ты не можешь произносить мое имя.
Ты можешь не произносить мое имя.
Помимо этого, говори, что сочтешь нужным.
В конверт вложена новая карточка. Достань из тайника свой печатный набор и…»