День был какой-то хмурый, какой-то сонный. Дождя не было. Но и солнца не было. Никому особенно-то не хотелось шевелиться. Ронни дремал на своей подстилке возле двери. Каси не было видно. Должно быть, задремала в каком-нибудь уголке. Людмилка в куче старых, давно уже никем не читанных книжек, откопала совсем уж старую, разлохмаченную книжицу без обложки. Как она называлась – неизвестно, и имя автора тоже не удалось определить. А рассказывалось в книжке про девочку со странным именем Дикси и про её кота Блэка, и о том, как к ним из глобуса появлялся Глобусный человечек и брал их с собой в путешествия по разным странам. Правда, при условии, что Дикси будет вести себя примерно, слушаться старших и вовремя делать уроки.
Баба Катя, глянув на то, что читает Людмилка, удивилась:
– Интересно, как эта древность сюда попала? Я даже не помню, откуда она у нас взялась. Вероятно, кто-нибудь когда-то принёс её дедушке. Погляди, тут довольно занятные картинки. И кто бы это мог обложку оторвать, ума не приложу.
Людмилка, забравшись с ногами на диван и устроившись поудобнее, погрузилась в чтение.
А баба Катя приспособила Тима держать ей мотки с шерстью: она решила смотать шерсть в клубки и начать вязать свитер для папы, она давно обещала подарить ему на Новый год свитер из чистой шерсти.
– Ведь в покупных обязательно к шерсти примотают какой-то там акрил или полиэстр, выговорить невозможно, – ворчала она. – По-настоящему греет только чистая шерсть!
Может, так оно и было. Ни Людмилка, ни тем более Тим над этим никогда не задумывались.
У Людмилки девочка Дикси и её кот Блэк отправились с Глобусным человечком в Египет. А Тиму уже поднадоело сидеть с растопыренными руками и держать мотки. Правда, это был уже последний моток. Уф! Всё! Последний клубок!
Баба Катя отправилась на кухню готовить обед. Она с вечера замочила горох, и теперь настала пора варить суп.
Тим потирал затёкшие руки. Людмилка читала с большим интересом. Надо же! Глобусный человечек плыл с Дикси и Блэком по Нилу на корабле.
«С берега из-за зелёных зарослей папируса смотрели на них ясноглазые антилопы и водяные козлы с винтовыми рогами…» И вдруг! Бум! Бац! Стук! Что это?
– Брысь! – закричала Людмилка. – Каська, брысь, что ты там делаешь на буфете? Тим, Тим, смотри, она уронила статуэтку!
Кася спрыгнула на пол и спряталась под столом.
– Сиди там, не смей вылезать! – закричал на неё Тим. – Ронни, ко мне! Охранять! Не выпускай её! Паршивая кошка!
Растрёпанная книжка полетела в сторону, рассыпаясь по листочку. Ребята подскочили к полочке, на которой стояли фигурки. Марфушина статуэтка лежала на полу. Разбилась? Нет, слава Богу, не разбилась. Но что из-за этого падения могло случиться с самой Марфушей? Вдруг она расшиблась? А может…
– Бежим!
И они побежали.
На рассвете, рано-рано,
Конь выходит из тумана…
Они ураганом ворвались в Сказку, как только открылись двери. Где Марфуша? Скорей! Вперёд! И… забыли. Да. Забыли. Назад не оглянулись ни разу! Но в тот момент они этого даже не заметили. Вот Марфушин домик. Дверь не заперта. В Сказке вообще двери никто никогда не запирает. Они забежали в дом.
– Марфуша! Марфуша! – разом взволнованно позвали они хозяйку.
Им никто не ответил. Дома никого не было. Выскочили обратно на крылечко. Огляделись. Спросить не у кого. Рядом – никогошеньки.
«Что с Марфушей? Что с Марфушей? – билось у каждого из них в голове. – Каська, паршивая кошка. Что она наделала? Как это падение отозвалось на Марфуше?»
– Может, с ней что случилось? – сказал Тим. – Где же нам её искать?
– Слушай, – отозвалась Людмилка, – помнишь, Орлан утащил Касю к тем огромным дубам? Может быть, там опять что-нибудь такое…
Вроде бы они правильно вспомнили направление и рванулись бежать. Пробежали совсем немного, как навстречу им выбежал Зайчик. Тот самый, которого они уже встречали раньше. Зайчик бежал по дороге, которая как раз и вела от тех самых огромных дубов.
И зачем он туда бегал… Зайчик подпрыгивал, подскакивал и распевал свою песенку:
Не знаю, кто в грядках морковку растит,
Не знаю, кто утром на ветке свистит.
И сколько у солнышка тёплых лучей,
И что там в канавке бормочет ручей,
И кто мне дорогу к капустке покажет,
И кто же мне всё объяснит и расскажет.
– Зайчик, Зайчик! Ты не видел Марфушу? Ты не знаешь, где она? – закричала Людмилка, не особенно надеясь на толковый ответ.
Зайчик остановился. Внимательно на них посмотрел, и вдруг неожиданно почти по-взрослому ответил:
– Я у самых дубов побывал. Там Марфуши нет.
– Нет? Тим, Тим, где же она?
– Бежим по дороге к дальнему лесу, через луг, в березняк, – решил Тим. – Может, она туда пошла, к волшебному Роднику?
И они побежали уже знакомой Тиму дорогой: белые ромашки, лиловые колокольчики… Вот уже добежали до светлой берёзовой рощи. Вот уже бегут по осиннику. Тут уже не так светло, и Людмилка с разбегу чуть было не наступила на серенькую Мышку-полёвку. Ту самую, помните, которая тогда сообщила им про Зябликов?
– Ой-ой-ой, – запищала Мышка, испугавшись, что в полумраке Людмилка её раздавит.
– Мышка, ты откуда взялась? – удивилась Людмилка.
– Бегала по полям, по лесам, искала чего-нибудь вкусненького, – призналась Мышка.
– Марфушу не встречала? – строго спросил Тим.
– Нет, Марфушу сегодня не видела. Там, где я пробегала, Марфуши не было. А что случилось-то?
Но Людмилке и Тиму некогда было объяснять Мышке всё в подробностях. Посовещавшись, они решили повернуть обратно и побежать к Реке. Они с Марфушей уже ходили этой дорожкой через молодые дубовые посадки. Может, она была у Реки, когда Кася… Скорее, скорее. Скорее!
Дорожка повернула к реке. И что же они видят? Стоит Марфуша. Стоит неподвижно. Стоит и не трогается с места.
– Марфуша! – закричали Тим и Людмилка в один голос. – Ты в порядке? С тобой ничего не случилось?
– Постойте, постойте, осторожно. Не наступите! – странно так отозвалась Марфуша.
Они поглядели туда, куда она указывала рукой. Совсем рядом с ней длинной вереницей шагали Муравьи. Так вот почему она стояла так неподвижно! Муравьи шагали со своей поклажей и, как всегда, на ходу исполняли свой муравьиный марш:
Мы по дорожке
Шагаем строем,
Мы очень скоро
Свой дом построим.
Свой дом достроим
Мы очень скоро.
Трудитесь споро!
Трудитесь споро!
Несём мы дружно
Мешки хвоинок,
Сучков и щепок,
Мхов и травинок.
И что ж, что груз наш
Тяжёлый очень –
Неутомим он,
Мураш-рабочий.
Не устаём мы
Весь день трудиться.
А в нашем доме
Нас ждёт Царица.
И охраняют
Наш дом солдаты,
Такие преданные
Ребята.
Дом муравьиный
Зовёт в дорогу.
Шагайте в ногу!
Шагайте в ногу!
Ой, да когда же они пройдут наконец!
– Марфуша, ты как? С тобой ничего не случилось? – спрашивала Людмилка.
Марфуша засмеялась.
– Ничего, – сказала она. – Просто небольшой синяк. Только и всего!
Уф! Наконец Муравьи прошагали.
– А мы так испугались, когда Кася… – начала было Людмилка.
– Забудьте, – не дала ей договорить Марфуша. – Лучше пошли домой, попьём молочка.
И они все вместе весело зашагали к Марфушиному дому. Но тут послышалось:
– Мила! Тимоша! Где вы? Идите сюда, у меня для вас новость!
Что ж, сейчас, как всегда, Сказка кончится, рядом окажется ёлка. А под ногами копытень… Но ничего не произошло. Баба Катя продолжала звать, голос её был отчётливо слышен, но Сказка не кончалась.
– Что за глупые игры? С чего это вы вдруг вздумали прятаться?
Баба Катя сердилась. Внуков нигде не было видно. Она начала тревожиться.
– Мила! Тимоша! Боже мой, куда же подевались дети? Потерялись? Заблудились? Но они же никогда не выходили за калитку одни!
А Сказка всё не кончалась! Рядом по-прежнему была Марфуша. Сказка не кончалась!!! И тут они вспомнили:
Не найдёте среди дня:
Вот я здесь – и нет меня.
Помни, чтоб назад вернуться,
Надо трижды оглянуться!
Ужас! Они забыли! Они так боялись за Марфушу, что без оглядки ринулись её искать!
– Да-а, – проговорила Марфуша. – Наделали вы беды. Ну, что ж. Когда с друзьями беда, надо приходить на помощь.
Она достала из кармана маленький колокольчик. Колокольчик прозвонил тоненьким голоском. И в тот же миг рядом появился Охотник. Он прислушался к голосу бабы Кати и всё сразу же понял.
– Ясно, – сказал он. – Но ведь надо, чтобы было пять.
Марфуша кивнула. Перепуганные Тим и Людмилка не поняли, что это такое «пять». Пять чего? Пять кого?
– Медведя я призывным выстрелом призову, – сказал Охотник. – Конь здесь недалеко. Но пятый… Кто же пятый… Ронни я звал. Свистел условленным свистом, он не приходит. Непонятно мне что-то.
Он вскинул ружьё и выстрелил. Почти сразу же рядом появился Медведь. Да, да. Тот самый, что встретился им на Горе.
– Звали?
– Звал, – откликнулся Охотник. – Но пятый… пятый…
А оттуда, от самого их дома доносился голос бабы Кати. Она говорила кому-то, наверно, Марии Феликсовне:
– Нет, нет, нечего ждать. Иду в полицию. Надо заявить, что пропали дети. Боже мой, Боже мой, ведь завтра приезжают родители!
Приезжают! Папа и мама! А они выйти из Сказки не могут! Людмилка заплакала. Тим в отчаянии кусал губы.
Вдруг вроде бы повеяло ветерком. Но нет! Это не ветер. Это шумят крылья. Еще мгновение, и рядом с ними оказалась Птица.
– Что случилось? – спросила она. – Мы слышали призывный колокольчик и призывный выстрел. Ронни не мог откликнуться, ему была команда охранять и не выпускать Касю. Она наказана. Ронни просил меня узнать, в чём дело.
– Пятый! – воскликнул Охотник. – Теперь мы сможем освободить детей! Конь, иди сюда, дружок, – позвал он Коня.
И вот что выяснилось. Для того, чтобы освободить пришедших в Сказку, но забывших выполнить необходимое правило – три раза оглянуться назад, чтобы вновь оказаться там, откуда явились, необходимо, чтобы пятеро из Сказки собрались вместе, и когда пятый из них произнесёт пятую строку волшебных стихов, выход откроется. И вот они встали рядком, все пятеро: Охотник, Конь, Медведь, Птица и Марфуша.
Охотник начал первым, проговорив громко и отчётливо:
Станет облако туманом,
Станет карлик великаном,
Станет деревом росток,
Станет западом восток,
Станет выходом мосток!
Каждый следующий повторил эти строки. И когда Марфуша произнесла последнюю, пятую строчку, прямо под ногами у ребят появился мостик из струганых досок.
– Бегом! – скомандовал Охотник.
И они побежали. Ёлка! Вот она! Вот дуб! И круглолистый копытень! Ой, а это кто?
Открылась калитка. Вошёл молоденький полицейский с озабоченным лицом. Баба Катя стояла на крыльце, не сводя глаз с калитки.
– Нет, бабуля, – произнёс пришедший. – Все уголки облазили, всех до одного опросили, нету их нигде.
Он оглядел сад. Увидел ребят, застывших там, возле ёлки.
– А это кто такие? Это не они? – удивился он. – Эй, ребятня, как вас зовут?
– Они! Они! – не помня себя от радости закричала, увидев их, баба Катя. – Так и зовут, как я написала: Тимофей и Людмила. Боже мой! Где вы были? Где вы были, негодники? Ладно, поговорю с вами потом. Заходите, – пригласила она полицейского. – Пообедаем вместе.
– Спасибо, – поблагодарил он. – Некогда. Дел много. Позвольте откланяться.
Он пошёл к калитке, бросив суровый взгляд на ребят и издали погрозив им пальцем. Калитка захлопнулась.
Баба Катя с сердитым видом молча накрывала стол к обеду. На буфете стояли рядышком фарфоровая девушка, деревянный охотник, глиняные конь и медведь. На стене висела дедушкина картина: птица чуть ли не на всё небо широко распахнула крылья. Под столом томилась Кася, которую послушно, как было приказано, не выпускал Ронни.
Что говорила внукам баба Катя после обеда, можете представить себе сами. Людмилка и Тим молчали. Люди всегда молчат, когда у них есть тайна. А тайна у Людмилки и Тима была.
