Только теперь Павлик пошевелился. Руки и ноги у него затекли, спина ныла. Он осторожно выполз из-под мётел и отогнул край занавески.

Он увидел на диване тётю Фариду в сером пиджаке, белой косынке и вязаных носках.

«Хоть она и дворник, а заодно с ними», – сказал себе Павлик и на цыпочках пошёл к двери.

О ужас! Дверь была заперта, и ключа в ней не было.

На миг Павлик… На миг Павлик… О, господи боже, да что мы такое хотели сказать? Что там должен был сделать Павлик? Мы так растерялись вместе с ним, что нужное слово выскочило у нас из головы. Может быть, мы хотели сказать: на миг Павлик побледнел как смерть, потерял сознание, рухнул на пол перед железной дверью «Склада инвентаря». Но нет, пожалуй, это было бы слишком. Павлик, конечно, не потерял сознание и не рухнул на пол, хотя, честно говоря, чуть не рухнул, так задрожали у него колени.

Но…

«Спокойно. Безвыходных положений не бывает, – сказал себе Павлик. – Закрыта дверь – вылезу в окно!»

И, повернувшись вокруг своей оси, бесстрашно двинулся мимо тёти Фариды к окну.

…На окне красовалась толстая ржавая решётка.