Говорят, что это было так, а может, и не так. Кто теперь точно скажет, как это было? Было это давно, когда на земле все еще только рождалось. Родился однажды и Страус. Поднял голову и увидел над собой синее австралийское небо.

Вскочил на ноги.

   — Скорее, — говорит, — туда, где облака и солнце. Он хотел было уже разбежаться и взлететь в небо,

да увидел других птиц. Сидели они на полянке среди цветов, и головы у них были опущены.

   — Вы - чего это носы повесили? — окликнул их. Страус. — Разве вам крылья даны, чтобы ими по бокам хлопать? Поднимайтесь в небо, там ваше место.

   — Поднимись, попробуй, —сказали птицы.

— И поднимусь, — сказал Страус.

   — Может, ты и поднимешься, а мы не можем: в крыльях у нас не хватает по перу.

Так сказали птицы, но Страус не поверил им. Разбежался. Подпрыгнул. Разбросил в стороны крылья и... упал. Снова попытался взлететь и снова упал — и в его крыльях не хватало одного пера.

А птицы сидели среди цветов все такие же „грустные. По бокам их висели крылья, бессильные поднять их в небо ненужные крылья.

Жалко их Страусу стало.

   — Что ж, — говорит, — мы все сидеть будем? Возьмите у меня по перу и летите под облака. Пусть уж я один земным буду.

И он роздал из своих крыльев перья. И поднялись птицы в небо, а Страус понизу побежал.

Бежал он. Подпрыгивал. Спрашивал у всех:

   — Ну как, хорошо в небе-то?

   — Хорошо, — кричали птицы, поднимаясь к самым облакам.

Много лет с той поры прошло. Птицы в небе освоились. Страус с землей сроднился. Но зато как увидит пролетающую над головой птицу, так и скажет с гордостью :

   — Мое перо ее над землей держит.

Говорят, что это было так. А может, и не так. Кто теперь точно скажет, как это было: было-то это ведь давно.