Жил в степи Хорь. Бывало, стоило ему только высунуть голову из норы, как все суслики прятались. Больно он ловко расправлялся с ними. Где найдет, там и придушит.

   — Будешь, — говорит, — знать, как таскать зерно с колхозных полей.

Вот какой это был Хорь. По всей степи о нем слава добрая шла. По сто двадцать сусликов в год съедал, а душил еще больше. Но и он жил-жил да и умер. А сын и теперь живет. Но он совсем не в отца пошел. Ленивый — жуть. Только отцом и славен.

Придет к какому-нибудь хорю в гости и говорит:

   — Ты знаешь, у меня отец какой был?

И начинает об отце своем рассказывать. Рассказывает-рассказывает и вдруг спросит:

   — У тебя не найдется поесть чего-нибудь? Что-то проголодался я будто.

Как не угостить чем-нибудь сына такого знаменитого отца. А Хорек поест, скажет:

   — Да, великим Хорем отец мой был.

И опять начинает об отце рассказывать. Рассказывает-рассказывает и спросит между прочим:

   — А у тебя не найдется чего-нибудь в дорогу мне, а то вдруг поесть захочу.

Так и ходит по гостям всю свою жизнь; сегодня к одному, завтра к другому. По всей степи известен, как и его отец. И когда видят хори, идет он, говорят своим детям:

   — Вон идет тот самый Хорек.

   — Какой?

Да который именем своего отца кормится.

А сын великого Хоря останавливается возле кого-нибудь и говорит: — Ты знаешь у меня отец какой был?

Но все уже знают, зачем он говорит это, и несут угощение: нельзя же отказать в еде сыну такого знаменитого отца.