Нередко мы говорим про какого-нибудь взрослого: он не перестаёт удивляться всему, что вокруг него происходит, он прямо как ребёнок! Так оно и есть: ребёнок удивляется — и в своём удивлении открывает мир. Дело известное. При таком «первом» удивлении самые простые, обыденные вещи могут показаться странными, даже невероятными. Поэтому если мы читаем детские стихи или рассказы, в которых происходит нечто несусветное, то как раз этому мы и не удивляемся. В детстве часто рискуешь оказаться вверх ногами, а значит, можно увидеть, услышать и прочитать многое, о чём в обычном состоянии мы даже не задумываемся.
Поэт Игорь Шевчук замечательным образом умеет стоять на руках — именно к такому сравнению хочется прибегнуть, когда читаешь его стихи, от книжек, вышедших в начале 90-х годов — «Шагалочка» и «Бесконечный караван», до сегодняшних публикаций и вот этой книги «Педаль от огурца». На первый взгляд, у Шевчука всё время происходит что-то, противоположное здравому смыслу. Не люди стоят в очереди за дынями, а дыни — за людьми. Не у детей карантин, — а у болезней. Не щенка дарят его маленькому герою, а малыша — щенку:
Вот это подарок!
Я падаю с ног…
Щенок называется?
Ну и щенок!
Второго такого, наверно, и нету.
Да он же проглотит меня, как котлету!
Подарок глядит на меня свысока.
Наверное, он размышляет пока…
Я тоже гляжу и никак не пойму:
А может, меня подарили ему?
Ход «от противного» — один из самых популярных в поэзии для детей. Мы можем вспомнить, например, фольклорные перевёртыши, или Маршака с Чуковским, или «Вредные советы» Г. Остера… Игорь Шевчук умеет прекрасно распоряжаться этой богатой традицией — среди его непосредственных предшественников нетрудно вычислить Александра Шибаева, Эдуарда Успенского или — нередко нами вспоминаемого — Олега Григорьева:
— Мне жалко автобус…
— Вот тебе раз!
За что же?
— За то, что уехал без нас!
Художник Николай Воронцов
Но и сам по себе он вполне узнаваем, всякий раз ждёшь, что наш поэт выкинет очередной поэтический фокус. Ясное дело: если гусеница вырастает в мотылька, а зёрнышко — в пион, то и вагон должен непременно «вырасти» в длинный поезд. И всё это продолжается и наяву, и во сне:
Мне снился страшный-страшный сон,
И чтобы мне не снился он,
Я взял и ловко перелёг
На новый бок —
на правый бок.
Но сон мой — видно, не дурак —
Смекнул в секунду, что и как!
Он взял и тоже перелёг
На новый бок —
на правый бок.
Или — такой пассаж:
Нам всю ночь мешали спать:
Мне — два балла,
Морю — пять.
В общем, в книге «Педаль от огурца» достаточно стихов, чтобы удостовериться, насколько богат выбор «трюков» и как ими можно поэтически жонглировать. А если рядом со стихами ещё и возникают забавные рисунки Николая Воронцова, то эта взрывчатая смесь может оказаться вполне по вкусу любителю острых ощущений. Правда, я не уверен в том, что этот любитель обязательно будет ребёнком. Многое в книжке рассчитано на взрослое восприятие.
Но продвинутые юмористы хороши в любом возрасте.