— Ты знаешь, кто такой бурый увалень? — спросил я, пытаясь прорваться сквозь каменную стену молчания Джоэн.

Она несла факел, который мы нашли в волшебной сумке Малчора Харпелла. Я не знал, создала ли сумка факел так же, как создавала еду, когда мы нуждались в ней, или мудрый маг просто был дальновиден и спрятал факел внутри, на всякий случай.

— Это существо, живущее в самых глубоких и темных местах Фаэруна, — продолжил я. — Оно большое. Восемь или девять футов в высоту и еще толще в ширину. Все его тело покрыто толстыми пластинами хитиновой брони, словно у муравья. Но этот панцирь гораздо толще. И еще…

— Ой, он что, собирается оторвать нам голову? — прервала Джоэн.

— Нет. Прости. Просто это место заставило меня вспомнить про эти создания. Их название связано с тенями, а тут теней предостаточно.

— Прошу, просто помолчи.

— Прости.

Хотя я не соврал о тенях. Свет факела казался таким ничтожным в огромной пещере. Крошечная точечка света в бескрайней черной пустоте. Однако света было достаточно, чтобы осветить сталагмиты, которые тянулись из земли, образуя длинные и глубокие тени на далеких стенах. Мы едва могли разглядеть стены пещеры. Как и в месте, с которого мы начали свой путь, они были покрыты сверкающими кристаллами, которые ловили свет нашего факела, отражая его слабым огоньком долетающим до нас издалека.

Шорох, похожий на движение, где-то за пределами круга света, заставил Джоэн подпрыгнуть.

— Не волнуйся, — сказал я. — Это не бурый увалень. Они очень хорошо прячутся. Ты никогда их не услышишь.

— Да отвали ты со своими бурыми увальнями! — резко ответила подруга. Перехватив факел в левую руку, правой она выхватила кинжал. Шорох снова повторился, и Джоэн, видимо определив его направление, метнула оружие.

Оружие пролетело по воздуху, мерцая в свете факела, когда луч света коснулся идеального лезвия кинжала. Кинжал ударился о землю где-то за пределами круга света, порождая искры. Он срикошетил, словно камень, брошенный в пруд, подпрыгивая с лязгом, звоном и… всплеском.

Глаза Джоэн расширились, когда она услышала, как её драгоценное оружие бултыхнулось в воду. Она бросилась вперед, тихо шипя, словно позабыв, что некая потенциальная опасность таилась прямо на пути. Факел подружка забрала с собой, оставляя меня в почти непроницаемой темноте.

Я немного пришел в себя, привыкая к черноте и бросился за девушкой, ловя её в двадцати шагах впереди, на краю неподвижного озера, полного черной воды. Руки Джоэн были по локоть в водоеме. Она шарила вокруг. В мерцающем свете факела на щеках девушки блестели слезы.

— Ох, — сказала она. — Ой, я не хотела… Я не… ну, пожалуйста… — она подняла руку, чтобы утереть слезы, но рука сама была мокрой.

Я упал на колени рядом с подругой.

— Все хорошо, — сказал я. — Мы отыщем его.

Я засучил рукава, намереваясь помочь Джоэн в поисках, хотя вода выглядела глубокой и я не ожидал, что мне удастся отыскать хоть что-то.

Внезапно, нечто привлекло мое внимание: отблеск, отражение на неподвижной поверхности озера. Ориентируясь на свет, я добрался до предмета. Вода была теплой, и не приносила неприятных ощущений. Как только моя рука оказалась рядом с блестящим предметом, он, казалось, сам прыгнул ко мне. Моя ладонь сжалась вокруг маленького чешуйчатого предмета, и я вытащил руку из воды, сжимая в ней небольшое существо. Оно было уродливым, с бледным коричневым хитиновым телом, четырьмя тонюсенькими лапками, двумя длинными усиками и шипастым хвостом, которым существо вертело, словно ветер — кленовым зонтиком.

Во рту животное держало сверкающий кинжал.

— Ээээ… Джоэн, — прошептал я. Когда она не ответила, я мягко толкнул девушку. Джоэн повернулась, чтобы посмотреть на меня, и увидела рыбу с кинжалом.

Она задохнулась от ужаса.

— Что это… за создание? — спросила она.

— Похоже на личинку ржавильщика, — сказал я, вспомнив Коррозионных Созданий Земли Сердца мастера Хикса Лойренса из библиотеки Малчора Харпелла.

— А… ржавчина… — запинаясь, произнесла она.

— Да, ржавильщик. Они живут в пещерах и едят металл: руду, предметы из стали — не важно. Особенно они любят волшебный металл.

Девушка снова охнула и выхватила кинжал изо рта ржавильщика. Одним плавным движением, Джоэн схватила личинку за хвост и выкинула в воду.

— Эй, — сказал я, — он тебе помог!

— Он пытался сожрать мой кинжал! — ответила она. Девушка оглядела клинок, проводя по нему пальцем в поисках трещин.

— По крайней мере, он тебе его вернул.

— Не поврежден, — с очевидным облегчением подытожила девушка.

Мы встали, оглядываясь по сторонам. Потребовалось несколько минут, чтобы сориентироваться, но вскоре нам удалось двинуться в прежнем направлении, следуя вглубь пещеры. Озеро переходило в медленно текущий ручей, который, в свою очередь, образовывал новое озеро, побольше. Мы двигались по краю все более бурной реки. Слабое, едва заметное эхо вскоре переросло в оглушительный рев. Черная вода пенилась вокруг зазубренных сталагмитов, усыпанных кристаллами, чьи острые, словно бритва края сверкали в свете нашего факела.

Мы двигались по течению, пройдя лишь двадцать ярдов прежде, чем дальнейшая дорога прояснилась. Над водой, у стены пещеры, виднелось два моста — узкие каменные конструкции, аркой перекинутые через поток. Река под ними бушевала еще сильнее, чем прежде, сужаясь и убегая вниз, прежде, чем исчезнуть под нависающим уступом.

Джоэн двинулась к ближайшему мосту.

— Погоди, — сказал я. — У меня нехорошее предчувствие.

— Что, еще один бурый увалень хочет напасть на нас? — спросила девушка.

— Бросим монетку, — сказал я.

Я вытащил монетку из сумки из бросил её на мост. Монета дважды подпрыгнула, отскакивая от камня. Мой бросок был совершенным, и она ровно скользила по изогнутому мосту.

Но как только монетка коснулась центра строения, мост просто исчез. Еще мгновение назад здесь была твердая поверхность, а спустя секунду — монетка полетела в бурный поток ниже, скрываясь из виду. Как только монета пропала, мост вернулся на место.

Мы попытались повторить этот трюк со вторым мостом, но добились того же результата.

— Итак, — сказала Джоэн. — Нам нужно найти другой путь, да?

— Нет никакого другого пути, — сказал я. — Зачем кому-то строить пару исчезающих мостов, если их можно просто обойти? Но может быть, мы отыщем что-то еще.

Я огляделся вокруг. Мои подозрения вскоре оправдались. На небольшом плоском камне, стоявшем у реки, в ряд выстроились семь свечей. Конструкция находилось прямо между двумя мостами.

— Я видел подобное раньше, — сказал я. — В Зале Госпожи, что во Вратах Бальдура. Это часть молитвы Тиморе. Погляди — фитили очень длинные? — я поманил Джоэн ближе, и она нерешительно подошла к алтарю. — Мы зажигаем свечу на конце Тиморы. Фитиль падает в сторону и поджигает второй. И так далее.

Я взял факел и двинулся, готовясь зажечь крайнюю свечу.

— Откуда ты знаешь, какой это конец, м? — спросила девушка. — Я имею в виду, что если вместо этого ты зажигаешь свечу Бешабы? Разве так нас не постигнет рок?

Я пожал плечами и поднял руку к груди, туда, где висело мое проклятие — благословленный Тиморой камень.

— Так или иначе, я не думаю, что нас ждет беда, — сказал я.

Джоэн закатила глаза. Даже в мерцающем тусклом свете я не пропустил этого. Но девушка не стала возражать, когда я опустил факел к свече.

Но та не загорелась.

— Видишь? — спросила Джоэн.

Я нахмурился и поднес факел к крайней левой свече. Она тоже не зажглась.

— Странно, — сказал я.

— Ты думаешь? — Джоэн присела рядом со мной. — Ой, тут что-то написано.

Она указала на камень рядом со свечой. Действительно, гладкая поверхность была покрыта красивыми высеченными в камне буквами.

Я вытащил из кармана волшебную линзу.

— Тут написано “Пусть удача Тиморы направляет меня”. Отлично. Ну очень полезно. Не это ли я пытаюсь сделать? Но свечи не горят!

Джоэн не обращала на меня внимания. Пока я двигался дальше, она взяла факел и ткнула им в свечу по центру. Спустя несколько ударов сердца, фитиль упал влево, поджигая следующую свечу. Снова и снова, свечи загорались друг за другом. Как только четвертая, последняя, свеча прогорела, левый мост зажегся слабым светом.

Я с некоторым удивлением посмотрел на Джоэн.

— Откуда ты знала, что делать? — спросил я.

Девушка пожала плечами и пошла к мосту.

— Погоди, — крикнул я. — Ты не знаешь, безопасно ли это.

— Ты за последние несколько часов летать научился? — бросила она через плечо.

Она знала, мы оба знали, что выбора не было. Мы не могли вернуться назад тем же путем. Девушка пожала плечами и двинулась вперед, неся с собой факел. Я последовал за подругой, чтобы не оставаться в темноте.

— Как думаешь, как далеко нам идти? — спросила Джоэн, когда я догнал её, идя сбоку. — Ну, за тем, что мы тут ищем?

— Не знаю. Я видел свет, но он был далеко, и я не смог оценить расстояние.

— Какой свет? Не был ли это мост?

— Нет, — ответил я. — Это была синяя вспышка. Словно от волшебного факела.

Стоило мне закончить мысль, синяя вспышка прорезала тьму. Она была менее чем в сотне ярдов от нас. И, быть может, в тридцати футах над полом пещеры. Мгновение, я разглядывал странный свет, и хотел бы разглядеть его еще лучше. Мне казалось, хотя я не мог быть уверенным в своих наблюдениях, пока мои глаза не привыкнут к свету, что свечение по форме напоминало лезвие.

Едва заметив вспышку, Джоэн ахнула и бросилась к ней. В начале она шла быстрым шагом, затем побежала, а потом и вовсе рванула со всех ног. С помощью сапог, украденных у Сали Далиба, мне не сложно было поспеть за подругой. Но я не был уверен, что желал так быстро бежать в неизведанном направлении.

Синий свет моргнул снова, но не так, словно желал потухнуть, а словно желая скрыться от чужих глаз. Когда мы приблизились к месту, из которого исходило свечение, Джоэн замедлила шаг. Дальше мы двинулись осторожно.

Два массивных обелиска возвышались на полу пещеры. Каждый стремился к потолку, к темному своду пещеры, заканчиваясь где-то очень высоко над нашими головами. Свет факела озарил поверхность обелисков. Оба были изготовлены из белого мрамора и были идеально гладкими. Руны вились по всей длине обелисков, начинаясь от самого основания. Поверхность сооружений ярко блестела, на ней не было видно ни пылинки, несмотря на бессчетные века, которые провели здесь обелиски. Они ловили свет факелов, отражая его обратно, из-за чего казались еще ярче, чем прежде.

Мой взгляд пробежал по цепочкам рун, следуя за ними к потолку. Спустя несколько мгновений я понял, что колонны — совершенные зеркальные отражения друг друга. Взгляд Джоэн был устремлен вниз, на кусок пола, лежавший между обелисками.

— Ой, — тихо сказала она. — Постой на страже, м?

Девушка осторожно опустила факел и вытащила кинжалы.

Я проследил за её взглядом. На землю, на предмет, лежащий там, где она проходила. Четыре фута в поперечнике, странной формы….

— Это тело, — сказала Джоэн, вставая на колени рядом с ним. — Дворф. Не похоже, что он слишком стар.

— Не слишком старый? Молодой дворф?

— Я имела в виду, что он не так давно валяется тут, — пояснила Джоэн. — Дворф-то старый. У него седая борода… ой, а это что?

Она встала, держа в руках что-то, блестящее в свете факела. Как только я рассмотрел предмет, странное чувство заставило разболеться мой живот.

— Очки, — прошептал я. — Большой нос?

Я придвинулся к Джоэн.

— Большой, — подтвердила она, когда я, наконец, увидел лицо мертвого дворфа. — И он что-то держит.

— Его зовут Элвисс, — сказал я, мрачно наклоняясь над телом. Я не знаю, зачем. Просто я чувствовал, что мне нужно внимательнее осмотреть дворфа, чтобы удостовериться в его смерти, словно так я смогу отпустить его дух. Ведь он будет знать, что кто-то заботиться о его кончине. Тогда я понял, что потерял многих друзей. Многие из них были мне куда ближе Элвисса, но мне не было все равно. Я должен был сочувствовать, потому как надеялся, что кому-то было бы не все равно, лежи здесь я. Мне казалось очевидным, и почему-то я даже был в этом уверен, что Элвисс умер в одиночестве в этом темном и пустом месте. Никто не должен умирать так.

— Он — друг, — сказал я.

Джоэн осторожно разжала пальцы, чтобы разглядеть объект, который сжимал дворф.

— У него есть раны? — спросил я её.

— Ничего не вижу, — сказала Джоэн. — Ты только посмотри на это.

Она схватила какой-то предмет и вытащила его из руки Элвисса.

Неподвижный воздух внезапно наполнился ветром. Мощным, кружащим ураганом. Пыль летала везде, заслоняя все вокруг. Два столба светились все ярче и ярче, пока смотреть на них не стало совсем невыносимо. Я видел, как Джоэн зашаталась и упала, но не смог сдвинуться с места, чтобы помочь ей. Низкий гул раздавался по всей пещере, отскакивая от далеких стен. Ветер стих также внезапно, как начался.

Свет обелисков, как и свет нашего факела, исчез вместе с ним.

Я вытащил меч и огляделся по сторонам, прислушиваясь к любой потенциальной опасности.

— Джоэн, — прошептал я резко, но не получил ответа.

Я попытался вспомнить, где именно упала девушка, но ураган заставил меня потерять направление. Я двигался медленно, ощупывая ногой землю, пока не наткнулся на валявшийся предмет. Но это был Элвисс, не Джоэн.

— Джоэн, — позвал я громче.

Неподалеку я услышал какой-то шум, словно нечто перетаскивали по земле. Тоже самое мы слышали, когда Джоэн чуть не потеряла свой кинжал. Мы так и не узнали, что производило подобный звук. Я мог только надеяться, что этот звук все же имел иной источник, что этот звук производила моя упавшая спутница.

Я двинулся в направлении шума, держа меч впереди себя, плоской стороной вниз. Так, чтобы случайно не ранить Джоэн.

Что-то скользнуло мимо моего плеча, и я развернулся, взмахнув мечом.

Кто-то поймал лезвие, быстро удерживая его.

— Спокойно, — сказал голос, но он не принадлежал Джоэн. Это был голос Джейд.

— Ты следила за мной. За нами, — сказал я.

— Нет, — ответила эльфийка. — Я попала сюда первой.

— Ты знала, где это место? Знала, как его найти?

— Да.

— Как?

— Теперь это должно быть очевидно, дитя, — угрюмо сказала она.

Только тьма помешала Джейд рассмотреть изумленное выражение на моем лице — широко распахнутые глаза, открытый рот.

— Ты — Страж, — сказал я. — Страж Тиморы.

— Держи, — сказала она, вкладывая что-то в мою свободную руку — что-то, похожее на рукоять меча! Рукоять моей сабли, моего волшебного клинка, который я считал потерянным.

— Как…? — начал я вопрос, в то же время заставляя лезвие вспыхнуть синим пламенем. Как только мягкий голубой свет залил пещеру, мой вопрос встал комом в горле.

На земле, рядом с бедным безжизненным Элвиссом неподвижно лежала Джоэн.