Направляясь на восток к Сильверимуну, мы застряли на главной дороге. Дорога была широкой и отлично очерченной, однако многочисленные весенние бури в сочетании с оттепелью превратили её в грязь, глубокую из-за повозок, лошадей и людей, проходивших по ней — первых в сезоне торговых караванов.

Чем дальше мы уходили на восток, тем плотнее становилась земля под ногами. Отрог могучего Хребта Мира тянулся с севера, и, хотя нам не нужно было пересекать его, мы проезжали неподалеку. Фермерские угодья и разбросанные то тут, то там усадьбы сменились холмами и лесами, а утренняя роса превратилась в утренний иней по мере того, как мы забирались все выше. Но, тем не менее, каждый день, приближавший нас к лету, дни становились длиннее, а полуденное солнце — чуть ярче.

По дороге мы миновали несколько караванов, в основном состоящих из людей и эльфов. Я понял, что они направляются из Сильверимуна в Лускан, Глубоководье и другие пункты на западе. При необходимости, мы уступали им дорогу и всегда дружески приветствовали путников. Но у них были свои дела, а у нас — свои, поэтому мы мало разговаривали с проходящими путешественниками.

Я ожидал того же, когда на пятнадцатый день нашего путешествия новый караван обогнул хребет в то время, пока мы сидели на обочине дороги, занятые приемом пищи. Три повозки, каждую из которых тащили две лошади, проталкивались через грязь. Вслед за ними шла еще пара лошадей — запасные животные, которые использовались в том случае, если одна из тащивших повозки лошадей получит травму.

— Дворфы, — сказал я, указывая на приземистые фигуры, возглавлявшие караван.

Джоэн оторвалась от гуляша — нашей горячей еды, добытой из сумки Малчора. Она проследила за моим взглядом, изучая приближавшиеся повозки. Когда они подъехали, оказалось, что мое предположение верно. Телеги были полны низкорослыми, коренастыми людьми, которые носили разнообразные доспехи. На голове каждого из них красовался шлем. Все они обладали большими окладистыми черными, коричневыми или седыми бородами.

— Ой, а я и не знала, что тут есть дворфы, — сказала Джоэн.

— Конечно, есть, — ответил я. — В Сандабаре или Цитадели Адбар, на востоке за Сильверимуном. Но я не думал, что они решат торговать так далеко.

— Почему бы и нет?

— Ну, это долгий путь, а дороги не очень-то безопасны. Весенние бури, не говоря уж о бандитах и…

Мой голос затих, заглушенный внезапным яростным воем двух десятков маленьких уродливых гуманоидов, выскочивших из-за окружавших нас камней и кустов.

— Гоблинах, — закончил я. Прежде, чем я успел хоть как-то среагировать, Джоэн вскочила на ноги и бросилась по направлению к дворфам. Я смотрел ей вслед, испугавшись её мужества. Она мало знала о дворфах и, вероятно, еще меньше знала о гоблинах, но в момент опасности девушка не раздумывая двинулась в атаку.

Я спокойно направился туда, где мы оставили отдыхать не привязанную Дымку, и забрался в седло. Гоблин издал боевой клич, по-видимому испугавший лошадь. Она пустилась в галоп прежде, чем я смог как следует обосноваться в седле.

Я обогнал Джоэн, когда та была в нескольких сотнях ярдов от дворфов, замедляясь достаточно, чтобы дать девушке вскочить в седло позади меня. Вместе мы кинулись в рукопашный бой.

Со своей стороны дворфы проявляли себя закаленными в бою и готовыми к сражению воинами. Как только гоблины накинулись на них, они образовали плотный квадрат, каждый из восьми коренастых представителей бородатого народа защищал своего соседа щитом, одновременно отгоняя гоблинов копьем, молотом или топором.

Гоблины были далеки от организованности. Они дико накидывались на дворфов, разбиваясь об их защиту и отскакивая прочь. Хотя они превосходили противников как три к одному, их первое нападение было настоящим недоразумением. Три гоблина лежали мертвыми, остальные были оттеснены на фланги. В то время, как дворфы не получили ничего серьезнее легких царапин.

Самый крупный среди гоблинов — длинное тощее существо ростом около четырех футов — что-то выкрикнул на грубом гортанном наречии. Он указал на дворфов, по-видимому, приказывая сородичам атаковать. Но деморализованный гоблины, казалось, колебались. Они оглядывались, ища путь к отступлению. А потом они заметили… нас.

Один из самых мелких гоблинов схватил за руку своего предводителя. Большое существо шлепнуло маленькое, сердито разворачиваясь.

Я пустил Дымку рысью, внезапно испугавшись.

Большой гоблин уставился на меня, растягивая рот в злобной усмешке. Он снова что-то заорал на своем гортанном языке. На этот раз гоблины не колебались.

Повернувшись спиной к дворфам, они ринулись вниз по дороге.

Прямо к нам.

— Упс, — сказала Джоэн.

Тем не менее, дворфы трусами не были. Как только гоблины развернулись и побежали, шестеро путников кинулись в погоню. Остальные двинулись в заднюю часть каравана, к привязанным лошадям.

Джоэн спрыгнула с Дымки, вынимая свои кинжалы. Я последовал её примеру, вынимая саблю и хлопая Дымку по крупу, чтобы лошадь побежала.

— Приготовься, — сказал я. — Гоблины быстрее дворфов.

— Ой, но не лошадей, — ответила Джоэн. И действительно, девушка оказалась права. Даже в густой грязи лошади легко опережали маленьких гуманоидов с рыжей кожей.

Но у гоблинов была фора. Уродцы добрались до нас в тот момент, когда всадники обогнали последние ряды гоблинского отряда.

Первый гоблин непринужденно бросился на меня, выбрасывая вперед наконечник своего копья. Я взмахнул саблей по кругу, легко парируя этот непродуманный удар и обводя лезвие вокруг древка. Гоблин едва ли даже пытался замедлиться, и мой клинок аккуратно разрезал кожаную куртку, вонзаясь в грудь существа и сбрасывая гоблина на землю.

Но позади него уже неслось два гоблина.

Я метнулся влево, прочь от Джоэн, в результате чего мой меч совершил горизонтальный удар, направленный в голову ближайшего гуманойда. Он поднял свой меч вверх, чтобы парировать мой удар, и высоко отбросил мой клинок. Но прежде, чем существо смогло приготовиться к нападению, собственный спутник врезался ему в спину, толкая на землю.

Я взмахнул мечом сверху вниз, нанося тяжелый режущий удар. Новый гоблин, ошеломленный толчком своего товарища, не успел среагировать прежде, чем мой меч убил его.

Движения Джоэн были размыты, она вертелась и колола, быстро ударяя гоблина, который решился напасть на неё, а затем отгоняя следующих трех. Для девушки наше время в Башне Сумерек не прошло впустую. Её танец был плавным, совершенным и завораживающим.

Но в этот момент последнее, чего я хотел, это быть завороженным. Гоблин, валявшийся на земле и еще двое его сородичей накинулись на меня.

Я упал, тщетно пытаясь вытащить свой меч из мертвого противника. Я не мог двигаться достаточно быстро, чтобы избежать атаки грязным оружием, так что отпустил рукоять меча, выбирая жизнь вместо сабли.

Внезапный грохот копыт возвестил о подходе одного из всадников, который оставил кровавый разрез среди роя гоблинов. Его лошадь отбросила в сторону двух стоящих существ, нападавших на меня. Копыто животного опустилось на распростертого на земле противника, сопровождаемое глухим стуком и треском костей. Чернобородый дворф тяжело приземлился в грязь. Я опасался, что такое падение может стать причиной его смерти или, по крайней мере, оглушит дворфа.

Вместо того, чтобы умереть, он быстро поднялся на ноги, смеясь и размахивая топором. Одним рывком он вытащил мое оружие из мертвого гоблина и кинул мне.

Другой всадник пришел следом, двигаясь в другую сторону. Его конь отталкивал гоблинов с пути дворфа. Несколько копий, вылетевших снизу, добрались до дворфа, ударяясь о тяжелую броню, но он обратил на это мало внимания. Джоэн отступила, и гоблины не стали её преследовать. Второй всадник, желтобородый мужчина, присоединился к нашей троице.

Гоблины замялись, но лишь на мгновение. Пятеро из них были мертвы, но противник до сих пор превосходил нас. Гоблинов было шестнадцать, а нас — только четверо.

Удар и парирование, парирование и удар. Вспомнив свои тринадцать месяцев обучения, я неистово работал клинком, сдерживая дикий напор противника. Чернобородый дворф с топором стоял рядом со мной. Его широкий щит стал защитой для нас обоих. Аналогичным образом желтобородый дворф помогал Джоэн. Но, спустя мгновение яростного боя, каждый из нас получил порезы и ссадины, в то время, как наши удары и блоки становились медленнее. В то время, как мы уставали, безумие гоблинов, казалось, только возрастало.

— Ты должно быть желаешь подкрепления, — прошептал мне чернобородый дворф. — Это было бы интересно.

— Определенно интересно, — сказал я.

Он только рассмеялся. Его спутник присоединился.

Как и шесть тяжеловооруженных дворфов, которые атаковали противника со спины.

Отряд влетел в ряды гоблинов, которые, в свою очередь, бросились на нас. Совершенная мощь атаки потрясла меня, и я не смог удержаться в рыхлой грязи. Я повалился на спину.

В отчаянии, я поднял свой меч, чтобы парировать неизбежное нападение гоблинов. Но никто не атаковал. Сила сбила меня с ног, но она же раскидала гоблинов прочь. Спустя удар сердца после того, как прибыло подкрепление, остальные существа оказались либо мертвы, либо рассеяны. Мой чернобородый соратник помог мне встать на ноги.

Я был покрыт грязью с головы до ног. Джоэн, кажется, избежала подобной участи. Цвет её светлых волос был так похож на цвет волос её компаньона, и девушка стояла, сильно опираясь на плечо дворфа. Оба они пытались, впрочем, безуспешно, сдержать смех при виде меня. В то же время, двое дворфов забрали лошадей и двинулись назад к каравану.

Хорошо обученные животные, впряженные в телеги, уже начали свой путь по направлению к нам, и потому телеги дворфов покатились прежде, чем сбежал последний гоблин.

Любопытствуя, я опустился на колени рядом с мертвым существом, чтобы рассмотреть противного гоблина — он выглядел грязным и неприятно пах.

— Бандиты? — спросил я дворфов вокруг меня.

Предводитель дворфов пожал плечами, тыкая гоблина топором.

— Как по мне, так они оскорбляют всех бандитов, — сказал он. Дворф ткнул поверженное существо, и я заметил амулет из прутьев и костей, который гоблин носил вокруг шеи. Осторожно, не очень-то желая касаться вещи, я поднял амулет и оттянул его на длину шнурка, на котором тот держался.

— Что там? — спросил дворф.

— Какое-то украшение? — поинтересовалась Джоэн.

Я покачал головой и ответил:

— Быть может, символ клана.

Предмет был похож на рога с восемью отростками. И что-то в этой штуке заставило меня дрожать.

— Вы из Сандабара или из Цитадели Адбар? — спросила Джоэн предводителя дворфов.

— Нет, девочка, — ответил чернобородый дворф. — Мы из Митрилл-Халла, дома клана Боевого Топора и доброго короля Бренора Боевого Топора.

— Бренора? — спросил я, на мгновение забывая об амулете. — Вы знаете Бренора?

— Короля Бренора, — поправил дворф. — Да каждый, живущий на Серебряных Пустошах знает короля Бренора.

— С длинной рыжей бородой? — спросил я. — И он еще путешествует с двумя людьми и темным эльфом?

Дворф с любопытством посмотрел на меня.

— Мало кто на Севере не слышал их историю. Почему ты спрашиваешь, мальчик?

— В прошлом, я дважды плавал с ними, — сказал я. — В южных морях, между Вратами Бальдура и Мемноном, а затем, зимой, мы вернулись обратно в Глубоководье.

— Ну, это интересно. Меня зовут Конгваалар. А вас?

— Меня — Мэймун, а это Бешаба, — ответил я. Джоэн с удивлением уставилась на меня — как и все вокруг. — Погодите, — сказал я, глядя на амулет, который стащил у мертвого гоблина. Моя рука задрожала, и я отбросил вещицу, словно та была пауком, только что укусившим меня.

— Меня зовут Джоэн, — сказала девушка дворфам, а потом посмотрела на меня и добавила. — Что это с тобой?

— Обряды и Практики Культов Королевств, — сказал я, ссылаясь на название одной из многочисленных книг Малчора Харпелла. — Гоблины носят символ Бешабы.

Стоило мне произнести это имя, и холод снова пронизал мое тело.

— Ну, — крякнул Конгваалар. — Тогда они почтили свою богиню злой судьбы.

Джоэн и я обменялись испуганными взглядами. Мне стало трудно верить в совпадения. Может быть, была причина того, что гоблины так быстро отвернулись от дворфов и кинулись на нас, как только заметили.

— Ну, любой друг короля — мой друг, — сказал Конгваалар. — Было приятно сражаться вместе, но нам пора уходить. Дела, знаете ли.

Он быстро кивнул мне и двинулся к своему каравану.

— Подождите, — сказал я, и дворф обернулся. — Друг Бренора. Дроу Дзирт. Вы его знаете?

— Да, знаю.

— Он сейчас в Митрилл-Халле? — в моей голове созрел план на случай непредвиденных обстоятельств. Если бы мы не смогли найти то, что было нужно в Сильверимуне, то я могу разыскать Дзирта. Но потом я вспомнил обещание, данное Джоэн: если в Сильверимуне мы не достигнем каких-нибудь результатов, то мы на некоторое время откажемся от поисков вообще.

— Иногда он там, — ответил дворф. — Но чаще — живет в Сильверимуне или где-то по дороге между городами.

Я кивнул, и Конгваалар развернулся и снова пошел прочь.

— Ой, погоди немного, — сказала Джоэн.

— Да чтож… — угрюмо проворчал дворф, снова останавливаясь.

— Дворфы любят всякие блестящие штучки, да? — спросила Джоэн.

Конгваалар хмуро посмотрел на неё. Несколько его соплеменников заворчали.

— Я имела в виду — драгоценные камни и всякое такое. Дворфы ведь любят торговать драгоценными камнями, м?

— И у тебя есть, что предложить?

Джоэн полезла в карман, вытаскивая крупный сапфир, который стащила из логова дракона.

На мгновение глаза дворфа распахнулись, но затем лицо снова приняло каменное выражение.

— Он ничего не стоит, девочка, — сказал дворф. — не стоит даже того времени, что мы тут провели, торгуясь за него.

— Тогда почему ты еще не ушел? — спросил я.

Лицо Конгваалара немного смягчилось.

— Потому что друзья короля Бренора остановили нас, предложив торговлю, — сказал он. — Но этот камень полудрагоценный, так что он не стоит того.

— Это неправда, — сказала Джоэн.

Конгваалар снова насупился.

— Ты называешь меня лжецом? — возмущенно спросил он.

— На самом деле — нет, — ответила она. — Просто скажи, что это очень ценная маленькая блестяшка. Ты пытаешься заставить нас думать, что все не так, чтобы мы продали его дешевле.

— Это как обвинить во вранье, — скривился дворф.

— Едва ли, — вставил я. — Вещь стоит столько, сколько покупатель попросит за неё, и сколько торговец отдаст за неё, — процитировал я отрывок из книги Малчора, сочинение знаменитого дворфского торговца. Я надеялся, что дворфы поймут отсылку.

Судя по смягчившемуся лицу Конгваалара я решил, что дворф понял.

— Да, так и есть, — сказал он. — И ты знаешь, что говорят о дураке и его монетах.

— В первую очередь, им повезло найти друг друга, — закончил я, снова цитируя старый дворфской текст.

— Но мы не дураки, — сказала Джоэн. — А это — не монета. Хотя, думаю, камень стоит нескольких, м?

— Да, так и есть, — со вздохом сказал дворф. Он протянул руку к кучеру первой повозки, который, видимо, уже отсчитал нужную сумму. — Сотня золотых монет, — сказал он, протягивая мне небольшую сумочку. — Этого вам хватит на некоторое время, если вы будете тратить их с умом.

Джоэн дошла до повозки и передала сапфир дворфу. Он принял его, кривя губы. Я полагал, что дворф, скорее всего, не желал платить так много. Однако я также полагал, что камень, вероятно, стоил еще больше.

Но я не собирался спорить с суммой. Заглянув в сумку, я поглядел на блеск золота.

Сильверимун не был похож на все города, что я видел прежде. Казалось, он даже не был городом. Вместо этого, он являл собой нечто среднее между городом и лесом, полным магии, чтобы завершить эту картину. В то время, как другие города могли иметь тенистые аллеи, особенно в своих богатых районах, тут, казалось, сами проспекты строились вдоль деревьев — дороги петляли вокруг деревьев, которые, вероятно, стояли тут еще до основания города.

Архитектура города тоже казалась естественным продолжением леса — это были не остроконечные крыши Глубоководья или Врат Бальдура и не приземистые, квадратные, созданные из грязи и камня, дома Калимпорта и Мемнона. Здания Сильверимуна стояли свободно, всеми своими контурами вздымаясь вверх и опускаясь вниз, словно окружавшие их холмы. Шпили различных форм и размеров уносились ввысь, смешиваясь с многочисленными деревьями.

Город оживал с весной, деревья цвели, люди наслаждались первой за несколько месяцев возможностью побыть на свежем воздухе. Люди — и эльфы, дворфы, хафлинги — бродили вокруг. Некоторые бесцельно, некоторые точно бежали по делам. Обыватели в штатском смешались с магами в мантиях и солдатами в сияющих серебряных доспехах. Они шли, ехали, плыли на волшебных созданиях или даже летали на крылатых конях. Обычно Дымка, с её необыкновенной красотой, сразу выделялась на городских улицах, но здесь она, как и мы, казались обыкновенной частью толпы.

С тех пор, как мы миновали городские ворота — те стояли открытыми, а охранники едва удостоили нас взглядом — Джоэн едва ли произнесла хоть одно слово. Она крепко сжимала мою талию, отклонив голову назад и глядя в небо, на деревья, шпили и парящие вещи. Девушка впитывала красоту места. Я немного завидовал ей, её способности и желанию просто погреться, к которые я не мог разделить. У меня была цель, собственная цель. И собственные заботы.

Кто послал за нами этих гоблинов и кто еще может подкарауливать нас? Страж Бешабы? Я даже не знаю, кто он. Все, что я видел, были безумные культисты, прятавшиеся за каждым стволом, которые только и ждали момента, чтобы набросится на нас.

Хотя улицы были широкими, они часто петляли, и я несколько раз вынужден был спрашивать направление. Жители этого прекрасного и открытого города полностью соответствовали своему месту обитания, и потому на каждый свой вопрос я получал вежливый и, зачастую, полезный ответ. И хотя это занимало больше времени, я считал необходимым изучить всех, встреченных нами на пути как можно тщательнее, стараясь отыскать какой-то знак Богини Рока, прежде чем заговорить с ним. До библиотеки мы добрались без происшествий.

Я попытался спешиться, но обнаружил, что Джоэн все еще крепко держит меня, не давая сдвинуться с места. Она смотрела на здание перед нами, любуясь его красотой. И большая библиотека Сильверимуна действительно была прекрасна. В отличие от большинства строений города, полных текучих форм, это здание казалось более строгим. Оно было квадратным, классическим и напоминало храмы в Храмовом Квартале Врат Бальдура. Тем не менее, казалось, что это строение будет уместным лишь здесь, в этом городе. Его крыша была высокой, окна — огромными и светлыми. Вдоль фронтона шла колоннада, состоящая из высоких колонн, вырезанных из совершенного мрамора без единого пятнышка.

Я снова попытался спешится, желая попасть внутрь и найти нужную информацию. Но Джоэн, казалось, вообще не замечала меня.

Я кашлянул, пытаясь привлечь её внимание. Когда это не сработало, я ущипнул подругу за руку.

— Ой, — сказала она, наконец-таки глядя на меня. — Больно же! — она ударила меня в плечо, но не слишком сильно.

— Мы на месте, — сказал я.

— Ой, замечательно, — она, наконец, расцепила свои руки и позволила мне спешится.

Прихожая соответствовала общему стилю библиотеки: классическая, древняя, прекрасная. Двери вели направо и налево. Еще два прохода виднелись за столом у дальней стены. Там сидела женщина в серебряном балахоне. Перед ней было разложено несколько фолиантов. Она посмотрела на нас, стоило нам войти.

— Общественные залы слева и справа, — сказала она скучающим тоном. — Проходите и счастливого дня.

Её голова склонилась к книгам.

— Общественные залы? — спросил я.

— Да, я так и сказала, — ответила женщина, не поднимая глаз.

— А что, не все книги доступны общественности?

Теперь женщина посмотрела вверх.

— Разумеется, нет, — сказала она. — Знаете ли, не вся информация одинакова.

— Знаю, — согласился я. Я остро сознавал различия ценности информации. В конце концов я провел больше года, чтобы получить лишь маленькую часть того, что искал. Так или иначе, я сомневался, что эти общественные залы окажутся полезными. — А как мне увидеть остальные?

Выражение лица женщины стало мрачным.

— Вам нужно получить разрешение, — сказала она. — Кто-то из числа покровителей библиотеки будет лучшим выбором.

— Я никого не знаю в Сильверимуне, — ответил я.

— Тогда, вам не повезло.

— Ну, быть может вы сможете чем-то помочь мне, — сказал я. — Я ищу кое-что.

— Если информация о предмете ваших поисков есть в общественных залах, я могу вам помочь, — сказала женщина.

Долгое время я обдумывал, стоит ли мне ей доверять. В конце концов я понял, что выбора у меня нет. Это была библиотека крупнейшего Северного города, города, который заслужил репутацию покровителя ученых и искателей знаний. Я сомневался, что у этой служащей есть злые намерения.

— Я ищу информацию о Камне Тиморы, — сказал я.

Джоэн с сомнением посмотрела на меня. Видимо, её мучили те же мысли, но она пришла к другим выводам насчет того, стоит ли доверять библиотекарю.

Женщина казалась невозмутимой.

— Это необычная просьба, — сказала она. — Но любая информация об артефактах, если предположить, что таковая у нас имеется, находится в закрытой секции. Мне очень жаль.

Она снова уставилась на свои книги.

В растерянности, я развернулся и выскользнул из здания. Джоэн последовала за мной.

— Ну, мы попытались, м? — сказала она, кладя руку мне на плечо.

— И потерпели неудачу, — ответил я. Красивая площадь, расстилавшаяся перед библиотекой казалась сейчас такой неуместной, если учитывать мое отвратительное настроение.

— Знаешь, а ведь у них могло и вовсе ничего не быть?

— А могло и быть, но я не могу даже попробовать это отыскать.

— Ну, мы можем попытаться найти покровителя.

Я мог сказать, что она просто пытается подбодрить меня, потому что не думал, что она считает подобное возможным. Во всяком случае, на данный момент. На самом деле, она скорее желает, чтобы мы сдались и ушли подальше.

Я отвязал Дымку от шеста, к которому привязал её.

— Ну, — сказал я. — Давай поищем, где провести вечер. Утром мы можем отправиться на запад.

— Ой, ты сдаешься? — спросила она удивленно.

— Разве это не то, чего ты хочешь?

— Ну, гм, я вроде как хочу, — замялась Джоэн. — Я имею в виду — я хочу путешествовать и все такое и я… я не знаю. Знаешь, я не люблю видеть тебя таким подавленным?

Я взобрался на лошадь и помог Джоэн сесть позади меня.

Я улыбнулся подруге.

— Ну, тогда ты будешь рада узнать, что я еще не закончил. Хочу вернуться в Башню Сумерек. Могу поспорить, Малчор Харпелл мог бы впустить нас в библиотеку.

— Если он может, то почему просто не отправил весть о нас? — спросила девушка.

Я пожал плечами.

— Ой, — сказала Джоэн, спустя мгновение. — А как же эльф?

— Какой эльф? — спросил я.

— Тот, что рассказал тебе про Малчора. Темный эльф.

Я резко натянул вожжи, в результате чего Дымка остановилась. Почему я не подумал об этом?

— Эй, стража, — окликнул я проезжавшего мимо человека в серебряных доспехах.

— Иди мимо, гражданин. Я занят, — ответил стражник, продолжая путь. Я заставил Дымку медленно следовать за ним.

— Я кое-кого ищу, — сказал я.

— Желаю найти его, — бросил стражник. — Или её, в зависимости от обстоятельств.

— Вы знаете Дзирта До’Урдена?

Стражник остановился и уставился на меня.

— Разумеется, — сказал он. — Вся стража знает его. Нам выдали специальное распоряжение. Мы должны позволять ему войти и не тревожить его. Только он один из своего рода пользуется в Сильверимуне такими привилегиями.

— Он сейчас здесь? — спросил я. — В городе?

— По последним данным — да. Он встречался с Леди.

— Леди? — спросила Джоэн.

— Леди Аластриэль, — сказал стражник, смутившись, когда на наших лица проступило непонимание. — Наша защитница и самая великая героиня, Леди Аластриэль из Сильверимуна? Одна из благословенных избранных Мистры?

Я действительно слышал про Избранных богини магии. Они сами были почти божественны. У Дзирта и правда были влиятельные друзья.

— Вы знаете, где я могу найти его? — спросил я.

— Поспрашивайте, — посоветовал стражник, пожимая плечами. — Скоро он пронюхает про это и сам найдет вас. Но один совет…

— Да? — спросил я?

— Если хочешь причинить ему вред, — предупредил стражник, — я бы на твоем месте убирался прочь и сберег свой живот от пары скимитаров.