В одном городке была гостиница. Хозяйка ее все время только и думала, как бы заграбастать денег. Прикидывала в уме и так и этак.

Наконец вспомнилось ей, что люди говорили, будто трава-дурман туманит ум и отшибает память[169]. «Отлично, отлично, лучше и не надо. Накормлю гостя дурманом, а он, смотришь, забудет кошель, набитый деньгами. Стану первой богачкой в наших местах», — размечталась хозяйка.

В тот же день к вечеру в гостиницу пожаловал гость, по всему видать — человек денежный. Хозяйка живехонько взялась за стряпню, и каждое блюдо — умани, суп, маринованные овощи — все приправляла дурманом.

Подивился гость, не очень-то угощение пришлось ему по вкусу. На другое утро чуть свет отбыл он из гостиницы. Хозяйка бегом в комнату, где гость ночевал, и ну шарить во всех углах:

— Эй, эй, позабытые вещи, объявитесь-ка, где вы?

Но ничего не нашла. Какое там кошель, даже веревочки гость не оставил. «Вот тебе и на! Но ведь что-то должен был он забыть. Что же?» Скрестила руки на груди и задумалась. Вдруг пришла ей в голову ужасная догадка: «Да ведь это я сама забыла! Забыла получить плату за постой. Я ведь тоже порядком наелась дурмана, когда пробовала кушанья».

Невзвидела света жадная хозяйка. Выскочила на улицу, как была у себя дома, нагишом, и бросилась догонять гостя. Запыхавшись, спрашивает у каждого встречного:

— Куда пошел большой узел, пятьдесят выпученных глаз, на спине полосатый человек?

Прохожие думают с жалостью: «Спятила, бедняжка, чушь мелет!» — и идут себе дальше.

Заплетается у жадной хозяйки язык от дурмана, и невдомек людям, что она хочет сказать: «Куда пошел человек лет пятидесяти, пучеглазый, на спине у него полосатый узел?»

Так и не догнала хозяйка гостя. Осталась ни с чем.