Люк смотрел на бледное лицо Аурелии. Неожиданно слезинка скатилась по ее щеке.

Люк пришел сюда, чтобы сказать ей, что сожалеет о том, что было между ними: им нужно постараться избегать друг друга и сохранять деловые отношения.

Вот только он сказал совершенно иное. Что-то совершенно опасное и безумное. «Я хочу знать тебя еще больше». Нет, он не хотел. Он не хотел ничего знать об этой женщине. Он хотел уйти и забыть о ней навсегда.

Но вот как быть со своими принципами? Он всегда говорил правду. Он чувствовал что-то к ней. Он действительно хотел знать ее лучше. Хотя вероятность того, что он причинит ей боль, была слишком велика. И это пугало его.

– Люк?

Аурелия произнесла его имя с нерешительностью. Это было непривычно. Он чувствовал себя уязвимым, и ему это не понравилось. Он провел рукой по волосам, пытаясь придумать, что сказать.

Аурелия поднялась с дивана и схватила платок, который прижала к глазам, отвернувшись от него.

– Послушай, – сказала она ему, все еще стоя спиной, – может, это ошибка? У тебя такой взгляд, как будто ты всерьез сожалеешь об этом.

– Я бы не сказал, что всерьез. – Люк хотел пошутить, но она смотрела на него без тени улыбки. – Послушай, Аурелия. Для меня сейчас все ново. Я словно бреду сейчас в темноте.

– Как и я.

– У тебя когда-нибудь были серьезные отношения?

Ее глаза расширились, может, от страха.

– Так сейчас ты говорил о серьезных отношениях?

– Нет, – быстро ответил Люк, и она неуверенно улыбнулась ему. – Я просто интересуюсь.

Она снова отвернулась, и волосы упали ей на лицо.

– Ты спрашиваешь об этом из-за моих смелых откровений? Потому что я не получаю удовольствие от секса?

– Верно. – Да, об этом еще нужно будет поговорить. Что произошло с ней, Люк просто понятия не имел.

– У меня только однажды были серьезные отношения, – тихо сказала она, все так же стоя к нему спиной, – но они длились три года.

– Да? – Люк не должен был удивляться. Может, в прессе он и не видел упоминания о ее отношениях, но он знал из песен, что ее сердце было разбито. Он почувствовал что-то сродни ревности.

– Я бы не хотела говорить об этом.

– Хорошо. – Люк вздохнул. – Но если мы хотим попробовать… Если мы… Нам нужно быть честными друг с другом.

Девушка коротко рассмеялась.

– Ну, у тебя с этим не будет проблем.

– Вообще-то они есть. Я могу быть честным, но это не значит, что я выставляю сердце и душу напоказ. Никто в моей семье никогда не говорил об эмоциях. – Ему не нравилось признавать это. В этом была причина, почему он отдалился от семьи.

Аурелия сгорбилась и скрестила руки на груди.

– Ну а я никогда не была честной. Я так долго была настороже, что теперь не знаю, как отпустить себя.

– Ну вот видишь, – мягко сказал Люк, – ты честна прямо сейчас.

Она неуверенно засмеялась, и Люк почувствовал боль глубоко внутри. Он не знал всего до конца. И он хотел сделать так, чтобы она могла доверять ему.

– Дай нам шанс, Аурелия.

– Как?

С чего начать?

– Нам нужно быть в Сингапуре послезавтра.

Она посмотрела на него с опаской.

– Всего один день?

– Один день. Это будет наше свидание. – Для них обоих.

– А потом?

– Посмотрим. Мы проведем один прекрасный день вместе и посмотрим, как все пойдет.

– Один день. Свидание. – Аурелия словно пробовала эти слова на вкус. – Хорошо, – улыбнулась она.

Аурелия стояла в холле отеля и старалась не нервничать. Люк сказал ей, что он встретится с ней здесь в девять.

Когда в последний раз она была на свидании?

Аурелия не могла вспомнить, но не потому, что в ее жизни не было мужчин. Были, и даже слишком много. Просто она не ходила с ними на свидания. Ожидание приятной встречи сделало ее такой молодой, счастливой, легкомысленной и полной надежд!

Ха!

Она никогда не была такой. Может, ей и было двадцать шесть лет, но она как будто прожила три жизни. Люк Брайант, должно быть, видит что-то в ней, но, когда он обнаружит, что… Сглотнув, она попыталась побороть панику. Нет никакого смысла думать о будущем. Люк проведет с ней один день. Одно свидание. И к концу дня он, вероятно, будет иметь уже достаточно информации.

– Готова?

Аурелия обернулась и увидела Люка, который улыбался ей. Он был одет в темно-зеленую рубашку поло и шорты цвета хаки. Она подумала, что первый раз видит его в обычной одежде. Рубашка подчеркивала его фигуру. Она окинула взглядом загорелые ноги, а потом посмотрела на его улыбающееся лицо.

Люк положил ей одну руку на спину, и она почувствовала тепло его кожи, и дрожь прошла по ее телу.

– Куда мы едем? – спросила она, когда они вышли из отеля.

Роскошный седан и водитель ждали их у обочины. Люк открыл дверцу и помог ей сесть в машину.

– Камигин.

– Ками… что?

Он улыбнулся и сел рядом с ней, их бедра соприкоснулись. Она практически подпрыгнула от этого прикосновения.

– Камигин, – повторил он. – Небольшой остров в море Бохол.

– Полагаю, мы поедем не на машине?

– На машине мы доедем до аэропорта, а там пересядем на самолет до Мамбаджао, столицы острова, затем арендуем джип.

– Самолеты, поезда, автомобили.

– В целом поездка не должна занять более двух часов.

– Частный самолет – это классно.

Люк улыбнулся ей:

– Я могу быть классным парнем.

В этой улыбке она заметила что-то похожее на самодовольство. Она потратила много времени, чтобы оттолкнуть Люка и защитить себя. Так здорово было сейчас расслабиться. Беззаботно подтрунивать, чтобы насладиться…

Чем? Отношениями?

Она не собиралась заводить отношения. Люк, может, и хотел этого, но у нее другие планы. Аурелия отвернулась к окну, говоря себе, что только одно свидание. И ничего больше. К этому времени завтра они, должно быть, решат, что ничего не получится.

Частный самолет ждал их на взлетной полосе международного аэропорта Манилы. Аурелия и раньше летала на частных самолетах. Сейчас, стоя в главном салоне воздушного судна, она озиралась: кожаные подушки, шампанское в ведерке со льдом, – и почувствовала приступ паники.

– Что такое? – спросил Люк, стоя в дверях и глядя на ее лицо.

Она посмотрела на него, озадаченная, что он так легко разгадал ее настроение.

– Ничего. Все хорошо.

Люк понимающе смотрел на нее некоторое время, а затем, нахмурившись, кивнул.

– Я так понимаю, обстановка тебе знакома. Ты раньше уже сталкивалась с этим.

Она пожала плечами:

– Раз или два.

– Все это вызывает плохие воспоминания?

Как он догадался?

– Нет. Просто какое-то странное чувство.

– Не очень хорошее?

Аурелия открыла рот, чтобы все отрицать, но ничего не сказала.

– Может быть, – наконец произнесла она. И Люк слегка улыбнулся, понимая, как неприятен был для нее этот разговор. Неловкий, болезненный и ужасный.

– Как ты смогла так долго оставаться вне критики?

– Я находилась в Вермонте.

– И никто тебя не выдал?

– Там живут понимающие люди. И они лояльны к моей бабушке. – Слишком поздно Аурелия поняла, что сказала больше, чем хотела.

– Так Юлия Шмидт твоя бабушка?

– Нет. – Аурелия села в кресло и поежилась в прохладном салоне самолета. – Ну, мы собираемся лететь?

Люк сел напротив нее.

– Как только нам разрешат вылет. – Он ничего больше не говорил, а только смотрел на нее, и она отвела взгляд. Наконец она услышала, как турбины самолета заревели.

– Шампанское? – спросил он, и она кивнула, радуясь, что больше не задает ей вопросов.

Люк налил шампанское в бокалы и передал ей один.

– Ты знаешь, это ведь второй шанс? – Она посмотрела на него с опаской. – У нас ничего не выйдет, если ты собираешься постоянно все контролировать.

– Я не контролирую, – сказала она, и Люк поднял бровь. Аурелия сделала глоток шампанского, пытаясь отвлечься. – Я же сказала, что у меня это плохо получается. – Он опять промолчал, и, раздражаясь, она резко добавила: – Не так, как ты – обнажаешь свою душу.

– Обнажаю душу? – спросил он тихо и отвел глаза.

– Хорошо, – сказала она, ставя бокал с шампанским на столик между ними. – Что ты хочешь знать?

Люк посмотрел на нее озадаченно.

– Ты выглядишь так, будто идешь на расстрел.

– Я так и чувствую себя.

– Я думаю, ты всегда должна быть осторожна со своими словами.

– Это не про меня.

Он кивнул, соглашаясь с этим фактом. Было несколько статей в бульварной прессе, где муссировались сплетни о ее жизни.

– Так что же ты хочешь знать? – уточнила Аурелия.

– А что ты хочешь рассказать мне?

Она негромко засмеялась:

– Почти ничего.

– Ведь есть то, что ты хочешь мне рассказать.

Девушка улыбнулась, чувствуя, как напряжение внутри ее постепенно уходит.

– Ну… Мне нравится мороженое со вкусом бабл-гамма.

– Бабл-гамма? – Он театрально открыл рот. – Ты, должно быть, шутишь.

– Это вкусно.

– Оно ведь слишком сладкое.

Она наклонилась вперед:

– Розовое, приторно-сладкое, со вкусом жевательной резинки и даже маленькими ее кусочками. Ням.

– Вау! – Люк поднял руки. – Сдаюсь.

Она неожиданно рассмеялась. Люк тоже улыбнулся, по-настоящему. И от этой улыбки строгие черты его лица вдруг осветились, и она почувствовала, как у нее перехватило дыхание. Его темные глаза сверкнули золотом. Аурелия медленно покачала головой.

– Я не думала, что у тебя есть чувство юмора.

– Я очень застенчивое существо. Юмор проявляется только в редких случаях.

– Это точно. – Она задумчиво посмотрела на него. – А какой твой любимый сорт мороженого?

– Не бабл-гамм.

– Это мы уже поняли.

– Возможно, ванильное.

– Ванильное? – Аурелия закатила глаза. – Как-то слишком скучно.

Уголки его губ приподнялись.

– Нет, оно тоже очень вкусное.

– И почему ванильное?

– Оно никогда не разочарует тебя. Другие сорта могут разочаровать. Слишком много орехов в ореховом мороженом или недостаточно мяты в мятном.

– Да, я думаю, я была бы слишком сильно разочарована, если бы в мороженом с печеньем оказалось бы слишком мало печенья.

– В точку. – Он одобрительно кивнул. – Но ванильное… Никакого разочарования. Вполне заслуживает доверия.

«Как ты?» Она почти произнесла эти слова. Слишком много откровенности. Она не была готова к этому.

– Ну, – она шевельнулась в своем кресле и улыбнулась ему, – вот мы и растопили лед между нами.

– Или мороженое.

– Очень смешно.

– Я же сказал, что мое чувство юмора проявляется только в особых случаях. А вообще, – Люк посмотрел на нее и сделал глоток шампанского, – тебе можно есть мороженое? Оно увеличивает уровень сахара в крови.

– Только в умеренном количестве.

Люк кивнул в сторону сумочки, стоящей у ее ног.

– Я должен был спросить раньше: ты взяла все необходимое?

– Я взяла тестер для измерения уровня сахара.

– Когда у тебя обнаружилась эта болезнь?

– Мне было семнадцать. – Она сглотнула, вспоминая те ужасные первые дни. Тогда калейдоскоп событий сменял одно другим, и она была ошеломлена и ужасно напугана.

Слишком поздно она поняла, что Люк наблюдает за выражением ее лица, видя все эти эмоции. Эмоции, которые она хотела бы скрыть.

– Как это случилось?

– Обычные симптомы. Потеря веса, чрезмерная жажда, головокружение.

Его глаза сузились, и она поняла, о чем он думает.

– Бульварная пресса утверждала, что у тебя анорексия. Проблемы с алкоголем. Передозировка наркотиков.

Аурелия пожала плечами:

– Журналисты любят врать. И в любом случае я не святая. – Она вскинула подбородок и попыталась улыбнуться, но ее сердце бешено колотилось.

Люк не сводил с нее взгляда.

– А кто святой?

– Он потер подбородок, не подозревая даже, как привлекателен был сейчас. Он двигался с бессознательной грацией, и ее взгляд приковывался к его широким плечам. Все в нем словно кричало о силе и мужественности.

– Почему ты никогда не заявляла о своей болезни публично?

Аурелия откинула голову на спинку кресла, внезапно почувствовав себя усталой.

– Это признание было бы довольно скучным.

– Скучным?

– Гораздо интереснее позволить всем отгадывать, что происходит со звездой. Так мой агент сказал мне однажды.

– Твой агент идиот.

– Да, похоже на то. Я уволила его пару лет назад.

– С тех пор ты могла бы сделать заявление о том, как все было на самом деле.

– А может, я не хотела.

– Почему?

– Потому что говорить правду, зная, что никто тебе не поверит, еще хуже, чем не говорить правду и позволять людям строить версии. Но я думаю, ты не понимаешь, – закончила она.

Люк молчал, и Аурелия видела, как он напряжен.

– Я понимаю, – низким голосом сказал Люк, и Аурелия не стала уточнять, о чем он.

К тому времени, как они прибыли в Камигин, Аурелия снова расслабилась. Люк перевел разговор на нейтральные темы, говоря о кино и о том, какую команду она поддерживает, «Янки» или «Мец».

– Конечно, «Мец», – торжественно заявила Аурелия и увидела блеск в его глазах, что заставило ее улыбнуться.

Они приземлились в крошечном аэропорту и взяли такси, проржавевший джип, чтобы добраться до Мамбаджао.

Столица Камигина оказалась маленьким городком с покосившимися домами и деревянными верандами с жестяными крышами. Узкие улочки с шумными велосипедистами, продавцами фруктов, и детьми, снующими везде. Это настолько отличалось от обычных путешествий Аурелии! Обычно она передвигалась в лимузинах, останавливалась в отелях высокого класса и никогда не выходила за пределы строго контролируемой зоны. Она всегда хотела побродить по пыльным улицам.

– И что мы будем делать в первую очередь? – спросила она, и Люк, улыбнувшись и взяв ее за локоть, увел подальше с пути велосипедиста, везущего воз с ананасами.

– Я подумал, что мы могли бы что-то выбрать для обеда на рынке, а затем подняться на водопад и устроить там пикник.

– Водопад? Ты был там раньше?

– Да, когда последний раз приезжал в Манилу.

Аурелия почувствовала необоснованное покалывание ревности. Был ли он один? Может, это его излюбленное место для романтических свиданий?

– Один, – тихо добавил Люк, но с оттенком иронии, что заставило ее покраснеть.

Опять. Еще никогда она столько не краснела в присутствии мужчины. Казалось, сейчас ее маска наглости и самоуверенности спала с нее.

– Пойдем. – Люк повел ее вдоль рыночных рядов, заваленных местными продуктами и рыбой. – Что-нибудь нравится?

Аурелия смотрела на горы фруктов, пиалы с лапшой и лотки со спринг-роллами.

– Хрустящая пата? – предложил Люк. – Это жаренная во фритюре свиная нога.

Девушка вздрогнула.

– Не думаю, что готова к экспериментам.

– Это довольно вкусно.

– Ты пробовал?

– Мне нравится узнавать новое.

Аурелия указала на прилавок с желтыми круглыми фруктами, похожими на картофель.

– А это что?

– Лангсат.

– Ты пробовал?

– Да, но будь осторожна. Если они неспелые, то ужасно кислые. А если спелые, то приторно-сладкие. Попробуй.

Он взял плод и пальцем проверил его спелость.

– Держи. – Продавец быстро очистил фрукт, и Аурелия с опаской попробовала его, а затем быстро выплюнула.

– Гадость.

– Горько, да?

– Ты как будто совсем не удивлен.

Люк пожал плечами, и Аурелия стукнула его в плечо.

– Ты сделал это нарочно.

– Попробуй этот.

– Почему я должна доверять тебе? – спросила она, когда он протянул ей еще один фрукт.

– Потому что все заслуживают второго шанса. Даже фрукты.

Что-то в его серьезном тоне заставило ее сердце забиться чаще. Она откусила фрукт и почувствовала поразительную сладость. Ее глаза расширились.

– Ух ты!

– Видишь? – В его тоне чувствовалась самоуверенность, и она закатила глаза.

– Спасибо за этот урок. Я усвоила истину. Все заслуживают второго шанса.

– Не все. – И отдав несколько монет продавцу, Люк, положив ей руку на спину, повел ее к другому прилавку. – Только я и этот фрукт.

Аурелия взглянула на него, на его волевой профиль, жесткую линию рта. Что он пытается доказать?

Люк положил несколько этих фруктов в соломенную корзину, которую купил у другого продавца, потом они добавили манго, роллы, местные колбаски и холодную лапшу. Солнце припекало, и, хотя воздух был влажный, Люк купил шляпы от солнца и две бутылки воды.

– А теперь к водопаду, – сказал он, и Аурелия последовала за ним к покрытому жестяной крышей гаражу, где после переговоров с юным продавцом они стали обладателями старого и потрепанного джипа.

– Ваша карета, мадам.

Она с сомнением посмотрела на него:

– Я не в восторге от мысли, что это чудо поломается где-то посреди джунглей.

– Не волнуйся, все будет хорошо.

Люк положил все купленное в багажник, подал Аурелии шляпу от солнца и сел на место водителя. Она не могла отвести глаза от его рук на руле, когда он уверенно вел эту ржавую машину по переполненным улицам столицы, а затем выехал на открытую дорогу, ухабистую и разбитую.

Ветерок и солнце ласкали ее кожу. Вдали виднелись высокие горы, действующие вулканы, как сказал ей Люк, были темными зелеными горбами на фоне туманного неба. Аурелия откинула голову на спинку сиденья и закрыла глаза. Когда в последний раз она чувствовала себя такой счастливой? Это было слишком давно. Улыбаясь, она позволила себе помечтать.

– Мы приехали.

Аурелия открыла глаза и увидела, что Люк остановился на пятачке гравия. Видимо, это была стоянка. И их джип был единственной машиной здесь.

Девушка потерла глаза:

– Должно быть, я задремала.

– Совсем немного. – Было что-то интимное в том, как он сказал это. Она представила, что он наблюдал за ней, пока она спала. Положила ли она голову ему на плечо? А может, у нее текли слюни? Ужасно.

– И где именно мы?

– Это не важно. – Люк вышел из машины и взял корзинку. – Мы пойдем через джунгли к водопаду. Он находится примерно в миле отсюда.

– Миля по джунглям? – Она с сомнением посмотрела на свои кожаные сандалии. – Ты должен был сказать мне об этом марш-броске.

Люк изобразил раскаяние.

– Прости. Но там в основном деревянные настилы на дорожках, так что, думаю, ты будешь в порядке.

– Ну, если так…

Аурелия последовала за ним, как он и сказал, по деревянной дорожке, проложенной прямо в джунглях. Всего через несколько минут она почувствовала, какой Люк стал влажный, горячий и плотный. Птицы щебетали, сверчки стрекотали, она думала, что это цикады. Джунгли были словно живой, дышащий организм вокруг нее. Ярко-зеленая ящерица бежала впереди них по дорожке, и какая-то птица где-то в чаще издала скорбный звук.

– Ничего себе, – сказала Аурелия, положив руку себе на грудь, – это было… впечатляюще.

Люк оглянулся на нее:

– Ты в порядке?

– Да, просто я… я думала, что на первом свидании мы пойдем… в кино.

Он криво улыбнулся:

– Я знаю, ты считаешь меня скучным. Но кино? Думаю, я могу придумать что-то получше.

– Я вовсе так не считаю.

– Ты думаешь, что я похож на ванильное мороженое.

Аурелия смотрела на него, крепко держась за перила дорожки. Ее сердце сильно колотилось.

– Да, – тихо призналась она. Это было самое честное признание в ее жизни. – Вполне заслуживаешь доверия.

Глаза Люка потемнели.

– Не делай преждевременных выводов, – сказал он и, отвернувшись от нее, пошел дальше по дорожке.

– Ты имеешь в виду, что ты не такой?

– Я имею в виду, что ты пока не доверяешь мне. Я должен заслужить доверие.

Несмотря на сильную жару, во рту у нее пересохло.

– И ты хочешь заработать доверие?

Он бросил на Аурелию пристальный взгляд, его глаза стали еще темнее.

– Да.

Аурелия хотела сказать Люку, что она уже доверяет ему, но слова эти почему-то не смогла произнести. Некоторое время они шли молча, потому что дорожка была покосившейся, а потом и вовсе уперлась в несущийся поток.

Аурелия подняла брови.

– И что теперь, Тарзан?

– Мы пересечем его.

– А я тебе уже говорила про мои кожаные сандалии?

– Упоминала.

– И?..

– Я беспокоюсь о том, чтобы большой палец моей ноги не был откушен гигантской барракудой.

Люк рассмеялся, открыто и безудержно, отчего на ее лице появилась глупая ухмылка. Ей нравилось, как звучит его смех.

– Я не думаю, что там есть гигантские барракуды.

– Правда?

– Только небольшие.

Она поджала губы и положила руки на талию.

– Это твое чувство дает о себе знать?

– Все, оно уже улетучилось. – Люк встал на камень, который выступал из воды, и протянул руку. – Иди сюда.

Девушка осторожно протянула ладонь. Его рука была сухой и теплой. И твердой. Он помог ей встать на камень. Их бедра соприкоснулись. Тепло распространилось по ее телу.

– Как уютно, – пробормотала Аурелия, и он улыбнулся.

– Следующий камень.

Они ступали с камня на камень, но где-то в середине потока она посмотрела вниз и увидела маленькую голубую рыбку, прямо около ее ног. Аурелия покачнулась, и Люк крепко обнял ее за талию, помогая ей сохранить равновесие.

– Секрет заключается в том, чтобы не смотреть вниз.

– И ты только сейчас говоришь об этом?

Еще пара камней, и они оказались на другой стороне. Люк довольно самоуверенно улыбнулся своей спутнице, и она покачала головой.

– А что, если бы я упала?

– Но ты не упала.

– А вдруг? Если бы ты поскользнулся?

– Я? Поскользнулся? – Он покачал головой, а потом посмотрел на нее, наклонив голову набок. – Это бы все испортило, да?

Она улыбнулась:

– Не все. Но после этого фрукта…

– Было вкусно.

Не выпуская ее руку из своей, он повел ее вдоль ручья. Аурелии нравилось чувствовать его пальцы, переплетенными с ее пальцами. Они шли вдоль берега по извилистой тропинке вверх, сквозь густую листву, пока вдруг Люк резко не остановился.

– Закрой глаза.

– Хорошо. – И Люк осторожно провел ее немного вперед.

– Открывай, – тихо сказал он.

Аурелия выполнила его просьбу и ахнула от удивления.