Обернувшись, Люк посмотрел на Аарона, лицо которого было перекошено от злости.

– Привет, Аарон, – спокойно сказал Люк. – Я мог бы задать тебе тот же вопрос.

Аарон только покачал головой.

– О чем ты говоришь?

– Что ты тут делаешь?

– Спасаю твою задницу. Разве ты не получал мое сообщение?

– Я проверял недавно. Моя задница не нуждается в том, чтобы ее спасали. – Аарон открыл было рот, но Люк взмахнул рукой, заставляя его замолчать. – Тихо. Она начинает.

Когда стихли последние ноты, Аарон схватил Люка за руку.

– Она должна уйти.

– Что ты имеешь в виду? – стряхивая руку брата, спросил Люк.

– Она должна уйти. «Брайант» не нужно, чтобы кто-то с ее репутацией…

Люк посмотрел на него холодно.

– Аурелия многое сделала для имиджа «Брайант».

В этот момент Аурелия сошла со сцены, и ее глаза округлились при виде Люка и еще одного мужчины. Люк точно был уверен: он не хочет, чтобы его брат разговаривал с Аурелией. У него напрочь отсутствовало чувство такта.

– Дай нам минутку, Аурелия, – сказал Люк гневно. Она прошла мимо них в свою гримерку.

– Давай уединимся. Вот уж чего не переживет имидж «Брайант», если два брата повздорят на глазах у тысячи гостей.

– Повздорят? – Аарон поднял брови. – И из-за женщины? Разве ты ничему не научился у нашего отца?

– Аурелия не любовница отца. – Не сказав больше ни слова, он повернулся и последовал к кабинету.

Аарон вошел за ним и закрыл за собой дверь.

– Я ценю то, что она сделала, но она должна уйти.

Больше он не успел ничего сказать. Люк, повернувшись, ударил его прямо в челюсть.

– Что на тебя нашло? – спросил Аарон, потирая челюсть.

– Я должен был сделать это много лет назад. Держись подальше от меня и от магазина.

– Может, ты и генеральный директор, но я твой босс. И я говорю, она должна уйти.

– Ты читал газеты? Видел все эти положительные отзывы?

– Да, и вместе с этим там же появляются грязные подробности ее жизни…

– Закрой рот, – сказал Люк. – Ни слова больше об Аурелии. – Затем он вздохнул и устало продолжил: – Магазины «Брайант» находятся под моим руководством. Последние пятнадцать лет я пытался доказать тебе, что мне можно доверять, но ты никогда не доверял мне.

– Я никому не доверяю.

– Почему? – удивленно спросил Люк.

– Какая разница? – пожал плечами его брат.

– Для меня это важно. Ты ведь знаешь, как много я работал…

– О да. Я знаю. Ты всю жизнь пытаешься завоевать доверие. Заслужить одобрение людей. И всегда напрасно, правда?

– Я перестану это делать. А ты либо отходишь от «Брайант», либо ухожу я.

– Ну и ну. Я подумаю.

– Нет. Забудь. Я увольняюсь. Уверен, ты найдешь еще кого-нибудь, кто будет твоей марионеткой. – И повернувшись, Люк вышел из кабинета.

Аурелия сжимала бокал с шампанским и смотрела на толпу. Она до сих пор не видела Люка и того мужчину, вероятно, его брата Аарона.

Когда она спустилась со сцены, то почувствовала напряжение между двумя этими мужчинами. У нее было ужасное предчувствие, что они говорили о ней. Определенно Аарону не нравилось, что она участвует в открытиях.

– Я должен поздравить вас, – услышала она голос за спиной. Повернувшись, она увидела Аарона Брайанта, который окинул ее взглядом с головы до ног. – Вам удалось опутать моего брата.

– Я никого не опутывала, – ровным голосом произнесла она, хотя внутри у нее все дрожало.

– Нет? Это настоящая любовь? – насмешливо проговорил он.

Она молчала.

– Что ж, будьте добры к нему, когда решите расстаться с ним. Он это заслуживает.

– У меня нет намерения расставаться с ним.

– Нет? Тогда, возможно, он будет умнее и сам вас бросит. – И, окинув ее пренебрежительным взглядом, он ушел.

Аурелия осталась стоять, сжимая бокал. Страх заполнял ее. Она не вынесет, если Люк расстанется с ней. Она просто потеряется. Может, ей не суждено иметь нормальные отношения.

Каким-то образом она прошла сквозь толпу, кому-то улыбалась, кому-то что-то говоря. Она заметила Люка: он был занят беседой. Не думая, Аурелия повернулась и пошла в гримерку. Схватив там сумочку, она выскользнула из магазина и, поймав такси, поехала в отель.

Она собрала свои вещи и уже надевала пальто, когда дверь открылась и вошел Люк.

– Кто-то сказал мне, что ты ушла раньше… – Он заметил чемоданы. – Что ты делаешь?

– Я подумала, что могу уехать сейчас.

– А ты собиралась мне сказать или надеялась ускользнуть, пока я был на открытии?

– Я… – она облизала губы, – я не знаю.

– Черт возьми, Аурелия, я доверял тебе. Я думал, что ты тоже мне доверяешь.

– Речь идет не о доверии…

– А о чем?

– Мне жаль. Я просто не могу рисковать снова. Я не могу…

– Это из-за того, что этот подонок Майерс сделал с тобой?

Она почувствовала, как горячие слезы закипели на ее ресницах.

– Нет. – Слезы готовы были прорваться. – Ты понятия не имеешь, что происходит в моей жизни.

– А знаешь, что происходит в моей жизни? Я только что уволился. Мой брат сказал мне, что я всегда старался завоевать доверие людей и использовать это в своих интересах. И с тобой я тоже так действовал.

– Я знаю. И ты заслужил мое доверие.

– Очевидно, это не так, раз ты пытаешься сейчас улизнуть. – Его взгляд потемнел, и она понятия не имела, о чем он думает. Он медленно выдохнул. – Я сказал тебе, что моя мать умерла от рака груди, но это не так. Она покончила с собой. В тот момент я был дома один. Аарон и Чейз еще не вернулись из лагеря. А отец был в командировке. Она была в истерике, только что узнав об очередной любовнице отца. Она посадила меня рядом и сказала, что очень любит меня. А потом сказала, что устала бороться со смертью, в то время как отец развлекается. – Люк замолчал, погруженный в воспоминания. – Я не понял сначала, что она хочет сделать, а потом побежал за ней наверх. Но она закрылась в ванной. Я стучал в дверь, умолял ее и плакал. В ответ только тишина. Я хотел выбить дверь, но не смог. Потом я догадался позвонить 911, и к тому времени, как приехали спасатели, она уже впала в кому. Она умерла в ту же ночь от передозировки антидепрессантов.

– О, мне так жаль.

– Мне тоже. Все это покалечило мою жизнь. Отец обвинил меня во всем. Он сказал, что я был единственным, кто мог бы ей помочь. И я ему верил. Я потратил годы, пытаясь вернуть его доверие и уважение. Его любовь. Но не смог. И с тобой то же самое. Я пытался спасти тебя, но тут у меня не вышло.

– Я не хочу, чтобы меня спасали, – прошептала Аурелия.

– А чего ты хочешь? Либо ты любишь меня, либо нет.

– Люк…

– Я люблю тебя. А ты меня?

«Да», – хотелось ей сказать, но она молчала.

– Понятно, – сказал Люк тихо и вышел из комнаты.

Аурелия не помнила, как она долетела до дома. В дом своей бабушки. Она поставила сумки у двери и прошла по комнатам.

Она подвела Люка, поддалась своему страху. Она убедила себя, что Люку будет лучше с кем-то еще.

Через две недели после того, как она приехала домой, кто-то позвонил в дверь. Это было удивительно. К ней никто не приходил в гости. Когда же она открыла дверь, ее сердце забилось чаще, так как на пороге стояла знакомая фигура Люка.

– Люк…

– Простите, я разочарую вас. Я Чейз. Чейз Брайант. Могу я войти?

Аурелия посторонилась и впустила его в дом.

– Чай? Кофе?

– Нет, спасибо. Я знаю, вам интересно, почему я здесь? Я встретился с Люком, когда он вернулся в Нью-Йорк, и он выглядел неважно. А еще он рассказал мне о вас.

– Что же он рассказал?

– Немного. – Чейз мягко улыбнулся ей. – Чего на самом деле вы боитесь?

– Всего. – Она заморгала, борясь со слезами. – Я так боюсь, что смогу измениться.

– А как вы хотите измениться?

– У меня… Я… у меня были отношения, и, когда все закончилось, я была опустошена. Полностью. Я не могу вынести мысль, что это может повториться.

Чейз мягко засмеялся:

– Милая, мы все этого боимся. Но любовь подразумевает такой риск. И мы должны рисковать.

– Я думаю, что уже слишком поздно.

Чейз покачал головой:

– Зная Люка, могу вам сказать: у вас еще есть шанс.

Два дня спустя Аурелия стояла перед новым офисом Люка. Чейз сказал ей, что после увольнения Люк начал свой бизнес.

Глубоко вдохнув, она открыла дверь и вошла внутрь. Женщина повернулась в ее сторону:

– Могу я вам помочь?

– Я ищу Люка Брайанта.

Женщина махнула рукой в сторону кабинета. Аурелия подошла к двери и открыла ее. Люк был там, склонился над какими-то бумагами.

– Уже обед? – спросил он, не поднимая головы.

– Прости, у меня нет бутербродов.

Люк поднял голову.

– Здравствуй. – Она попыталась улыбнуться.

– Здравствуй.

– Я скучала по тебе, Люк. Прости, что все так получилось. Я поддалась панике, вместо того чтобы довериться тебе. – Люк молчал. – Я прощу прощения за то, что произошло в Токио. Я боялась всех этих чувств. И мне до сих пор страшно. Но я знаю, что мне плохо без тебя. И я хочу быть с тобой, если… если ты тоже этого хочешь. – Люк все еще молчал, и она торопливо продолжила: – Я знаю, что могу все испортить и даже причинить тебе боль. Я буду продолжать меняться. Это долгий процесс.

– Я знаю, – наконец сказал Люк.

Она кивнула и произнесла самые трудные слова:

– Я люблю тебя, Люк.

Он молчал, и Аурелия почувствовала головокружение от нервов. Может, ей надо было измерить уровень сахара.

– Скажи мне что-нибудь, – выдавила она, – иначе тебе опять придется приводить меня в чувство.

Люк в два шага пересек комнату и обнял ее:

– Я тоже люблю тебя. Прости, что не удержал тебя.