Я взял газету

и лег на диван.

Читаю:

             «Скучает

Молчанов Иван».

Не скрою, Ванечка:

скушно и нам.

И ваши стишонки —

скуки вина.

Десятый Октябрь

у всех на носу,

а вы

        ухватились

за чью-то косу.

Люби́те

               и Машу

и косы ейные.

Это

       ваше

дело семейное.

Но что нам за толк

от вашей

                  от бабы?!

Получше

                  стишки

писали хотя бы.

Но плох ваш роман.

И стих неказист.

Вот так

              любил бы

любой гимназист.

Вы нам обещаете,

скушный Ваня,

на случай нужды

пойти, барабаня.

Де, будет

                  туман.

И отверзнете рот,

на весь

              на туман

заорете:

– Вперед! —

Де,

– выше взвивайте

красное знамя!

Вперед, переплетчики,

а я —

          за вами. —

Орать

           «Караул!»,

попавши в туман?

На это

             не надо

большого ума.

Сегодняшний

                           день

возвеличить вам ли,

в хвосте

               у событий

о девушках мямля?!

Поэт

          настоящий

вздувает

                заранее

из искры

                 неясной —

ясное знание.