[1] Жили некогда на Поике муж с женой; у них родился сын, которого они назвали именем Червь-с-Белыми-Волосами. Ребенку было лишь две недели, когда отец покинул дом, чтобы идти на войну. Заботиться о хозяйстве должна была теперь жена. [2] Однажды в светлую лунную ночь жители этого местечка пошли на берег моря собирать дары моря, которые были неисчерпаемы. Среди них была и эта женщина; она спустилась со склона Поике, чтобы поискать моллюсков. [3] Своего ребенка она положила тем временем на берег, завернув его в плащ. Это место до сих пор называется «Ко те копо акатере поки» («Берег, где остался ребенок»).

[4] Улов был богатым. Она набрала моллюсков и морских ежей и наполнила корзину съедобными водорослями хауке. Вдруг она услышала тихий плач на берегу в том месте, где оставила ребенка. [5] Она прислушалась и услыхала тихую грустную песенку: «Е nua е! I oti au rite rima. Ohite kapura, Ourara na te mahina!» («О мама! Я в руках Охите Капуры и Оурары на те Махина!»)[545]. То были имена злых духов, которые обитали близ Поике.

[6] Когда женщина услышала грустное пение своего ребенка, все выпало из ее рук, и она поспешила туда, где оставила его. Каков же был ее ужас, когда она увидела на леске лишь плащ нуа, ребенок же бесследно исчез. В отчаянии обыскала она все окрестности, ласково зовя сына, заглянула во все пещеры, которые были на берегу. И вот снова услыхала она слабое пение, которое доносилось теперь с моря: «E nua…» («О, мама…») [7] Когда она посмотрела в ту сторону, она увидела, что малыш плывет, сидя на воде, поет и зовет мать, делая знаки своими маленькими ручонками. Не помня себя от радости, мать бросилась в море. Несколько движений руками — и она прижала его к своей груди. Она вернулась на берег со своей бесценной ношей. Но счастье ее было недолгим: едва она достигла берега, как с болью увидела, что сын ее похолодел и умер.

[8] Она снова залилась слезами, громко жалуясь на свою потерю. Ребенок оставался мертвым. Горе лишило ее рассудка, и она бросила ребенка на песок. Прежде чем она поняла, что сделала, налетела большая волна, подхватила труп и унесла его в море, оставив безутешную мать одну на берегу; в безысходном горе она рвала на себе волосы. [9] Вдруг к ее радостному удивлению, жалоба ее была прервана тихим голосом ребенка, который печально звал: «Мама!» Она посмотрела на море и увидела, что сын сидит на воде и делает руками знаки, прося ее подойти. Снова бросилась она в воду, притянула его к себе, погладила его, но как только она достигла берега, ребенок был мертв. Она бросила его на песок, как в первый раз, и снова волна увлекла его за собой и возвратила ему жизнь. Ребенок умирал всякий раз, как оказывался на земле, и оживал, когда его принимало море.

[10] Так продолжалось до рассвета. Когда поднялось солнце, ребенок тихо поплыл по воде и запел свою грустную песню. Вдруг он под действием какой-то силы ушел под воду и тотчас же появился в образе красивой красной рыбки, какой до того никто не видывал. Она плавала в спокойной и чистой воде и посылала приветы матери, которая в ужасе наблюдала за этим превращением.

[11] Рыбка поплыла на юг, а мать, которой хотелось еще раз спасти маленького сына, побежала вдоль берега по песку и острым камням мимо Тонга-Рики, Анга-Нуи, О-Мама и других маленьких поселений на берегу. Не останавливаясь, она рассказывала людям, которых встречала, о редком чуде, и те шли за ней и вместе с ней следили за маленькой красной рыбкой. Красивыми движениями отвечала рыбка на удивленные взгляды людей. Она то всплывала на поверхность, то уходила под воду, а число любопытных все росло.

[12] Они пришли к Ваиху, прошли мимо Винету, добрались до Оронго. Отсюда рыбка бросила последний взгляд на свою мать и повернула к Моту-Нуи. Многие бросились за ней в воду, но рыбка больше не показывалась. Лишь много позже вернулась рыбка, но не одна, а в сопровождении многих таких же рыбок. Они попадали в сети рыбаков, но так как те знали об их происхождении, то не убивали их, а снова бросали в море. Только когда жители острова стали людоедами, они начали ловить этих рыбок, так как находили их мясо очень вкусным.