Один пекарь напёк горячего хлеба. Уложил в сани, шубой накрыл, чтоб не остыл хлеб, — и повёз из деревни на базар продавать. Не сам, конечно, повёз, а его, хлеб и сани повезла лошадь, цвета свежеиспечённой ржаной булки.
Бежала лошадь по снежному полю, да через белый-белый лес. Тут сани подпрыгнули на кочке — и одна хлебная буханка упала в снег. А лошадь дальше бежит, а пекарь ею весело правит.
Тогда вышла из сугроба мышка — холодно ей, голодно. Обрадовалась тёплому хлебу и остренькими зубками отгрызла от буханки кусочек хрустящей корки по своему росту: получилась дверца. Затем выела в хлебе коридорчик, вошла в тёплую буханку и дверцу закрыла.
Вот тем же путём возвращались из города пекарь на санях и ржаная лошадь.
— Ах! — говорит пекарь. — Как это мы буханку потеряли?
— Иго-го! Да вот она! — заржала лошадь.
Обрадовался пекарь, подобрал свой хлеб.
— Мы его сами съедим, — говорит.
— Мне корочку с хрустом, — попросила лошадь. — Только кто это где-то тихо храпит?
Огляделись пекарь с лошадью — никого среди сугробов снежных не заметили. А храп есть.
— Ой! — испугался пекарь. — Кажется, это наша буханка храпит. Послушай…
Он приложил хлеб к лошадиному уху.
— Я уже пять лет живу на этом свете, — удивилась лошадь, — но храпящих буханок не встречала! Хрустящие были.
Приехали они домой, пекарь подзывает собаку:
— Может, нам с лошадью показалось? Правда ли, что она храпит?
Собака стала обнюхивать лошадь.
— Не я храплю, — пояснила лошадь.
Собака обнюхала буханку.
— Вкусная, — говорит. — И тихий храп от неё исходит.
— Кошка, кошка! — позвал пекарь. — Может, нам всем показалось? Послушай ты.
Кошка прислушалась, принюхалась и говорит:
— Пока храпит. Сейчас перестанет.
Открыла хлебную дверцу — заглянула. А в буханке, в коридорчике храпит мышь с круглым животиком и ясной улыбкой. Уютно ей, тепло и сытно.
Улыбнулась кошка такой наивности — и не съела её. Дала хозяину посмотреть.

Стали по очереди тихо-тихо заглядывать в буханку — пекарь, лошадь, собака, кошка — и подолгу оторваться не могли, улыбаясь как на празднике: от мышкиной радости и своей любви.