— Нет, вы только подумайте, какие у нас замечательные люди! Скромные, сознательные. Газировки в городе нет, а они не протестуют, терпят, молчат, — спохватились как-то отцы одного городка. — Есть предложение: установить на центральной площади автомат с газированной водой!

Сказано — сделано. Установили. Не автомат — монумент: массивный, красной эмалью покрытый, никелем сверкающий… И семь стаканов на нем — граненые, новенькие, без единой трещинки.

Собрались горожане. Бросишь три копейки — с сиропом, бросишь копейку — чистая! Шипит, в нос шибает, холодная… Пей — не хочу! Целый день толпа у автомата галдела. А когда разошлись — все семь стаканов как в воду канули.

— Замечательные у нас люди, — обсудили итоги городские власти. — Скромные. Однако сознательность хромает. Надо воспитывать.

Утром на автомате вновь сверкало семь новеньких стаканов. Однако на сей раз все они были прикованы цепочками. Снова сбежались городские жители, снова целый день смаковали шипучку да нахваливали заботливых руководителей. А к вечеру осталось только два стакана…

— Ну что же, дело идет на лад! — обрадовались руководители, ощупывая концы пяти оборванных цепочек.

На следующий день у автомата поставили сторожа. Исчезло всего три стакана.

— Что теперь скажете? — восторженно потирало руки начальство. — Если так пойдет, глядишь, через неделю собственные стаканы приносить начнут.

Рядом со сторожем посадили здоровенную овчарку.

В этот день испарилось всего два стакана.

— Даже поверить трудно, — дивились руководители. — Как быстро сознательность растет!.. Но нельзя почивать на лаврах…

И возле сторожа с собакой учредили наблюдательный пост. В этот вечер недосчитались лишь одного-разъединственного стаканчика!

— Факт налицо! Против него не попрешь! — возликовали руководители, пожали друг другу руки, уволили сторожа, прогнали собаку, поблагодарили милиционера. Заперли в шкаф оставшиеся стаканы, на автомат повесили табличку «Не работает» и сели составлять отчет о том, как проводилась в их городе работа по воспитанию сознательности, как в короткие сроки в корне изменилось отношение горожан к общественной собственности.