Леандро ждал Миранду у подножия лестницы. Он принял душ, переоделся и старался не думать, что чуть не поцеловал Миранду. Он всегда держался с ней на расстоянии. Не то чтобы он не замечал ее. Наоборот, он всегда чувствовал ее присутствие. Внутренне он был настроен на одну частоту с ней. Если Миранда находилась в поле зрения, его тело немедленно реагировало на любое ее движение. Она могла просто поднять руку и откинуть за спину выбившуюся прядь волос, а он чувствовал это.

Если она просто проходила мимо, каждая клетка его тела напрягалась. Если она дразнилась, высунув язык, ему представлялось, как этот язык ласкает его. Когда она улыбалась своей застенчивой улыбкой, в его воображении возникало первобытное желание лишить ее невинности. Стоило ему уловить ее запах, как его тело охватывала приятная дрожь и кровь приливала к чреслам.

Но он держал дистанцию. Всегда.

Она была младшей сестрой его самых близких друзей. У них был негласный закон – сестер не трогать. Если закон нарушался, ситуация накалялась до предела. Леандро было достаточно примера Джейка и Джэсмин. Стоило им оказаться в одной комнате, как атмосфера накалялась так сильно, что воздух можно было резать ножом. Он до сих пор помнит их страшную размолвку, хотя с той поры минуло семь лет. Упоминание имени Джэз в присутствии Джейка вызывало бурю негодования на его лице. А Джэз превращалась в шипящую дикую кошку, готовую наброситься и оцарапать, стоило Джейку бросить взгляд в ее сторону.

Леандро не собирался усугублять ситуацию, флиртуя с Мирандой. Она все еще скорбела по своему ухажеру, умершему от лейкоза. Она не создана для мимолетной связи. Миранда была слишком старомодна и консервативна во взглядах на любовь. Она хотела сказку: дом за высоким забором, цветы на клумбах, дети, собака.

Он задавал себе вопрос, был ли у Миранды настоящий секс с ее приятелем. Они начали встречаться, когда ей было всего четырнадцать. Он знал, что некоторые подростки занимаются сексом и в более раннем возрасте, но была ли Миранда готова к этому эмоционально? Почему она так упорно держалась данного обещания? Он этого решительно не понимал. Как она могла считать, что любит Марка настолько, чтобы принести себя в жертву?

У Леандро было такое чувство, что привязанность Марка к Миранде продиктована совсем иными причинами. Миранда искренне верила, что это настоящая любовь. Однако Леандро не был в этом уверен. Называйте это цинизмом, но он считал, что Марк просто использовал Миранду, особенно во время болезни. Марк сыграл на ее чувствах, заставив Миранду принести обет безбрачия, когда находился на смертном одре.

Прикосновения к ней что-то разбудили в Леан-дро. Он никогда к ней раньше не прикасался, даже когда навещал их семью в Равенсдене. Он всегда избегал поцелуя при встрече. Миранда была слишком застенчива, а он не мог сделать первый шаг. Леандро никогда не пожимал ей руку. Он намеренно избегал физического контакта. Он понимал, что она считает его бесчувственным, высокомерным и отдаленным. Его это устраивало.

Но сегодня воспоминания о Рози пробили брешь в его самообладании. Его чувства вышли из-под контроля. Он был охвачен непреодолимым желанием прикасаться к Миранде снова и снова. Ощущение ее гладкой, сливочной кожи под его ладонью, ее шелковых, мягких волос, щекотавших его руку, разбудило его плоть и кровь. В его голове роились запретные мысли. Мысли, которые он никогда себе не позволял до сегодняшнего дня. Он представил, как занимается с ней любовью под аккомпанемент ее восторженных вскриков от наслаждения.

Ее недавняя вспышка гнева подтвердила его подозрения о том, что за ледяным фасадом таится страстная натура молодой женщины, требующая выхода. Он видел, каких усилий ей стоило сдерживать себя во время их перепалки. Поцелуй явился бы тому доказательством. Ему так хотелось попробовать на вкус ее мягкие губы и почувствовать, как она дрожит от желания. Он представлял, как его язык проникает сквозь ее чувственные губы во влажную и сладкую темноту ее рта, переплетаясь с ее языком в сладостном соитии в прелюдии страстного секса.

Он сжал кулаки в борьбе с совестью. Это вовсе не подходящее место. И его поведение совсем на него не похоже. Не стоит заводить с ней интрижку. Он может удовлетворить свою похоть привычным способом – с той, которая знает правила игры и принимает их. Леандро не сторонник длительных отношений, месяц-два, не более. Он никогда не обнадеживал любовницу предложением руки и сердца.

Не то чтобы он был против брака. Он принимал его как институт и восхищался людьми, для которых брак сработал. Леандро даже верил, что брак может работать. Считал его прочной основой для воспитания детей и совместного проживания с той, которая разделяет его ценности и взгляды. Он немного завидовал Джулиусу и Холли Перез. Но не позволял себе долго размышлять о том, как он встретит свою вторую половину и проживет с ней долго и счастливо.

Он привык жить один.

Ему нравилась холостяцкая жизнь. Не нужно вести пустые разговоры, разделять чьи-то эмоциональные потребности. Он мог отдаваться работе в любое время суток, особенно когда страдал от бессонницы, и никто не задавал ему лишних вопросов.

Леандро услышал звук легких шагов наверху и увидел спускающуюся по лестнице Миранду, грациозную, как лань. На ней было платье до колен цвета кофе с молоком и кашемировая пашмина на стройных плечах. На ком-то другом платье такого цвета выглядело бы невзрачным, но Миранде с ее фарфоровой кожей и золотисто-каштановыми волосами оно удивительно шло. Волосы были приподняты и собраны на затылке в стильный пучок, выгодно подчеркивающий стройную шею. Нитка жемчуга на шее Миранды и жемчужины в ушах достойно обрамляли гладкое, сливочное совершенство ее кожи. Когда она приблизилась, Леандро уловил тонкий запах духов с цветочными нотками. Искусно наложенные тени для век и тушь придавали ее карим глазам загадочный блеск.

Ее губы, боже, ну почему он не может оторвать взгляд от ее губ, были тронуты помадой цвета клубники.

Щеки Миранды слегка зарделись, когда она приблизилась к нему.

– Извини, что заставила тебя ждать.

Запах ее духов сводил его с ума. Свежие и легкие нотки фрезии дразнили его обоняние, играли с его воображением, обещая неземное блаженство. Он посмотрел на ее туфли:

– Сможешь в них идти?

– Конечно.

– Ресторан совсем недалеко, – сказал он, – но я могу тебя подвезти.

– Не стоит. Я с удовольствием пройдусь, – ответила она.

Они шли рядом, и Миранда остро ощущала близость Леандро. Он был предупредителен и вежлив, как всегда. Миранда не видела ничего вокруг. Она только чувствовала мужскую силу, исходящую от Леандро. Он не касался ее, но каждая клеточка ее тела трепетала и жаждала его прикосновений.

Миранда вдруг поняла, что это ее первый выход на ужин с взрослым мужчиной. Они с Марком обычно гуляли, ходили в кино, пили кофе, веселились на вечеринках с друзьями. Потом, когда ему поставили этот ужасный диагноз, их встречи проходили в больничной палате или в кафетерии на первом этаже, если у Марка были силы. Они никогда не ужинали в настоящем ресторане, не посещали клубы, не употребляли спиртное, поскольку были несовершеннолетними.

Как странно, что она впервые выходит в свет именно с Леандро. Она почувствовала, что в их отношениях произошла едва заметная перемена. Он сейчас не просто близкий друг ее братьев, а первый взрослый спутник, сопровождающий ее на ужин. Конечно, это не свидание в полном смысле слова, хоть Джэз и намекала ей на его интерес к ней. Скорее всего, Джэз просто показалось. С чего бы это Леандро станет ею интересоваться? Она слишком обыкновенная, невзрачная и робкая. Одним словом, серая мышка.

Они подошли к маленькому частному ресторанчику, притулившемуся у живописной зеленой изгороди в узком проулке. Стоял тихий и теплый октябрьский вечер, и Миранда выбрала места на открытой веранде. Ей хотелось подышать свежим воздухом после работы в душной и пыльной комнате на вилле. Да и Леандро свежий воздух не помешает.

На вилле все напоминало о трагедии. Миранде тяжело было находиться там, что уж говорить о Леандро. Он по-прежнему нес это тяжкое бремя вины. Она не могла избавиться от мысли о шестилетнем мальчике – умном, внимательном, спокойном и заботливом. Как же могли его родители возложить столь ужасный груз на его детские плечи?

Исчезновение Рози – страшная трагедия, боль от которой не пройдет никогда. Но родители – взрослые люди, и безопасность детей – их ответственность. Шестилетний мальчик не способен стать настоящей няней даже на пару-тройку минут. Любой ребенок может отвлечься в любую минуту. Это свойство детской натуры, и нельзя винить за это ребенка.

А Леандро живет с чувством вины уже двадцать семь лет. Он переживает трагедию в одиночку, даже с ее братьями не поделился. Тем не менее он попросил Миранду о помощи. Что бы это значило? Он действовал импульсивно? Но это несвойственное для него качество. Он всегда тщательно обдумывает свои слова и поступки.

Тогда почему же он все-таки обратился к ней за помощью?

Было ли это подсознательным желанием сблизиться с ней? Какие отношения он имеет в виду? Может, Джэз и права?

Может, он хочет более интимной связи? Не потому ли он критиковал ее за верность памяти Марка, пытаясь противопоставить ее убеждения соблазну? Соблазну, никогда ею ранее не испытанному.

Леандро считал глупостью ее верность Марку. Но его отношения с противоположным полом никогда не были долгими. Конечно, он не менял любовниц как перчатки, подобно Джейку. Но встречался с девушкой не более месяца-двух. Его многочисленные командировки не позволяли иметь длительные отношения. Тем не менее он не походил на моряка с подружкой в каждом порту.

Поможет ли ему присутствие Миранды справиться с горечью утраты Рози? Станет ли ему легче после продажи виллы? Уйдет ли тогда его печаль?

Они расположились за столиком. Им принесли напитки. Миранда тайком взглянула на Леандро, пока тот изучал меню. Его лицо все еще хранило грустные воспоминания от посещения днем комнаты сестры. В глазах цвета горького шоколада таилась усталость и опустошенность, глубокие складки залегли около рта, а постоянная вертикальная морщина между бровей стала еще заметнее.

Отложив меню, Леандро встретился взглядом с Мирандой, и у нее екнуло сердце.

– Готова сделать заказ?

Миранда с трудом заставила себя не смотреть на его рот. Он принял душ и побрился, но темный след постоянной щетины был заметен на скулах и вокруг скульптурно очерченного рта. Она вонзила ногти в ладони, чтобы ненароком не протянуть руку и не коснуться его гладкого загорелого лица. Его густые блестящие волосы были коротко пострижены. И, даже сидя напротив него за столом, она уловила нотки цитрусовых и сандалового дерева в его одеколоне.

– Хм… – Она еще раз заглянула в меню, покусывая нижнюю губу. – Я закажу петуха в красном вине. А ты?

Он захлопнул меню.

– Я тоже.

Миранда пригубила белое вино. Перед ним стоял нетронутый бокал. Интересно, он избегает алкогольные напитки из-за того, что у его отца были с этим проблемы, или такова его осторожная натура, стремящаяся держать все под контролем?

Она считала самодисциплину одним из главных мужских достоинств. Вот чего всегда явно недоставало ее отцу. И этот его недостаток наиболее ярко проявился во время последнего скандала с внебрачным ребенком. Леандро никогда не поддавался эмоциям. Он всегда был сдержанным, зрелым и ответственным. К нему часто обращались за помощью и советом. Он был надежным и принципиальным. Эти черты его характера только усугубили произошедшую трагедию. Как это должно быть тяжело – возвращаться на место такого страшного события. С того дня его жизнь изменилась навсегда, и он носил свое горе в себе все эти годы.

– Если бы я не увидела памятник Рози в саду, ты рассказал бы мне о ней? – помолчав, спросила Миранда.

Его пальцы крутили ножку бокала.

– Я собирался, но не сегодня.

Она увидела, что он еще больше нахмурился.

– Леандро… Я очень тебе сочувствую. Знаю, как тебе нелегко и сейчас, и раньше, ведь тебе через такое пришлось пройти. Мне кажется, что я только теперь начинаю тебя понимать по-настоящему, хотя мы знакомы много лет.

Леандро едва заметно ей улыбнулся. Но даже это подобие улыбки согрело ее сердце, как будто лучик света пробился через щелку.

– Я был довольно резок с тобой днем, – сказал он.

– Ничего, – ответила Миранда. – Братья и родители, и Джэз тоже, порой критикуют меня.

– Только потому, что любят тебя и желают тебе счастья.

Миранда опустила бокал на стол.

– Я знаю. Но я не только Марка любила. У него замечательные родители. Они всегда считали меня членом своей семьи, давали мне почувствовать, что я особенная.

– Ты все еще навещаешь их?

– Да.

– Ты считаешь, это разумно?

Миранда нахмурилась, столкнувшись с его немигающим взглядом.

– Почему я не должна с ними видеться? Они для меня являются примером семьи, которую мне хотелось бы иметь.

– Возможно, это мешает им начать новую жизнь.

– А как насчет твоей матери? – спросила Миранда, намеренно меняя тему разговора. – Она хочет видеть тебя счастливым?

Он беспечно пожал плечами:

– В каком-то смысле да.

– Ты видишься с ней?

– Иногда.

– Когда это было в последний раз? – поинтересовалась Миранда.

Леандро крутанул ножку бокала точным движением, будто открывал замок сейфа.

– Я был на дне рождения сводного брата пару месяцев назад.

– Ну и?

Он снова взглянул на нее:

– Все было нормально.

Миранда склонила голову набок:

– Что значит нормально?

Леандро уныло посмотрел на нее:

– Меня пригласил Кэмерон. Если бы не брат, я бы не поехал. Я недолго там пробыл.

Миранда задалась вопросом, как встретила его мать. Она приняла его тепло или холодно? Она лишь терпеливо сносила его присутствие или была искренне рада видеть старшего сына? А как его встретил отчим? Принял его как члена семьи или дал понять, что он чужой? У Миранды было так много вопросов. Она так хотела поближе узнать Леандро. Но на сегодня, пожалуй, достаточно. Как говорят, хорошенького понемногу. Нужно время, чтобы достучаться до него. Он был настолько закрыт от всех, что чересчур рьяные попытки его расшевелить могут иметь обратный эффект.

– Сколько лет твоим сводным братьям?

– Кэмерону двадцать восемь, Алистеру двадцать семь, а Хью двадцать шесть. Мать хотела еще детей, но не сложилось.

– Три сына подряд… – пробормотала Миранда свои мысли вслух.

– И ни одной дочери, а именно дочку ей хотелось.

Миранда увидела, как боль на секунду исказила его лицо.

– Потерю ребенка не может восполнить никакое количество детей. А ведь твоя мать фактически лишилась сразу двоих, не так ли?

Губы Леандро тронула циничная ухмылка.

– Не нужно меня жалеть, малышка. Я большой мальчик.

Когда Миранда услышала его ласковое обращение к ней по-французски, ее пульс учащенно забился. Его глубокий баритон ласкал ее слух, даже если бы он сейчас читал финансовую сводку, ее сердце трепетало бы.

– Мне кажется, тебе рано пришлось повзрослеть. И в детстве, и в юности ты был одинок.

– Да, но я проводил много времени в вашей семье.

– Конечно, но мы не были для тебя настоящей семьей. Ты, вероятно, это иногда остро ощущал.

Он поднял бокал, изучая содержимое, как если бы хотел насладиться вкусом старого, выдержанного вина. Затем поставил бокал назад на стол.

– Я многим обязан твоей семье. Особенно твоим братьям. Мы отлично проводили время в Равенсдене.

– Тем не менее ты даже им не обмолвился ни словом о Рози.

– Пару раз я хотел было… Вообще-то много раз… – Он снова обхватил ножку бокала. – Но в конце концов решил, что легче молчать о моей жизни с родителями. Хотя иногда отец приезжал в город повидаться со мной.

– Ты беспокоился, что он может сболтнуть лишнее, когда выпьет?

Он утомленно взглянул на Миранду:

– Любой выпивший человек – не слишком приятное зрелище. Но отец превзошел себя. Он и раньше был не прочь опрокинуть стаканчик, хотя в моем детстве я не помню его пьяным в стельку. Потеря Рози перевернула его жизнь. Он напивался до бесчувствия, чтобы хоть как-то забыться.

– Он пытался избавиться от алкогольной зависимости?

– Я не раз предлагал ему пройти курс лечения, но он ничего не хотел слышать, – сказал Леандро. – Он считал, что у него нет зависимости. Говорил, что справится сам. И справлялся много раз, но не в моем присутствии, особенно в последние годы.

Сердце Миранды сжалось. Как, должно быть, мучительно больно было для Леандро наблюдать за деградацией отца, чувствуя себя ответственным за это.

«Это было слишком жестоко и невыносимо для такого честного, порядочного и прекрасного человека, как Леандро», – подумала Миранда.

– Тебе, наверное, было тяжело наблюдать саморазрушение отца и не иметь возможности ему помочь, – сказала Миранда. – Но ты не должен винить себя, Леандро, после всех этих лет. Твой отец сделал свой выбор. Нельзя заставить человека принять помощь. Прежде всего он должен признать наличие проблемы.

Леандро опять уставил хмурый взгляд на стоящий перед ним нетронутый бокал вина. Миранда протянула руку и накрыла его ладонь, лежащую на белоснежной скатерти. Он встретился с ней взглядом и произнес:

– Ты славная девочка, Миранда.

«Славная девочка» эхом отозвалось в голове Миранды.

Стало быть, он в ней видел лишь младшую сестренку своих близких друзей. Почему ее беспокоит, что он не видит в ней взрослую женщину? Ведь ей совсем нет до этого дела. Она не собирается нарушать данное Марку обещание. Она просто не может этого сделать. Последние семь лет она верна своему слову. И она гордится своей преданностью идеалам любви. Она не снизойдет до интрижки и постели с первым попавшимся незнакомцем, как поступают сейчас многие девушки.

Ее обещание было последнее, что слышал Марк до своего ухода из этого мира. Ну и как она может взять слова клятвы обратно?

Обещание есть обещание.

Миранда опустила взгляд и убрала руку, ощущая тепло кожи Леандро на своей ладони.

Остаток ужина прошел в разговорах на общие темы. Он расспрашивал ее о работе в галерее, и только после смены двух блюд она поняла, что беседа вращалась исключительно вокруг ее интересов. Леандро ни словом не обмолвился о своей работе.

– Хватит обо мне, – сказала Миранда, отодвинув бокал. – Расскажи, чем ты занимаешься? Почему ты стал аудитором?

– Я всегда любил математику, – ответил он. – Но простая бухгалтерия меня мало интересовала. Меня привлекали независимые финансовые расследования. Это похоже на поиск шифра к кодовому замку, а порой его взлом. Такая работа приносит удовлетворение.

– И естественно, приносит немалый доход, – продолжила Миранда.

– Грех жаловаться, – скупо улыбнулся Леандро.

«Он не в меру скромен», – подумала Миранда. Он не выставлял напоказ свое богатство. У него не было частного самолета, итальянских спортивных машин, яхты для кругосветных путешествий. Он инвестировал средства в недвижимость и ценные бумаги, много тратил на благотворительность, но анонимно. Миранда узнала об этом от Джулиуса, который тоже был филантропом.

* * *

Закончив ужинать, они вышли из ресторана и обошли компанию у входа. Молодая женщина лет тридцати отделилась от своих друзей и подошла к ним.

– Леандро? – вопросительно произнесла она. – Какая приятная неожиданность! Давно тебя не было видно. Я приехала на свадьбу приятеля. А ты здесь по делам?

– Как поживаешь? – Леандро расцеловал женщину в обе щеки.

– Прекрасно, а как ты?

Женщина посмотрела на Миранду.

– Не хочешь нас познакомить? – спросила она Леандро, блестя глазами.

– Миранда, это Николь Холмс. Мы вместе работали в аудиторской компании до того, как я открыл собственное дело. Николь, позволь представить тебе Миранду Равенсдейл.

Безупречные брови Николь поползли вверх.

– Та самая Равенсдейл?

Миранда натянуто улыбнулась:

– Рада познакомиться с вами, Николь.

Николь окинула ее с ног до головы оценивающим взглядом, почувствовав соперницу.

– Как же, как же! Читала в желтой прессе о скандале с внебрачной дочерью вашего отца, – прощебетала Николь. – Вы уже виделись со своей новой сестрой?

Миранда застыла.

– Нет еще.

Николь взглянула на Леандро.

– А у вас что… – с намеком спросила она, намеренно опуская конец фразы.

– Нет, – ответил Леандро. – Мы просто старые друзья.

Миранда знала, что глупо обижаться на Леандро за то, что он не приукрасил их отношения. Эта женщина явно когда-то была его фавориткой. Она и сейчас не сводила с него глаз. Почему он не притворился, что они с Мирандой пара? Надеется возобновить любовную интрижку с Николь? От мысли, что Леандро приведет на виллу женщину, подобную Николь, внутри Миранды все перевернулось. Она не имела ничего против Николь, но ей явно не хватает деликатности. Леандро достоин лучшего. Хотя, может быть, это как раз то, что ему нужно. Просто секс.

– Так что ты делаешь в Ницце? – продолжила Николь.

– Я здесь по семейным делам, – ответил Леандро.

Николь смерила Миранду взглядом зеленых глаз:

– А вы ему помогаете?

– Мм… да, – ответила Миранда.

Николь перевела свой кошачий взгляд на Леан-дро:

– А не выпить ли нам как-нибудь? Я пробуду здесь еще пару дней. Назови время и место, я могу под тебя подстроиться.

«Ну еще бы, ты на все готова», – ревниво подумала Миранда.

– Позвоню тебе завтра. Где ты остановилась?

– Отель «Ле Негреско». – Николь помахала рукой и вернулась к ждавшим ее друзьям. – Увидимся.

Миранда дождалась, когда Николь и компания исчезнут из поля зрения, и повернулась к Леандро. Ее лицо выражало неприкрытое отвращение.

– Значит, увидимся, – передразнила она Николь.

Леандро посмотрел на нее с непониманием:

– Что-то не так?

Грудь Миранды вздымалась от негодования.

– Клянусь богом, мне никогда не понять мужчин. Что ты в ней нашел? Нет, не отвечай. Я видела размер ее груди. Они настоящие? Она натуральная блондинка или все же крашеная?

Брови Леандро разгладились.

– Так ты ревнуешь?

Миранда ответила свирепым взглядом:

– Ревную? Вот еще!

– Она просто одна из моих подруг.

– О, понимаю, – произнесла Миранда с ледяным презрением. – Подруга с пользой для дела.

– Ты не одобряешь?

Миранда не хотела уподобляться чопорной учительнице воскресной школы из прошлого века. Но при мысли о любовном свидании Леандро с Николь все ее нутро перевернулось.

– Твоя личная жизнь меня не касается. Буду благодарна, если ты избавишь меня от унижения наблюдать сцену соблазнения Николь на вилле.

Его лицо оставалось бесстрастным, как у опытного игрока в покер. Но она чувствовала, что ее реакция забавляет его.

– Тебе не о чем беспокоиться, – произнес он. – Я не привожу домой женщин подобных Николь. Для этого существуют гостиницы.

Миранда отвернулась:

– Не хочу больше об этом слышать.

Леандро подстроился под ее шаг.

– Ты и Джейку всегда даешь отповедь? – спросил он.

– Нет, – отрезала она. – Джейк не похож на тебя. Ты совсем другой. В тебе есть благородство и разборчивость. Ну, или мне так казалось.

– Извини, что так глубоко разочаровал тебя.

– Немедленно прекрати, – прошипела Миранда.

– Прекратить что? – невинно спросил он.

– Ты просто смеешься надо мной. Я это знаю наверняка.

Леандро протянул руку и нежно заправил ей за ушко выбившуюся прядь волос.

– Это просто секс, детка. Никто никого не обижает.

У Миранды перехватило дыхание. Она ощутила приятное покалывание за ухом, где его пальцы касались ее кожи.

«Интересно, он и со случайными подружками так же нежен? А к Николь он тоже прикасается так, будто она фарфоровая статуэтка? Или раз-два и готово?» – подумала Миранда.

– И как долго вы с Николь встречались? – спросила Миранда, изобразив в воздухе знак кавычек при слове «встречались».

– Год или два.

Эти слова привели Миранду в замешательство. Значит ли это, что у Леандро серьезные намерения в отношении Николь? Она всегда думала, что Ле-андро скорее сторонник случайных связей. Но два года – это срок. Может, он влюблен в Николь? Хотя не похоже. Он по-дружески расцеловал ее в обе щеки, а не в губы. Он даже не обнял ее.

– Немалый срок для просто партнерских отношений. Уж не подумываешь ли ты…

– Нет, – ответил он. – Это не те отношения.

– А если она в тебя влюбится, что тогда?

– Николь знает правила игры.

– И как часто вы встречаетесь? – Миранде совсем не хотелось знать, но она продолжала расспросы. – Каждую неделю? Раз в месяц?

– Когда нам обоим удобно.

Губы Миранды сжались, внутри все похолодело.

– И как часто вам удобно? Раз в неделю? Два раза в месяц? Раз в два месяца?

– Я не веду учет, если ты об этом, – ответил он. – Это не эксклюзивные отношения.

Миранда не могла поверить, что его жизнь так пуста. Он достоин гораздо большего, чем короткие постельные свидания с очередной любовницей. Неужели он не понимает, как обедняет себя. Разве можно жить без эмоциональных привязанностей, довольствуясь лишь физической близостью со случайной партнершей? Ему тридцать три года. Он хочет всю жизнь прожить бобылем? А как насчет его женщин? Они тоже не хотят большего? Ведь Леан-дро – воплощение женской мечты.

– Ты хоть знаешь, как ты привлекателен для женщин? – спросила Миранда.

Его взгляд ничего не выражал.

– А тебя я привлекаю?

Миранда буквально задохнулась, не в силах выдержать его взгляд.

– Я о тебе не думаю в этом смысле. Ты для меня как… как брат.

Он приподнял ее подбородок и взглянул ей прямо в глаза:

– А я вот не чувствую себя твоим братом. И мне кажется, что и ты не ощущаешь себя моей сестрой.

Миранда судорожно сглотнула. Неужели он настолько проницателен, что видит ее насквозь? Неужели он чувствует, как она борется с искушением не смотреть на его губы? Как трудно ей хранить верность Марку, когда он на нее так смотрит? Когда его горящий взгляд подобно факелу насквозь прожигает ее, она теряет способность сопротивляться его магнетизму. Миранда непроизвольно высунула кончик языка, чтобы облизать пересохшие губы, и заметила, как он впился в него глазами.

Она зачарованно наблюдала, как Леандро, будто в замедленной съемке, наклоняется к ее губам. У нее было достаточно времени, чтобы отстраниться, но ее мозг отказывался повиноваться.

Она чуть слышно вздохнула, когда его губы коснулись ее рта. Это нежное прикосновение к ее губам разбудило в ней страстное желание, и все тело ее содрогнулось. Из ее горла вырвался беспомощный стон. Она обвила его шею руками и приникла к нему всем телом в ожидании поцелуя.

Его губы стали более настойчивыми и прижались к ее рту с такой силой, что она невольно выгнула спину и у нее задрожали колени. Его язык нежно прошелся вокруг ее рта, как бы просясь вовнутрь. Миранда приоткрыла рот, и язык Леандро мгновенно проник в сладкую глубину ее рта, мягко и настойчиво исследуя каждый его уголок. Леан-дро чуть подвинулся, и она ощутила его сильное возбуждение. Вожделение окатило ее мощной волной.

Миранда считала, что в отношениях с Марком она порой испытывала желание. Но теперешние ощущения затмили все. Тогда это был мелкий ручеек, а сейчас она чувствовала, как на нее обрушилась мощная волна цунами. Все ее тело дрожало от желания и молило о продолжении.

Ей уже было недостаточно поцелуев. Она хотела ласкать его возбужденный член, почувствовать его глубоко внутри себя.

Неожиданно Леандро отпустил ее. Миранда мгновенно ощутила беспомощность и стыд. Что это на нее нашло? Почему она ответила ему, как изголодавшаяся по сексу самка? Его поцелуй открыл ей ранее неизведанные ощущения. Искры удовольствия пронзали ее до самых интимных мест. Пульсирующие, болезненные вспышки запрещенной, предательской страсти. Почему она позволила произойти такому? Но вместо того чтобы показывать, насколько она раздавлена случившимся, Миранда решила продемонстрировать уязвленную гордость.

– Ну что, доволен? Доказал, что прав?

Леандро стоял в полуметре от нее, запустив руку в свою шевелюру. Она должна была бы испытывать удовлетворение, что он выглядит растерянным. Миранда чувствовала себя так же, однако не подавала виду.

Поцелуй ему был неприятен? Не взволновал его? Не соответствовал его стандартам? Кровь прилила к ее щекам от неуверенности в своем обаянии.

Она ни с кем не целовалась, кроме Марка. Он был ее первой и последней любовью. Сначала поцелуи выходили неуклюжими, но потом стали приятными. Что же касается секса, они оба были первыми партнерами друг у друга. Его неопытность и ее застенчивость мешали им доставлять друг другу удовольствие.

Сеансы химиотерапии усугубили неловкость ситуации. Из-за невежества Миранда избегала полового контакта, боясь заразиться раком. Она старалась удовлетворять его сексуальные потребности с помощью ласк и объятий. Чувство вины перед Марком еще больше укрепило ее решимость хранить ему верность.

Неопытность Миранды поставила ее в затруднительное положение, когда ей пришлось столкнуться с искушенным в делах подобного рода Леандро. Он привык иметь дело с женщинами, знающими правила игры. Вряд ли ему захочется встречаться с девственницей. Почувствовал ли он ее неопытность? Показала ли она неискушенность в любовной игре своим поцелуем?

Леандро глубоко и медленно вздохнул, приходя в себя:

– С моей стороны это было не совсем правильно.

Миранда закусила губу.

– Что, все так плохо?

Он нахмурился:

– Да нет же. Как ты могла такое подумать?

Миранда пожала плечами:

– Я раньше целовалась только с одним человеком. У меня нет опыта.

Секунду он изучающе ее разглядывал.

– А тебе этого не хватает?

– Не хватает чего?

– Поцелуев, ласки, секса, кавалера.

Миранда продолжала идти, и Леандро подстроился к ее шагу, следуя рядом на вежливом расстоянии.

– Я не думаю на эту тему. Я связана клятвой, и хватит об этом.

«Пожалуй, все только начинается. Легко сказать, не думай об этом», – размышляла Миранда спустя полчаса, уже лежа в постели. Ее тело по-прежнему жаждало его прикосновений. Она потрогала свои губы, вспоминая, как нежно он их целовал. Что-то в ней изменилось, он разбудил в ней женщину, разжег в ней пламя страсти. Она ощутила желание, которое всегда в себе подавляла.

Но она приложит все силы, чтобы противостоять Леандро.