Амирани родился в скалах, и никто не пил заздравную на его рождении, не устраивал пира, не пел песни, не приглашал для веселья празднично разодетых женщин. Одноглазый охотник разрезал утробу любимой женщины Сулкалмахи, взял ребёнка, завернул в волчью шкуру, никому не сказал, что заметил на плече мальчика знак орла. Принёс домой, выкормил орлиным сердцем, а слова его матери в тайне хранил: «Он — крестник бога, священный огонь на землю принесёт, дэвов-каджей истребит».

Охотник и его жена Даред-жан души не чаяли в мальчике, не отличали от родных сыновей — Усупи и Бадри. Росли вместе братья. У Бадри на плече знак луны красовался, у Усупа — солнца. Отец строго воспитывал всех троих — с утра до вечера обучал, закалял, заставлял мельничный жёрнов за башню закидывать.

Бадри до середины дотягивал, Усуп — до вершины, Амиран — перебрасывал через башню и ловил на другой стороне. Братья очень любили Амирана, но, когда он побеждал их в состязаниях, сердились и насмехались: «Мал наш Амиран, мало ест и мало пьёт: на обед быка он съел, трёх на ужин сберёг». Амиран смеялся — знал цену своей силе. Надевали на него кольчугу — разрывал, деревья с корнями вырывал, как ветки, на плечи взваливал и, как дрова, домой нёс. Забеспокоился отец, запер Амирана за семью замками и велел стрелы отливать. А в это время в деревне дэвы появились. Приготовились к встрече Бадри и Усуп, но поняли, что без Амирана не справиться. Амиран сердцем почуял недоброе, разогнался, все семь замков одним ударом разбил и вырвался в самую гущу дэвова скопища. Воспрянули духом братья, разбросали дэвов: одних в пропасть сбросили, других связали, третьих об землю расплющили, — дэвы еле ноги унесли, одни пятки сверкали. Обнялись братья, победу отпраздновали. Вот так: «Сила в единстве!»