Сказано: и лес уши имеет, а луг — глаза. Но за лесом следят. Ткаш — лес, мафа — царь, а Ткаш-мафа почему-то лесная царица. Белее и светлее, чем она, женщину не найти. Неземные густые волосы по влажной земле, как свадебный наряд невесты, расстилаются, ночью в волосах светлячки отдыхают, болотного цвета глаза любовью к лесу светятся. Она оберегает, заботится об оленёнке и воронёнке, о божьей коровке и еле пробивающихся ростках; ходит неслышно, но уж если голос подаст, то с ума сведёт — её голос подобен журчанию ручья, шелесту листвы, пению жаворонка, поэтому только руками и пальцами разговаривает. Если покажет десять пальцев — не отвечай, повернись и уйди. Один палец означает, что будешь на неё работать один месяц. Ясно, что значит десять пальцев — трудиться десять месяцев. Ну, а разве не приятно работать в лесу? Только помни, убьёшь дрозда или срубишь молодое деревце — заманит Ткаш-мафа в лес и волосами задушит. В народе говорят: «Лесная царица ликом прекрасная, сердцем печальная. Лес почернеет, мраком покроется, если царица вдруг разъярится». Ткаш-мафа в ущелье хранила волшебную расчёску, спускалась туда и расчёсывала волосы. Узнал об этом один мужчина, нашёл и спрятал эту расчёску. Ткаш-мафа, увидев пропажу, подняла такой крик, что в домах посуда вдребезги разбилась. Выбежали сельчане, стали стрелять. Попала первая пуля в Ткаш-мафу и убила её, но вторая опять к жизни вернула.

Странная привычка была у Ткаш-мафы — не боялась она волков, а как собачий лай услышит — бросалась наутёк, потому и держалась вдали от людского жилья. Бывало, заманит красавец лесоруб её домой, у его жены и матери сердце тревожно билось, как бы с ума не свела и чтобы поскорее убралась из дома, волосы спящей лесной девы молоком обливали.

Ткаш-мафа и от Очокочи скрывается, который её преследует и любви просит. Испуганная Ткаш-мафа мчится как ветер, с пронзительным криком, но если вдруг их пути пересекутся, не отступит, поборется, на месте их поединка трава не растёт, словно огнём или лавиной по земле прошлись.

Верно сказано: «В лес дремучий без топора не ходят!»