— Я не успел открыть нашу дверь, прежде чем отключил ток, — сказал Дункан. — Может быть, нашим противникам достанет смелости подергать за ручку. Но я могу подать ток на замки, не включая при этом освещения.

— А почему бы нам просто не прожечь стены? — спросила Сник. — Один из нас мог бы прорезать дыру в комнату падре, а оттуда — в мою. А второй — в апартаменты Иммермана.

Дункан уже подумывал об этом. Они могли бы обойти нападающих с флангов — но не появится ли у них та же идея? Однако прятаться в комнате бесконечно, опасаясь возможного противодействия, ни он, ни Сник не могли.

— Все двери, открытые в момент обесточивания, — произнес он, — останутся открыты. Остальные заперты, включая единственный выход из этого комплекса.  Если охранники сейчас в твоей комнате, комнатах Кабтаба или Иммермана или в кладовой, то им придется прорезать себе выход. Предположим, что они этого еще не сделали или занимаются этим сейчас. А мы прожжем себе путь в гостиную Иммермана, а оттуда через стену — в спальню.

Он бросил последний взгляд на медленно поворачивающуюся за окном машину с мертвым экипажем. Переведя пистолеты на максимальную мощность, он и Сник вырезали из перегородки неровный квадрат — пролезть в отверстие можно было только на четвереньках. Дым горящего и тающего картолита шестидюймовой толщины ел глаза и обжигал ноздри. Сменив заряды в пистолетах, Дункан опустился на четвереньки и прошептал код, включающий свет, но оставляющий в нерабочем состоянии стенные камеры. Сжимая оружие в левой руке, он нырнул в дыру, надеясь, что всякий, оказавшийся в комнате, замрет от неожиданности, когда включится свет, и это даст ему преимущество. Но если в гостиной и находился кто-то, то он успел спрятаться за мебелью.

Пригнувшись и держа пистолеты наготове, Дункан и Сник обошли гостиную и ванную. Обе комнаты были пусты. Дункан опять выключил свет и принялся вырезать отверстие в очередной стенке. Снова вспыхнули лампы, и процедура повторилась. Но все двери были заперты.

Вновь погасив освещение, Дункан и Сник при свете, слабо сочившемся через окно во всю стену, пробрались в дальний угол комнаты.

— Режь стену, — приказал Дункан. — А я послежу за входом. Может быть, они уже прорезали стену в мою комнату и теперь идут за нами.

На то, чтобы прорезать новое отверстие, Сник потребовалось около тридцати секунд.

— У меня осталась всего половина заряда, — сообщила она.

— Используй его до конца. Нам потребуется все, что осталось.

Дункан произнес приказ, и зажглись лампы. В плавательном бассейне он в общем-то и не ожидал никого встретить; так и оказалось. Дункан все же подошел к краю бассейна. Смешно, конечно, но вдруг кто-то затаился в воде под краем, высунув только голову? Отличная позиция для засады. Только кто этим займется?

Как оказалось, никто. Дункан чувствовал себя немного глупо, но, если бы он откинул эту мысль, а она оказалась верной — он мог бы погибнуть.

Дункан вновь выключил свет.

— Охрана, должно быть, недоумевает, что за чертовщина творится со светом, — прошептала Сник.

— Вот и прекрасно, — отозвался Дункан.

Стояла полная тьма, вдоль стены пришлось пробираться на ощупь — одна рука скользит по ее поверхности, другая сжимает пистолет. Через несколько шагов Дункан остановился — ствол пистолета уткнулся во что-то твердое. Ощупав предмет, Дункан сообразил, что это чей-то бюст на пьедестале. Прежде чем стена кончилась, пришлось обойти шесть таких пьедесталов. Включив на секунду свет, Дункан обнаружил, что находится в коридоре; прямо впереди виднелась арка, за которой начинался холл. Он медленно прошел под аркой, зацепившись плечом, снова включил освещение. Входная дверь в комплекс была закрыта. Заперта? Дункан толкнул ее плечом — безрезультатно.

В сопровождении уцепившейся за его плечо Сник он вернулся в коридор и остановился на секунду. Проход шел через весь комплекс, упираясь в стену следующего. Последним помещением был ангар, обширная зала с единственным входом. Нащупывая дорогу, Дункан прошел вдоль коридора — по счастью, никаких бюстов или столиков под ноги не подвернулось. Когда под пальцами проскользнула третья дверь, он замедлил шаг, а нащупав ручку четвертой, остановился вовсе. Прежде чем включить свет, он приказал Сник встать по другую сторону от входа и приготовиться к стрельбе. Дверь оказалась заперта. Одно кодовое слово отомкнуло замок, второе — погасило лампы; Дункан распахнул дверь и, метнувшись внутрь, снова включил свет. Дверь автоматически закрылась за спиной Сник.

Как и сказал Иммерман, в ангаре оставалась еще одна двухместная патрульная машина органиков. Ухмыляясь, Дункан сел на место пилота. Сник, хихикая, устроилась за его спиной.

— Мы свободны! — крикнула она.

Дункан нажал на кнопку «ВКЛ». И крепко выругался. Не вспыхнули огни на пульте, не засветились цифровые индикаторы. Еще три нажатия на кнопку оказались столь же бесполезны.

— Что случилось? — спросила Сник.

— Не знаю, черт!.. Думаю… Иммерман не врал, говоря, что есть вторая машина. А вот чего он не сказал, потому что не знал, так это того, что пилот вытащил какую-то важную часть, прежде чем взлететь. Наверное, на тот случай, если мы доберемся сюда раньше него. Или это стандартная процедура, а Иммерман не сказал мне об этом, потому что я не спрашивал. Я не механик и не разберу, что пропало. Да и запасной части тут, наверное, нет.

Он вылез из машины и осмотрел установленную на носу протонную пушку. Крепления оказались приварены к корпусу, но саму пушку можно было снять.

— Весит фунтов сорок, — задумчиво произнес он. — Справлюсь.

Задыхаясь в спертом, неподвижном воздухе, беглецы сняли пушку. Дункан вытащил из багажника машины два запасных заряда — узкие коробки длиной шесть дюймов каждая — и распихал их по карманам юбки.

— Я установлю освещение так, чтобы свет включался и выключался с интервалом в одну минуту, — сказал он, подхватывая пушку обеими руками.

По другую сторону коридора располагалась дверь в зал отдыха для охранников — судя по словам Иммермана, довольно большое L-образное помещение. Чтобы выбить дверь, понадобилось четыре секунды — три на то, чтобы срезать петли, и одна — чтобы Сник вышибла ее одним ударом. Дункан прыгнул в комнату; шар на конце ствола плевался лиловыми молниями. Стена напротив двери походила теперь на швейцарский сыр, но в зале никого не было. Дункан прошел мимо маленького бассейна. Если в комнатах охраны или наблюдательской кто-то оставался, они теперь знают, что пленники на свободе и заходят им в тыл. Дункана это уже не волновало. У него оставалось совсем немного времени, чтобы подавить сопротивление и вновь приступить к допросу Иммермана. А потом сделать кое-что еще, прежде чем убраться отсюда.

Зайдя за угол, Сник выжгла замок в двери, ведущей в коридор. Подождав, пока свет погаснет, она выбила дверь и, упав на пол, выглянула наружу. В темноте Дункан не мог следить за ее действиями, но предполагал, что она следует его инструкциям. Сам он тем временем следил за своей частью коридора.

Внезапно вспыхнул свет. Послышался слабый вздох Сник, звуки трех выстрелов и женский вопль. Еще два выстрела, достаточно близко, чтобы понять: стреляла Сник. Дункан шагнул было к двери, но Сник вернулась сама. Ее улыбка сияла ярче ламп.

— Сняла обоих! Но он меня почти достал!

Дункан уловил запах опаленного ковра.

— Кто там был?

— Пэл, повар, — я ей в левый висок попала, и Сингх. Он получил в живот, но сам меня едва не достал — на дюйм ближе, и продырявил бы мне голову. Потом я обоих добила для надежности.

— Остается только один, Вискет, — произнес Дункан и, чуть помедлив, добавил: — Да ты счастлива!

— Я убиваю террористов.

— Боже мой! Мы же сами террористы!

— Да, но враги-то они.

Дункан покачал головой:

— Я уже сам не знаю, кто друзья, а кто — враги. Ладно. Вискета ты не видела?

— Нет. Но это не значит, что он не сидит за одной из дверей.

Дункан глянул за угол. Пэл лежала на боку, Сингх распростерся лицом вниз. Очевидно, Сингх вышел из дверей кухни первым, а Пэл следовала за ним, рассчитывая в темноте подобраться поближе к залу отдыха. Лежавшая на полу Сник представляла собой трудную мишень, да и реакция у нее оказалась лучше. А подстрелив охранников, она нанесла им удар милосердия.

Дункану не хотелось бы встречаться со своей подругой на дуэли.

— Двери двух комнат охраны и наблюдательской заперты, — сказал он. — Если Вискет сидит там, то не вылезет, если только не захочет прожигать себе дорогу. А если так, он сам предупредит нас — мы его просто учуем.

Свет погас.

— Сейчас мы выйдем в коридор. Движемся вбок, я по правую руку от тебя. По счету «три» после того, как выйдем из дверей — продвигаемся. Ты нащупываешь дверь наблюдательской. Вискет мог застрять там, когда я обесточил замки. Вторая дверь слева.

— Я помню.

— Просто проверка. Я нащупаю дверь Кабтаба и пройду еще пару футов, тогда я окажусь почти напротив двери наблюдательской. Когда загорится свет, оттуда я смогу увидеть, открыта ли дверь в банк данных. Если нет, я кивну, если да — покачаю головой. Если дверь открыта, мы пойдем в банк, а если закрыта — вырезай замок в наблюдательской. Так будет быстрее и легче, чем проходить по новой через каждую комнату, чтобы выяснить, не ушел ли от нас Вискет.

— Поняла.

— Пошли.

Когда свет зажегся вновь, Дункан увидел, что дверь в банк данных заперта. Он посигналил Сник, и та подкралась к дверям в наблюдательскую. Дункан жестом приказал ей лечь, и когда она ушла с линии огня, нажал на курок. Пушка, точно разъяренная кобра, плюнула лиловым огнем; Дункан обвел лучом замок, Сник выбила отрезанный кусок рукоятью пистолета. Потом она ударила по двери рукой, и створка медленно открылась. У Вискета, если он был там, хватило ума спрятаться.

— Выходи! — крикнул Дункан. — Все твои приятели мертвы, Вискет. У тебя нет ни малейшего шанса! Сдавайся, или мы возьмем тебя! Вискет, у меня тут пушка! Я просто продырявлю комнату насквозь, если ты не выйдешь, подняв руки, в течение четырех секунд!

— Я сдамся, только если вы дадите слово, что не убьете меня! — донесся из комнаты дрожащий басок.

— Выходи без оружия! Сначала брось пистолет, потом руки покажи! Возьмешься за косяк! И без штучек! Я тут не один!

— Обещаете не стрелять в меня?

— Обещаю, — ответил Дункан.

— А твоя подружка? Пусть она тоже даст обещание.

Очевидно, Вискет был весьма предусмотрительным типом.

Дункан кивнул Сник.

— Обещаю, что не стану в тебя стрелять! — крикнула она.

— Может, с вами кто-то еще есть? — спросил Вискет.

— Да откуда, черт побери?! — заорал Дункан. — Ты прекрасно знаешь, сколько нас. Вылезай! Я тороплюсь!

— Вы сказали, что стрелять не будете! — прокричал Вискет. — Я хочу, чтобы вы пообещали, что не причините мне никакого вреда. Иначе вам придется со мной драться!

Голос его шел из дальнего угла комнаты. Не успел Дункан ее остановить, как Пантея Сник перекатилась через порог и, сжимая пистолет обеими руками, дважды выстрелила. Лиловая молния промелькнула над ней, ударив в стену.

Вскочив, Сник вбежала в комнату, чертыхающийся Дункан — следом. Вискет лежал посреди комнаты лицом вниз.

— Глупо, — произнес Дункан.

— Если бы я промахнулась — да. Но я попала, так что отнюдь не глупо. Нам все равно пришлось бы его убить. Ты же знаешь. Как и Иммермана с Каребарой, после того как мы с ними закончим.

— Я собирался отпустить их. Пусть бегут.

— Чтобы их поймали ганки? Они расскажут все, что знают, и нам после этого сбежать уже не удастся.

— Да ты просто дикарка кровожадная, — сказал Дункан. В этот миг он ощутил, что его любовь к этой женщине начала слабеть. Или так ему показалось. Он надеялся, что это и в самом деле так. Он стремился освободиться от этой одержимости, которую не в силах была изгнать никакая логика.

— Ну? — спросила Сник.

— Разумно.

— Вот и хорошо. Что теперь?

— Перенесем Иммермана в банк данных, и как можно быстрее. Потом постоишь на страже у дверей в комплекс. Охранники могли вызвать помощь. И пушку с собой возьми.